статьи
  • статьи
  • новости

НОВОСТИ

  • 12/10/2017
    Лауреатом премии «Ясная Поляна» стал Андрей Рубанов

    Сегодня вечером в Бетховенском зале Большого театра состоялось торжественное вручение литературной премии «Ясная Поляна» за 2017 год в трёх номинациях – «Современная русская проза», «Иностранная литература» и (впервые в этом году) «Событие».

  • 11/10/2017
    Читайте в ближайшем номере «Литературной России»

    – Неизвестные ранее материалы, связанные с первой публикацией романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита» 50 лет назад в журнале «Москва».

    – Кто может сменить Владимира Мединского на посту министра культуры России.

    – Кто и почему выставил фальшивые документы о Ленине в выставочных залах Росархива, и сойдёт ли эта провокация с рук руководителю ведомства Андрею Артизову.

    – Есть ли будущее у литературной периодики в России или одни издания дотянут до завтра, а другие умрут послезавтра?

    – Чей последний роман сильнее – нобелевского лауреата 2017 Кадзуо Исигуро или лауреата премии «Ясная Поляна» Марио Варгаса Льоса?

  • 07/10/2017
    Людская жадность не знает границ

    Не так давно в Греции на острове Корфу прошла международная конференция, посвящённая великому русскому флотоводцу Фёдору Ушакову. От Союза писателей России в этом важном мероприятии участвовали автор неоднократно переиздававшейся в серии «ЖЗЛ» книги об Ушакове Валерий Ганичев, который совсем недавно отпраздновал своё 84-летие, его дочь Марина Ганичева и сопредседатель Союза писателей Сергей Котькало (правда, что этот чиновник написал, никто не знает, как никто не знает и что он сделал в деле изучения и прославления Фёдора Ушакова).

  • 07/10/2017
    Скончалась супруга классика советской литературы
    Завершив все свои земные дела, 2 октября 2017 г., на 98-м году жизни, скончалась Людмила Владимировна Крутикова-Абрамова.
  • 06/10/2017
    На всероссийском журналистском конкурсе «Многоликая Россия» лауреатом от Москвы стал литературный журнал «Этажи»

    Конкурс организован Республиканским агентством по печати и массовым коммуникациям «Татмедиа» (Казань) и его целью является формирование интереса к культуре и искусству различных народов, проживающих на территории Российской Федерации и за её пределами.

  • 05/10/2017
    Министра Мединского начали покидать ближайшие сподвижники

    Вчера пост Председателя Общественного совета при Минкульте России покинул один из ближайших сподвижников Владимира Мединского – Павел Пожигайло. Формально поводом стало несогласие чиновника с выдачей прокатного удостоверения скандальному фильму Алексея Учителя «Матильда».

  • Вышел 4-й номер "Мира Севера" за 2017 год
    04/10/2017
    Вышел 4-й номер "Мира Севера" за 2017 год

    Читайте в свежем номере:

  • 26/09/2017
    Критика писателя Минина повлияла на отставку губернатора Меркушкина?

    Владимир Путин уволил Николая Меркушкина с должности губернатора Самарской области по его собственному желанию. Врио руководителя региона назначен бывший мэр Самары, сенатор Дмитрий Азаров, сообщает пресс-служба Кремля.

  • 14/09/2017
    Пойдёт ли на пользу дагестанской литературе всевластье клана Ахмедовых?

    По мнению поэта, литературного критика и публициста Миясат Муслимовой, захваченный кланом Ахмедовых "Союз писателей Дагестана со своими установками советских лет сегодня стал опасен... Деятельность этого союза преступна, потому что он раскалывает творческие силы, сеет вражду, потому что он ведёт политику культурного геноцида, потому что он обворовывает дагестанский народ, утаивая достижения культуры и заменяя их произведениями послушных, удобных и серых авторов. И власть республики поддерживает эту политику..."

  • 07/09/2017
    На Можайском полиграфкомбинате прописались то ли хитрые мошенники, то ли наглые лгуны

    Как известно, Можайский полиграфический комбинат в последнее время сильно лихорадит. Обострились все процессы после заключения руководителя этой организации Евгения Фельдмана под домашний арест. Комбинат перестал выполнять перед заказчиками свои обязательства.

Архив: №34. 6 октября 2017 Назад

Ирина МОНАХОВА. ТОЛЬКО ГОМЕР, ШЕКСПИР И ГОГОЛЬ. Полемика В.Г.Белинского и К.С.Аксакова о «Мёртвых душах»

В 1842 году были опубликованы «Мёртвые души» Н.В. Гоголя. Произошедший в том же году печатный обмен мнениями по поводу этой книги между В.Г. Белинским и К.С. Аксаковым стал одним из самых ярких эпизодов полемики между западниками и славянофилами, хотя содержание этой литературной дискуссии явно выходило за рамки идеологического спора этих двух «партий». Слишком масштабен и важен в художественном плане был сам по себе предмет спора – недавно вышедшая в свет гоголевская поэма.


В брошюре «Несколько слов о поэме Гоголя «Похождения Чичикова, или Мёртвые души» Аксаков высказал такое мнение: «В поэме Гоголя является нам тот древний, гомеровский эпос. <…> В поэме Гоголя явления идут одни за другими, спокойно сменяя друг друга, объемлемые великим эпическим созерцанием, открывающим целый мир, стройно предстающий со своим внутренним содержанием и единством, со своею тайною жизни».

В то же время в письме Гоголю Аксаков сообщал: «Открылась для меня внутренняя гармония всего создания, стали в одно целое все малейшие черты, понятна стала глубочайшая связь всего между собою, основанная не на внешней анекдотической завязке (отсутствие которой смущает с первого разу), но на внутреннем единстве жизни».

14 Mertvye dushiОднако славянофильский журнал «Москвитянин» статью Аксакова о «Мёртвых душах» печатать отказался, а когда Константин Сергеевич выпустил эту статью в виде отдельного издания, то в результате встретился в основном с неприятием своей точки зрения, что и вынужден был признать в письме Гоголю осенью 1842 года: «Брошюрка была написана скоро; может быть, неясно – и на неё многие, почти все, напали, искажая сказанные в ней мысли».

Гоголь отрицательно высказался об аксаковской трактовке «Мёртвых душ»: «Горе тому, кто объявляет какую-нибудь замечательную мысль, если эта мысль – ещё ребёнок, не вызрела и не получила образа, видного всем».

Белинский в «Отечественных записках» назвал аксаковскую трактовку «недоконченной мечтой» в статье «Несколько слов о поэме Гоголя «Похождения Чичикова, или Мёртвые души» и пояснил: «В «Илиаде» жизнь возведена на апофеозу: в «Мёртвых душах» она разлагается и отрицается; пафос «Илиады» есть блаженное упоение, проистекающее от созерцания дивно божественного зрелища: пафос «Мёртвых душ» есть юмор, созерцающий жизнь сквозь видный миру смех и незримые, неведомые ему слёзы».

Продолжая полемику, Аксаков в ответ на эту рецензию Белинского написал «Объяснение по поводу поэмы Гоголя «Мёртвые души» и напечатал его в журнале «Москвитянин». Стремясь доказать свою правоту, Аксаков подчёркивал, что его слова неправильно поняли, неверно интерпретировали. В ответ Белинский опубликовал в «Отечественных записках» более обстоятельную статью под названием «Объяснение на объяснение по поводу поэмы Гоголя «Мёртвые души», где изложил ряд важных тезисов о художественном своеобразии «Мёртвых душ».

Отмечая, что, «сбившись с прямого пути названием поэмы, <…> г. Константин Аксаков готов находить прекрасными людьми всех изображённых в ней героев. <…> Это значит понять поэму Гоголя совершенно навыворот», Белинский указывает: «Илиаду» может напомнить собою только такая поэма, содержанием ко­торой служит субстанциальная стихия национальной жизни, со всем богатством её внутреннего содержания, в которой эта жизнь полагается, а не отрицается».

Помимо аксаковской идеи о «Мёртвых душах» как о возвращении древнего гомеровского эпоса, полемика касалась и другого, связанного с нею вопроса – о мировом значении гоголевского творчества. Аксаков поставил Гоголя на самую вершину мирового поэтического Олимпа (в соседстве лишь с Гомером и Шекспиром), придавая ему мировое значение, правда, с оговоркой – только в отношении акта творчества: «У кого встретим мы такую полноту, такую конкретность создания? <…> Очень у немногих: только у Гомера и Шекспира встречаем мы то же; только Гомер, Шекспир и Гоголь обладают этою тайною искусства. <…> Гоголь не сделал того теперь, <…> что сделали Гомер и Шекспир, и потому, в отношении к объёму творческой деятельности, к содержанию её, мы не говорим, что Гоголь то же самое, что Гомер и Шекспир; но в отношении к акту творчества, в отношении к полноте самого создания – Гомера и Шекспира, и только Гомера и Шекспира, ставим мы рядом с Гоголем».

Отчасти уже в самом этом тезисе заключается противоречие: упорное соотнесение «Мёртвых душ» с древним гомеровским эпосом поневоле наводит на мысль об их вторичности. Совместима ли вообще такая вторичность, вытекающая из идеи Аксакова, с его же утверждением о принадлежности этого произведения к самым высоким вершинам поэзии?

Белинский же утверждал, что Гоголь, являясь великим поэтом, имеющим огромное значение для России, вряд ли найдёт такое же понимание за её пределами: «Гоголь великий русский поэт, не более; «Мёртвые души» его – тоже только для России и в России могут иметь бесконечно великое значение. Такова пока судьба всех русских поэтов; такова судьба и Пушкина. Никто не может быть выше века и страны; никакой поэт не усвоит себе содержания, не приготовленного и не выработанного историею. Немногое, слишком немногое из произведений Пушкина может быть передано на иностранные языки, не утратив с формою своего субстанциального достоинства; но из Гоголя едва ли что-нибудь может быть передано».

Здесь важно отметить мысль Белинского о непереводимости Гоголя. Действительно, сила гоголевских произведений – прежде всего в непосредственной, органической связи с «почвой» – русской культурой, языком, человеком, живущим рядом с ним на этой земле. Но то же самое и осложняет их восприятие в переводе и в чужой культуре. Та особенная пластичность, живописность, острота и живость гоголевского стиля, высокая поэзия его прозы уже сами по себе, даже помимо сюжета, захватывают читателя, не говоря уже о тонком понимании жизненных реалий русской действительности, – все эти свойства, создающие особенный мир гоголевской прозы, во многом непереводимы. С этим обстоятельством во многом связан и тезис Белинского о том, что значение Гоголя за пределами русской культуры невелико – прежде всего, из-за его по большей части непереводимости. И в этом ключ к пониманию позиции Белинского по данному вопросу, которая, на первый взгляд, может показаться более далёкой от истины, чем точка зрения Аксакова, ставившего Гоголя в один ряд только с Гомером и Шекспиром.

Сегодня сочинения Гоголя переведены на многие языки, их читают и изучают во многих странах мира. Гоголь среди наиболее известных русских классиков, его творчество оказало влияние не только на русских, но и на некоторых зарубежных писателей. Но разве это отменяет тезис Белинского о большей частью непереводимости гоголевских творений? Неслучайно всё-таки корифеями, так сказать, мировой популярности среди классиков русской литературы являются Толстой и Достоевский, о которых как раз не скажешь, что они «непереводимы», и чей путь к мировому читателю по этой причине гораздо легче и проще. Известность Гоголя (как и Пушкина) в мире ещё не означает его понимания зарубежным читателем во всём масштабе его творчества, как это доступно читателям, находящимся в контексте русской культуры.

Вопрос о мировом значении Гоголя не мог быть решён и подробно рассмотрен в такой полемике. Для этого Белинскому понадобилось бы более подробное исследование произведений Гоголя, которое, возможно, сделало бы мнение Белинского о его мировом значении более сложным и не столь категоричным и однозначным (например, сам Гоголь указывал на положительное начало в комедии «Ревизор», которым является смех – «одно честное благородное лицо», действующее во всё продолжение пьесы).

Тем не менее, эта полемика содержала столь глубокий взгляд на «Мёртвые души» и вообще творчество Гоголя, что действительно о её значении для понимания читателями гоголевской поэмы можно сказать: «открылась внутренняя гармония». К таким открытиям относится и самая проницательная, наверное, мысль, которая когда-либо была высказана об этом произведении, – это слова Белинского из его статьи «Объяснение на объяснение по поводу поэмы Гоголя «Мёртвые души»: «Пафос поэмы состоит в противоречии общественных форм русской жизни с её глубоким субстанциальным началом, доселе ещё таинственным, доселе ещё не открывшимся собственному сознанию и неуловимым ни для какого определения».

Как можно заметить, вовсе не о «галерее сатирических образов» (ставшей уже хрестоматийным штампом в трактовке «Мёртвых душ») говорит критик, рассматривая сущность гоголевской поэмы. А отмеченная им неуловимость явно «рифмуется» с непереводимостью гоголевского творчества, мысль о которой Белинский высказал именно в связи с этим произведением Гоголя.

 
Ирина МОНАХОВА

Комментарии

Для комментирования данной статьи Вы можете авторизироваться при помощи социальных кнопок, а также указать свои данные или просто оставить анонимный комментарий

     

Комментарии  

# Изергиль Старухин 07.10.2017 02:01
Очень ценные мысли содержит эта небольшая статья. И все не свои. Удивительно, как в такой малый объем столько вместилось.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать