НОВОСТИ

  • 12/10/2017
    Лауреатом премии «Ясная Поляна» стал Андрей Рубанов

    Сегодня вечером в Бетховенском зале Большого театра состоялось торжественное вручение литературной премии «Ясная Поляна» за 2017 год в трёх номинациях – «Современная русская проза», «Иностранная литература» и (впервые в этом году) «Событие».

  • 11/10/2017
    Читайте в ближайшем номере «Литературной России»

    – Неизвестные ранее материалы, связанные с первой публикацией романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита» 50 лет назад в журнале «Москва».

    – Кто может сменить Владимира Мединского на посту министра культуры России.

    – Кто и почему выставил фальшивые документы о Ленине в выставочных залах Росархива, и сойдёт ли эта провокация с рук руководителю ведомства Андрею Артизову.

    – Есть ли будущее у литературной периодики в России или одни издания дотянут до завтра, а другие умрут послезавтра?

    – Чей последний роман сильнее – нобелевского лауреата 2017 Кадзуо Исигуро или лауреата премии «Ясная Поляна» Марио Варгаса Льоса?

  • 07/10/2017
    Людская жадность не знает границ

    Не так давно в Греции на острове Корфу прошла международная конференция, посвящённая великому русскому флотоводцу Фёдору Ушакову. От Союза писателей России в этом важном мероприятии участвовали автор неоднократно переиздававшейся в серии «ЖЗЛ» книги об Ушакове Валерий Ганичев, который совсем недавно отпраздновал своё 84-летие, его дочь Марина Ганичева и сопредседатель Союза писателей Сергей Котькало (правда, что этот чиновник написал, никто не знает, как никто не знает и что он сделал в деле изучения и прославления Фёдора Ушакова).

  • 07/10/2017
    Скончалась супруга классика советской литературы
    Завершив все свои земные дела, 2 октября 2017 г., на 98-м году жизни, скончалась Людмила Владимировна Крутикова-Абрамова.
  • 06/10/2017
    На всероссийском журналистском конкурсе «Многоликая Россия» лауреатом от Москвы стал литературный журнал «Этажи»

    Конкурс организован Республиканским агентством по печати и массовым коммуникациям «Татмедиа» (Казань) и его целью является формирование интереса к культуре и искусству различных народов, проживающих на территории Российской Федерации и за её пределами.

  • 05/10/2017
    Министра Мединского начали покидать ближайшие сподвижники

    Вчера пост Председателя Общественного совета при Минкульте России покинул один из ближайших сподвижников Владимира Мединского – Павел Пожигайло. Формально поводом стало несогласие чиновника с выдачей прокатного удостоверения скандальному фильму Алексея Учителя «Матильда».

  • Вышел 4-й номер "Мира Севера" за 2017 год
    04/10/2017
    Вышел 4-й номер "Мира Севера" за 2017 год

    Читайте в свежем номере:

  • 26/09/2017
    Критика писателя Минина повлияла на отставку губернатора Меркушкина?

    Владимир Путин уволил Николая Меркушкина с должности губернатора Самарской области по его собственному желанию. Врио руководителя региона назначен бывший мэр Самары, сенатор Дмитрий Азаров, сообщает пресс-служба Кремля.

  • 14/09/2017
    Пойдёт ли на пользу дагестанской литературе всевластье клана Ахмедовых?

    По мнению поэта, литературного критика и публициста Миясат Муслимовой, захваченный кланом Ахмедовых "Союз писателей Дагестана со своими установками советских лет сегодня стал опасен... Деятельность этого союза преступна, потому что он раскалывает творческие силы, сеет вражду, потому что он ведёт политику культурного геноцида, потому что он обворовывает дагестанский народ, утаивая достижения культуры и заменяя их произведениями послушных, удобных и серых авторов. И власть республики поддерживает эту политику..."

  • 07/09/2017
    На Можайском полиграфкомбинате прописались то ли хитрые мошенники, то ли наглые лгуны

    Как известно, Можайский полиграфический комбинат в последнее время сильно лихорадит. Обострились все процессы после заключения руководителя этой организации Евгения Фельдмана под домашний арест. Комбинат перестал выполнять перед заказчиками свои обязательства.

Архив: №01. 15 января 2010 Назад

Ещё о «Тихом Доне»

Дав­но уже зна­ком с про­во­ка­тив­но­с­тью глав­но­го ре­дак­то­ра «Ли­те­ра­тур­ной Рос­сии» Вя­че­сла­ва Ог­рыз­ко. Ино­гда эта про­во­ка­тив­ность идёт на поль­зу га­зе­те и её по­пу­ляр­но­с­ти, при­вле­ка­ет вни­ма­ние к ос­т­рым про­бле­мам на­ших дней.

Давно уже знаком с провокативностью главного редактора «Литературной России» Вячеслава Огрызко. Иногда эта провокативность идёт на пользу газете и её популярности, привлекает внимание к острым проблемам наших дней. Вот за эту актуальность поднятых проблем, при всех своих порой сложных взаимоотношениях с редактором, я всегда ценил и ценю «Литературную Россию». Но с дискуссией по Шолохову, мне кажется, наступил некий перебор провокативности.

Во-первых, ничего нового в своих антишолоховских изысканиях ни два молодых прозаика (откровенно решивших попиарить себя любимых), ни известный своими русофобскими (не только антишолоховскими) взглядами иерусалимский казачок Зеев Бар-Селла не опубликовали. Всё идёт уже по двадцатому заезженному кругу, и, уверен, если бы это не касалось великого русского писателя, а писалось о каком-нибудь американце или израильтянине, никакая редакция столь долго мусолить одну и ту же тему не стала бы. Даже русскому простили бы, если бы тема романа и его величие не превышали все значимые нормы. К примеру, оказалось, что первый вариант набоковской «Лолиты» был написан немцем на ту же самую тему. Перепечатали этот немецкий рассказ о Лолите и успокоились. Не тот уровень. Набоков остался Набоковым. А дотошный серенький немец – дотошным сереньким писателем. Но, как я уже писал раньше, Шолохов давно уже стал одним из символов России, покуражиться над Шолоховым – это ещё раз покуражиться над Россией, унизить в целом всю русскую литературу. И потому русофобы с радостью будут запускать самые пошлые и приблизительные публикации, лишь бы досадить России, унизить её достоинство? Разве это необходимо Огрызко? К примеру, о норвежце Хьетсо и его группе, мне кажется, за минувшие десятилетия слышали даже те, кто и Шолохова не читал, и вдруг безграмотный молодой прозаик, обозвавший норвежца шведом, путавший годы издания «Тихого Дона», не знающий толком шолоховскую биографию – становится специалистом по антишолоховедению. Не перебор ли это?

Во-вторых, почему в дискуссии опубликованы две большие антишолоховские статьи и всего лишь несколько читательских гневных откликов в защиту Шолохова? Что, не нашлось шолоховеда? Или не искали? Мол, все умные люди давно знают о плагиате, лишь простые читатели, запутанные советской пропагандой, ещё не знакомы с правдой.

В-третьих, не пойму, почему в подобных дискуссиях уходят от истинной истории русской литературы первой половины ХХ века.

Иллюстрация Сергея Королькова к «Тихому Дону»
Иллюстрация Сергея Королькова к «Тихому Дону»

Все ищут ещё одного крупного казачьего писателя, который был известен своими романами о казачестве. Называют посредственного писателя Фёдора Крюкова, самых разных малоизвестных журналистов. И никогда не упоминают знаменитого белоказачьего генерала Петра Краснова. А ведь с неохотой, но его незаурядный талант признавал даже высочайший стилист Иван Бунин. Вот уж кто знал до мелочей и быт казачества, и все подробности первой мировой и гражданской войн, вот уж кто мог не в мелочах, неизбежных для любого эпоса, а по стилистике романа, по духу романа определить мнимость шолоховского авторства. И надо же, не иерусалимский казачок Зеев Бар-Селла, а мировой авторитет в вопросах казачества, в истории войн, реальнейший их участник генерал Пётр Краснов даже в пылу своего лютого антисоветизма до конца дней своих не переставал восхищаться гением Михаила Шолохова. Писал о нём в эмигрантской прессе восторженные статьи. Впрочем, не он один. Почитайте всю белую эмигрантскую прессу: все без исключения крупные историки, белые генералы, эмигрантские знаменитые писатели и критики признавали талант Михаила Шолохова, не сомневаясь в авторстве его, и почему-то всю дискуссию ещё в двадцатых годах вокруг романа «Тихий Дон» затеяли бездарные рапповские русскоязычные литераторы. Почему же с этим якобы безграмотным крестьянином Шолоховым дружили Александр Серафимович, Андрей Платонов и другие крупнейшие писатели в самой России? Неужели они были так глупы и при самом близком общении не могли увидеть несамостоятельность Михаила Шолохова? Если честно, вторым после белого генерала Краснова авторитетным свидетелем считаю Иосифа Сталина. Ну никак не нужен был ему в роли крупнейшего советского писателя плагиатор. Уж его специалисты, учуяв нечто подобное, доложили бы вождю. Да и вкус у вождя, в отличие от нынешних скептиков, был отменный. Ценил мастерство даже своих противников. Впрочем, и крупные художники, неприязненно относившиеся к Михаилу Шолохову, такие как Александр Фадеев или Владимир Набоков, отвергали отнюдь не авторство, а кто – излишнюю белогвардейщину в романе, кто – глубочайшую народность его. Пусть «Литературная Россия» возьмёт и в завершении укажет всех всемирно известных писателей, ценивших именно Михаила Шолохова за его дар или же воюющих с писателем как с чуждым им явлением, а в другой колонке – всех до одного, начиная с двадцатых годов, клеветников, пустивших подленький слух о плагиате. Пожалуй, кроме Солженицына, возревновавшего к своему едва ли не земляку, и назвать будет некого из достойных литераторов. Увы, беда в том, что Александр Солженицын так своего «Тихого Дона» и не написал, хотя всю жизнь стремился к этому. Боюсь, что этим своим слепым подражанием Шолохову в своей эпопее «Красное колесо» блестящий мастер малой формы едва не загубил свой яркий талант. Не скрываю, что всегда ценил больше всего его прекрасные рассказы, о чём прямо говорил и Александру Исаевичу. Ему бы не по пути Шолохова, а по пути Бунина идти, добился бы гораздо большего в литературе...

Я решил вкратце поделиться своим давно устоявшимся мнением, особенно не влезая в дискуссию. Я – не учёный, не текстолог, не шолоховед, скорее, это мысли критика, неплохо знакомого с процессом литературного творчества. И мысли эти относятся не только к «Тихому Дону», а к любой мировой эпопее, к любому эпосу. Все далёкие от литературы крупных эпических форм скептики приводят как главное доказательство неавторства Михаила Шолохова даже не молодость автора, а некие отрывки из дневника студента Тимофея, якобы рукописи белых офицеров, высказывания самого Шолохова об использовании трофейных сумок и так далее. Но всё это относится лишь к первому тому «Тихого Дона», хотя несомненной вершиной романа является третий том, который не мог написать уже никакой белый офицер. На время возьмём и согласимся со скептиками, был и дневник студента Тимофея, и какие-нибудь наброски (ибо не стал бы таскать автор законченного романа рукопись в походной сумке). И что из этого? Так пишутся все крупные прозаические книги, используются сотни документов, воспоминаний, дневников. Разве Солженицын не использовал и в «Архипелаге ГУЛАГ», и в «Красном колесе» заметки, воспоминания, архивы сотен людей? Он же напрямую обращался в эмиграции к участникам первой мировой и гражданской войн – уцелевшие «студенты Тимофеи», белые офицеры, участники событий, – шлите в издательство все свои воспоминания. Немало таких книг с помощью Солженицына было издано, и, естественно, он опирался в своей эпопее, подобно Шолохову, на их живой опыт. Никто же не упрекает его в плагиате. Хотя был в эмиграции крупный историк и неплохой писатель Николай Ульянов, который объявил после выхода «Архипелага ГУЛАГ», что это художественное исследование написано бригадой из КГБ… так называемый запущенный «проект Солженицын». У нас нашлись не менее ретивые специалисты, которые уверяют, что труд создан бригадой из ЦРУ. Но здравое мнение подсказывает, что кого бы и в какой мере не использовал при написании своих произведений Александр Солженицын, автор у них один – Солженицын. Так опирались на опыт участников событий и великий Лев Толстой, и не менее великий Достоевский. Почему же то, что считается нормальным в мировой писательской практике, по отношению к Михаилу Шолохову отрицается? Уверен, кого бы и в какой мере не использовал в своём великом романе Михаил Шолохов, создал это великое цельное произведение только сам автор. Думаю, что не будь сталинской и рапповской цензуры, и Михаил Шолохов без стеснения назвал бы все источники, использованные в романе. Всех найденных во вражеских сумках «студентов Тимофеев». Но и без того роман клеймили белогвардейским. Делалось всё, чтобы его не опубликовать... Раскрой он источники, его бы попросту посадили бы в ГПУ. Он попросту не мог по политическим, а не по литературным причинам назвать все использованные материалы. В лучшем случае, не вышел бы тогда и роман.

Владимир БОНДАРЕНКО

Комментарии

Для комментирования данной статьи Вы можете авторизироваться при помощи социальных кнопок, а также указать свои данные или просто оставить анонимный комментарий