Главные лица русской литературы

№ 2009 / 46, 23.02.2015

«Елтышевы» Романа Сенчина стали одним из главных литературных событий 2009 года. Подтверждение тому – выход книги в финал премий «Ясная Поляна» и «Русский Букер», многочисленные рецензии и статьи

«Елтышевы» Романа Сенчина стали одним из главных литературных событий 2009 года. Подтверждение тому – выход книги в финал премий «Ясная Поляна» и «Русский Букер», многочисленные рецензии и статьи, неутихающие читательские споры в Интернете… Сегодня о новом романе Сенчина на страницах «ЛР» размышляют критик Сергей Беляков, писатель Егор Молданов и студентка Вероника Васильева.



НА ДНЕ СТАКАНА…







Вероника ВАСИЛЬЕВА, студентка 3 курса  Института бизнеса  и политики
Вероника ВАСИЛЬЕВА,
студентка 3 курса
Института бизнеса
и политики

…А что ни говори, но Роман Сенчин – выдающийся современный писатель уже потому, что его нельзя толковать однозначно. Его роман «Елтышевы» сер и мрачен, под стать тематике и эпохе – за это его стервят, обвиняя в растлении, сгущении красок, называя лжецом, подлецом и самим аспидом… Но читают и будут читать, потому что сила слова его могущественна: оно захватывает внимание и заставляет переживать кожей всю чудовищность изображаемого…


Ещё А.П. Чехов в своём рассказе «Мужики» поднял тему вымирания деревни, за что и был раскритикован Л.Н. Толстым – дескать, писатель должен своим читателям надежду давать, а не преувеличивать, нагнетая состояние действительности. Сенчин же не считает, что его романы «нагнетение обстановки», но они есть прямое описание деревни наших дней. Однако это описание трагично и душераздирательно, ибо перо писателя обладает потрясающей способностью затягивать людей в это тошнотворное, омерзительное болото сельской жизни, которая представляется нам глазами автора. На протяжении всего романа люди гибнут, как мошки, которых прихлопывают руками, оставшиеся в живых спиваются – спиртом, конечно! – до синевы кожи, а непьющие быстро и уверенно морально разлагаются от однообразной отчаянной жизни. Что же Сенчин хотел сказать, создав роман безнадёжных страданий?


Героев в романе нет, ведь «Елтышевы» – роман без героя; в нём сложно найти даже положительных персонажей. Всё действие романа – это попытки жуков вылезти из консервной банки, в которую их посадили, за чем весьма любопытно наблюдать и поражаться, насколько сильно окружающий мир против их «вылезания» и насколько тяжело они переносят неприятности, даже не могут справиться со своими чувствами, не то что вылезти из заточения. События развиваются динамично, и каждый раз появляется надежда, что всё-таки они выберутся, но, ответив на улыбку фортуны, они вновь обессилевают, заваливаются на кровать и глотают горькую, забив на дальнейшие попытки начать жить по-человечески. В деревне всем жить тяжело, людям не помогает техника, а помогают лишь близкие люди да свои собственные руки, но Елтышевы не ценят друг друга, ссорятся, зарываются в свои мирки, разрывая тоненькую духовную связь, которую им подарило сожительство в маленькой комнатке.











Илья КИРИЛЛОВ, «День литературы»



Я не припоминаю в современной литературе страниц,
где плебейство свидетельствовало бы о себе с такой
горделивой завершённостью, так явно обнаруживало
бы свои самые характерные качества: невоздержанность,
затаённую зависть, недовольство существованием и
самооправдывание.




Семья Елтышевых – городские жители, переехавшие из-за безвыходной ситуации в деревню, где живут лишь немощные старухи да мужики, бегающие за копейки покупать резиново-жгучий спирт, и ни у кого просто времени не остаётся на поднятие собственного хозяйства. Так и умирают – не моясь, поедая лишь выращенную с горем пополам картошку.


В этом месте смерти нельзя жить, но и выживать проблематично, ибо само место ожидает твоей скорейшей гибели, твоего падения на дно. А это настоящее дно жизни: здесь есть ещё люди, но уже не человеки. Это не бомжи (каковыми были герои Горького), но эти персонажи куда уродливее – свои души они сознательно губят, а жизни намеренно прожигают. У них всех была возможность жить достойно, имея смысл и радости жизни, но они вновь и вновь, изо дня в день повторяют самый страшный грех – самоуничтожение уныньем и бездействием.


Сенчина обвиняют в том, что он изображает деревню уж чересчур мрачно, но центральное место в его романе занимает не деревня, а люди, и именно люди повинны в своём нравственном падении и деморализации. Именно люди в самом начале пути опускают руки и бездельничают. В этом и видится автору самый центр ужасов и деревни, и города, ведь городские жители не слишком отличаются от деревенских, разве что деньги добываются проще, потому и пьют коньяк, а не спирт, однако живут одинаково спустя рукава, забывая про настоящие ценности, спуская жизнь на алкоголь да пустые развлечения, – они проворонивают жизнь, не зная цели и желания жить, а это желание и невозможно без серьёзного духовного стержня, идущего от семьи, между прочим, от традиций. Что в городе, что в селе люди одинаково разлагаются от скукоты и дуракаваляния, пусть в городе это смотрится как-то поприличней, хотя души всё равно вязнут в трясине. А потому Сенчин не раз подчёркивает: в своём падении виноваты сами люди, не желающие действовать, а вовсе не внешние обстоятельства.








Елена ПОГОРЕЛАЯ, «Знамя»



Роман Сенчина «Елтышевы» ломает линию
деревенской прозы, давшую крен ещё в поздней –
не слишком удачной – повести В.Распутина
«Дочь Ивана, мать Ивана» (2003), тоже, кстати,
в довольно своеобразном ключе осмысляющей
уроки кризиса 90-х годов.




Судьба у Николая Михайловича Елтышева была не выдающейся, но не раз предлагала ему подарки, на которые он не обращал внимания, каждый раз отнекиваясь, не желая ловить удачу за хвост. Отец семейства работал в вытрезвителе, где в роковой день поступил жестоко и бесчеловечно: запустил в маленькую комнату четырнадцать (!) выпивших людей – не пьяниц! не алкашей! – а приличных молодых людей, которые отдыхали в клубе и перебрали. Автор очень сочно и особенно тошнотворно описывает сцену, когда дверь всё-таки открыли, и из неё вырвались перечный газ и концентрированное амбре, доведшие узников до полусмерти. За что охранитель правопорядка и был наказан увольнением, но то был шанс стать ближе к родной земле и начать другую жизнь. Впоследствии он сам вынужден будет постоянно находиться в тесной комнатке, где нельзя развернуться, – как бы то ни было, сей урок жизни не научит его ровным счётом ничему, он только пить начнёт.


Его потухшая жена-библиотекарь не очень-то переживала из-за переезда, она даже как-то с готовностью приняла свою участь. Эта женщина всегда убегала от проблем, не стремилась ни к чему конкретному; она всю жизнь считала, что лучшее не здесь, а где-то там, далеко.


Их старший сын Артём – это современный Обломов, только со знаком «минус», ведь Илья Ильич пребывал в блаженном состоянии томного мечтания, а этот – серый крот, «недоделанный» (так называет его автор) с единственной потребностью сбежать в тёплую кроватку, но не мечтать… а просто спать. Пустая трата человеческой души и жизни.









Сергей ШАРГУНОВ, «Эхо Москвы»



Сенчина часто упрекали в «беспросветности»,
«сгущении красок», «свинцовом натурализме», и
в «Елтышевых», словно бы назло своим критикам,
он создал радикально мрачную реальность. Он
засадил читателя в ржавую, тёмную, узкую коробку.
Не распрямиться, не вздохнуть широко. Но, что
самое страшное, – это коробка правды.




Связующим звеном между городскими жителями и деревенскими является мужчина, позиционирующий себя «Юркой» – подходящее имечко для дворового оборванца, а не для отца нескольких детей. Он является собирательным образом всех деревенский мужиков, которые шляются по чужим домам в поисках выпивки, причём Юрка явно является авторитетным лицом – именно он приводит к Елтышеву представителя спиртзавода. На должность распространителя спирта метили многие, однако её держали словно бы именно для Елтышева – видите ли, единственный приличный человек. И вот он – очередной шанс зажить новой жизнью, сама судьба предлагает Елтышеву работу (а в деревне её вообще нельзя найти), и в ней нет аморальности: ведь водки в деревне нет, люди технарём травятся! Всё-таки семья не соглашалась, ибо страдала гордостью, но какая может быть гордость у недостойного человека? Пыль в глаза! В итоге на работу они всё-таки согласились, но это уже было после их «падения», которым, по словам Валентины Викторовны, был день, когда они продавали на рынке жимолость. Эка надменность! Коли работы нет, так зарабатывай, как можешь, а не крути носом! Заставили их, комнатных, работать, а они это позором называют!








Майя КУЧЕРСКАЯ, «Ведомости»



Сенчин наглухо заколачивает небосвод над своими
героями. Настойчиво затаптывает в них даже подобие
искры Божией. Лишает их самых элементарных
человеческих черт – способности улыбаться,
радоваться распустившемуся дереву или новорождённому сыну.




За два года их жизни в деревне они не сделали для улучшения собственной жизни ничего: строительство дома так и не сдвинулось с мёртвой точки, участок захламили. У них отлично получилось разрушать, однако на месте разрушенного ничего создать не получилось. Да, бывают такие люди, которые кроме собственных отходов ничего «создать» не могут. Здесь отличился Артём: он, бездельничая, создал сына. Тема любви у Сенчина – это зажимание в бане и подтирание промежности. Причём любовь у Артёма началась не с первого взгляда, не с трепетного вздоха или мимолётного касания кончиков пальцев… А с распределения девок между пацанами, и Артёму досталась блудливая бестия, которая рассуждает о любви таким образом: «А как без этого? Я люблю секс…» Другого от этой девицы и ожидать нельзя было, ведь мать её – мужик в юбке, колотящая своего кроткого пьянчужку-мужа. Но стоит пожалеть бедную женщину, ведь ей пришлось стать мужчиной, раз мужики все спиваются…


Как бы мы ни жалели героев, темы сострадания в романе не появится. Смерть там встречается с равнодушием, с оплакиванием собственной участи (на похоронах бабки Татьяны Валентина Викторовна – её племянница! – заплакала лишь при мысли, что и ей придётся умереть в этой глуши). Убийства, поджоги, грабежи игнорируются милицией, ведь, наверное, криминал в деревнях настолько частое дело, что милиции не хватает на всех. В дальнейшем Елтышевы даже начнут завидовать умирающим, что они уже отмучились, оставив их на ненавистном этом свете, и начнут вызывать смерть. Смерть для них не ужас, а дар, ведь жизнь для них сплошное наказание…


В течение всего романа читателя преследует мысль, что само государство решает убить действующих лиц, стереть их фигуры с лица земли. Вполне можно расценивать роман «Елтышевы» как выражение презрения государственному строю с его бюрократией и наплевательским отношением к людям, однако ж в том повинен не государственный строй, а сами люди, которым для нормального функционирования нужен кнут, который принудил бы всех жить по закону и по совести, жить и работать – только при таком порядке способен существовать русский человек. При таком порядке и при явной силе власти народ всегда бы выполнял свою работу.


Такие люди, живущие по совести, ещё существуют в злачной деревне Мураново: это старые бабушки, доживающие свой срок. И несмотря на свою немощность, они и дом в чистоте поддерживают, и скотину разводят, и на огороде что-то выращивают, и даже делают соленья – дряхлыми ручками. Они каждый день совершают один и тот же обряд пробуждения и сидения на лавке, и хоть их существование действительно убого (если рядом нет детей и внуков, которым они бы передали свой опыт и знания), они живут, поддерживая хозяйство в порядке, и каждый новый день ими воспринимается не как наказание, а как ещё одна возможность полюбоваться миром и поразмышлять над прожитой жизнью. К сожалению, этот единственный положительный персонаж – тётка Татьяна – у Сенчина весьма схематичен, но он задаёт направление, какого стоило б придерживаться Елтышевым.








Лев ПИРОГОВ, «Литературная газета»



Елтышевы – метафора национального упадка, это
понятно. Причина этого упадка – отсутствие воли к
жизни. Воли к жизни нет, потому что её подменило
стремление к благополучию, а ради благополучия не
сделаешь того, что сделал бы ради самой жизни.
В результате стремления «жить лучше» не хватает
даже для того, чтобы просто жить.




Несмотря на отвратительность и безысходность происходящего в романе, надежда в нём есть: это и вера в своих детей, которые придут и громогласно спасут своих стариков, и вера в тепло и лето, – прекрасное лето, которое растопит лёд природы и сердец, и, быть может, жизнь пойдёт по-другому. Автор романа с любовью описывает природные явления, особенно чувственно воспринимается у него весна – пора оживающей природы. И каждый раз с оживанием природы героям даётся новая попытка изменить жизнь к лучшему, и если б они перестали утопать в неверии, отчаянии и лености, они бы смогли открыть своего Бога, способного привести их к свету. К ужасу читателей, герои безвозвратно заблудились во тьме, потому финал «Елтышевых» получился исключительно кровавым и трагическим, в котором повисает в воздухе оглушительный вопль Валентины Викторовны, провозгласивший конец эры Елтышевых и их полное вымирание…


Остаётся пожелать чувствительным читателям обойтись рецензиями на роман, а самому писателю быть аккуратным с его даром. Дар Сенчина потрясает и ужасает одновременно, ведь словами он касается всех потаённых страхов и опасений читателя, он способен убить в человеке веру в жизнь и своё государство, и потому писателю стоит быть осторожней с данной ему властью управлять чувствами и умами людей и давать в своих творениях читателям надежду и веру, которые и без того сегодня даются с трудом.



Вероника ВАСИЛЬЕВА,


студентка 3 курса Института бизнеса и политики




«ЕЛТЫШЕВЫ» – ГЛАВНЫЙ РОМАН 2009 ГОДА







Сергей БЕЛЯКОВ
Сергей БЕЛЯКОВ

Лет десять назад Роман Сенчин был молодым, подающим надежды писателем. Одним из многих. Причём не самым ярким. Слишком понятный, простой до наивности. Методично описывал собственную жизнь, жизнь друзей, знакомых, родственников.


Сенчин был провинциалом, не стеснявшимся своей провинциальности. Внешне не амбициозным. Стоически сносил насмешки литературных снобов. Понимал, чувствовал своё назначение. Это даётся только настоящему таланту.


Роман Сенчин пришёл в литературу в те времена, когда реализм, казалось, уходил в прошлое, вышел из моды. Но приспосабливаться к изменчивой моде молодой писатель не захотел. Сенчин вообще вызывающе немоден.


В его книгах очень мало аллюзий и реминисценций из европейской литературы, нет и намёков на знакомство с современной западной прозой. Зато Сенчин перечитывает классику XIX века и, что вовсе «несовременно», советскую классику, в особенности Валентина Распутина. Его вкус привёл в ужас немецкую литературную журналистку Ольгу Мартынову: «Каждый раз я узнавала этот стиль, тяжёлое полуграмотное дыхание чиновных советских писателей типа Валентина Распутина или Юрия Бондарева».


Спишем «полуграмотное дыхание» на увлечение сюрреализмом или на леность редактора сайта «OpenSpace», с кем не бывает. Мне же вкус Сенчина импонирует. Читать Белинского сегодня гораздо интереснее, чем Лесли Фидлера.


Рано или поздно наступает время, когда «молодой писатель» или становится писателем «настоящим», или исчезает. Молодёжный «прикид» не идёт взрослому дяде. Да и влюбчивым молодым критикессам (и сердобольным критикам постарше) надоедают одни и те же имена «вечно юных» писателей, ведь каждый год появляются новые.


Сенчин повзрослел, преференции, которыми в нашей литературе награждают «молодых» писателей, ему уже не положены. Если первые публикации молодого Сенчина – «Афинские ночи», «Минус», «Нубук» – привлекли внимание критиков, то к его новой прозе сначала отнеслись холодно. «Лёд под ногами», в прошлом году выдвинутый журналом «Знамя» на «Букер», почему-то не включили даже в лонг-лист. «Елтышевых» редакция «Дружбы народов» не выдвинула на премию, предпочла Сенчину Юзефовича и Земского.


Но Сенчин не исчез, не затерялся, а как-то незаметно стал превращаться… в большого писателя. Очень скоро критики прочли и оценили новый роман. Теперь Сенчина сравнивают с Антоном Павловичем Чеховым (Михаил Бойко, Лев Данилкин), с Жан-Полем Сартром (Наталья Иванова), с Томасом Манном (ваш покорный слуга).


«Елтышевы» – несомненная удача Романа Сенчина. На такой уровень он ещё не поднимался. Сенчин ушёл от «эгоцентризма» автопсихологической прозы, но сохранил редкую наблюдательность и дотошное знание мелочей жизни. Создал узнаваемые социальные типы. Нет длиннот, и следа не осталось от прежней рыхлости. Вялое повествование сменил напряжённый сюжет. «Елтышевы» читаются на одном дыхании.


Весной этого года я назвал «Елтышевых» «Будденброками» Романа Сенчина. Это не совсем точно. Роман масштабнее, чем «Русские Будденброки». Он не только о вырождении и гибели семьи. «Елтышевы» – роман о деградации и вымирании нестоличной России. В крупных городах и теперь кипит жизнь. За их счёт кормятся и города-спутники. Но вдали от финансовых потоков жизнь течёт совсем иначе.


Николай Михайлович Елтышев едва не попадает под суд, теряет работу и служебную квартиру. Денег на жизнь в городе нет, и семья решает уехать в деревню, где ещё жива тётка Валентины Викторовны, жены Николая Михайловича.


Положение Елтышевых тяжёлое, но не безвыходное. Не стало работы и квартиры, зато есть плохонький, но ещё годный домик в деревне. Есть машина. Ещё не закончились деньги. Елтышевы не голодают. На столе мясо, сало, картошка. В провинциальной России – это немало. Многие живут гораздо хуже. Николай Михайлович и Валентина Викторовна ещё не стары. С ними взрослый сын – Артём. Другой сын, Денис, должен скоро вернуться из тюрьмы.


Как будто Елтышевы не бездействуют. Начинают строить новый дом, трудятся на огороде, пытаются найти работу, пробуют торговать на базаре.


Но с первых страниц не покидает ощущение безысходности, тщетности усилий.


Проницательный Лев Данилкин дал «Елтышевым» оригинальное, но точное определение: «Робинзон Крузо наоборот». Герой Даниеля Дефо постепенно осваивается на новом месте, медленно, но верно подчиняет себе природу, обретает власть над вещами. Необитаемый остров стараниями неутомимого, предприимчивого британца становится островком цивилизации.


Елтышевы, напротив, постепенно дичают. Постепенно душами их овладевают злоба, тихое отчаяние, а затем уже – равнодушие, апатия. Ехали в деревню жить, строить, работать, а получилось всё иначе. И вот уже Валентина Викторовна, последняя из Елтышевых, только сидит на обрезке бруса, как на завалинке: «Как она переживает долгие, пустые дни, о чём думает, ради чего вообще живёт…»


Оказывается, путь назад, в деревню, для горожанина закрыт. Нарушивший этот закон обречён на скорую деградацию.


Старенькая тётка Татьяна управлялась с хозяйством куда лучше. Но это и понятно: она человек ещё того, прежнего, не разгромленного и не развращённого деревенского мира.


Нашему обществу поставлен диагноз: психологическая усталость и социальная апатия. Неверие в собственные силы. Только отчаяние и озлобленность: «Они все тут животные просто. Хищные, тупые животные».


Но причина гибели Елтышевых не биологическая, а, видимо, социальная.


«Подобно многим своим сверстникам, Николай Михайлович Елтышев большую часть жизни считал, что нужно вести себя по-человечески, исполнять свои обязанности, и за это постепенно будешь вознаграждаться». Увы. В новое время героям Сенчина сил не хватает. Не удаётся удержаться на плаву. Необходима способность к сверхнапряжениям, пассионарность, чтобы преодолеть обстоятельства. Но и пассионарность не спасает.


Последняя фраза романа: «Помочь ей было некому».


Нестоличной России некому помочь. Но и отступать некуда. Подошли к самому краю. Как на войне. На Отечественной войне. Или русский народ соберётся с силами, или его вытеснят с собственной земли. Вот почему «Елтышевы» не просто хороший, но важный для нашего общества роман. А его автор вошёл в первый ряд современных русских прозаиков.



Сергей БЕЛЯКОВ,


г. ЕКАТЕРИНБУРГ




ЗЛОКАЧЕСТВЕННАЯ БИОПСИЯ СЕМЬИ ЕЛТЫШЕВЫХ







Егор МОЛДАНОВ
Егор МОЛДАНОВ

Признаемся откровенно, «Елтышевы» – один из самых сильных романов 2009 года, независимо от того, получит книга «Букер» или её прокатят. Впервые настоящим бестселлером стала книга о деградации семьи в условиях русской деревни. После выхода «Елтышевых» Роман Сенчин окончательно закрепил за собой титул «бытописателя вульгарности серого цвета». Тогда давайте заодно заклеймим (а это у нас умеют, и ещё как) Достоевского, Бунина, Глеба Успенского, Андреева, раннего Горького. Они все писали с предельным откровением об ужасах русской глубинки и той безысходности, которой веет от неё, об отсутствии света в конце туннеля. И краски были не только серые, но и чёрные.


«Елтышевы» – зрелая книга, написанная с отчётливой решимостью человеком, которому есть что сказать и который говорит об этом во всеуслышание. Сенчин изобразил картину современной деревенской жизни без прикрас. Не надо ехать в глубинку, отъедете 40–50 км от провинциального города, и вот вам деревня Гадюкино. Мураново у Сенчина ещё не совсем запропащее: есть дорога, какой-никакой ездит автобус, существует магазин, клуб, стоит школа. Я видел деревни и страшнее, где нет автобусного сообщения, а только «военно-грузинская» дорога с ухабами да кочками, где нет ни клуба, ни школы, ни магазина, где нет даже электричества и телефона. И таких деревень пруд пруди по Руси.


Скотт Фицджеральд в своё время заметил, что у каждого писателя есть, по сути дела, одна-единственная история, но рассказывается она много раз. Тема несостоявшейся жизни, впустую растраченного времени, утраченных иллюзий – та самая «одна история» Романа Сенчина, которая в разных вариантах возникает в его произведениях, и особо остро и ностальгически она показана в «Елтышевых». Мастерство писателя и заключается в том, что он умеет подать свою «историю» как никто другой.


В чём секрет графической выразительности и бесспорной убедительности нарисованного Сенчиным мира русской деревни? По мнению Ирины Роднянской, «Сенчин как заразы боится литературной лжи и может писать единственно о том, что знает подлинно».


И писатель вторит словам известного критика. «Меня ругают за то, что я передаю действительность один в один. Требуют правды художественной, а не только жизненной…» И вот ещё откровеннее: «…Я пытаюсь писать о жизни ничем особенным не выдающихся, как Пушкин их называл, «ничтожных», людей. Хотя каждый человек особен и уникален. Но жизнь большинства складывается из череды дней-близнецов, которые не запоминаются, не радуют и не огорчают, почти не отмечаются. Настоящие события – хорошие или плохие, здесь нет существенной разницы – происходят очень редко. И вот эти бесцветные, лишние дни я и беру для описания».


Сенчин в своём романе представляет нам среднестатистическую советскую семью Елтышевых, так и не сумевшую осуществить «типично советское» восхождение к сверкающим вершинам блаженства.


Старший из Елтышевых так и не приспособился к новой России, живущей по правилам: кто сегодня не успеет – завтра крепко пожалеет. Он упорно ждёт появления в своём вытрезвителе богатенького Буратино, не понимая своими ментовскими извилинами, что это нонсенс. Богатенькие Буратино в вытрезвитель не попадают. Но капитан Елтышев упрямо ждёт, надеется на халяву, которая должна ему свалиться как манна небесная только за то, что он проработал тридцать с чем-то лет ментом.


Репутация создаётся всю жизнь, а рушится за несколько секунд. ЧП в вытрезвителе навсегда лишило старшего Елтышева почёта, уважения, тихой и скромной старости, двухкомнатной ведомственной квартиры. Одним словом, всего того, что было «нажито непосильным трудом». Жизнь за бортом сломала Николая Михайловича как личность. Процесс деградации запустился. Теоретически остановить его несложно. Не зря говорят: чтобы изменить жизнь, нужно прежде всего изменить себя. К сожалению, Елтышевы с этой аксиомой незнакомы. Даже в Муранове старший Елтышев чувствует себя по-прежнему ментом, хочет, чтобы его боялись, заискивали. Это как наркотик, без которого начинается ломка в организме, и она доводит человека до состояния абстиненции, как алкаша до белой горячки.


Елтышевы уезжают из города в деревню. Я особо хочу подчеркнуть, что это их добровольный выбор. Они могли остаться в городе, снять квартиру, найти работу, а Валентина Викторовна вообще могла и не увольняться. Никто её делать этого не заставлял. И всё же Елтышевы выбирают деревню, к жизни в которой в принципе не приспособлены. Почему же всё-таки Мураново, а не город? Елтышевы чувствуют себя скомпрометированными (отец семейства осуждён условно, младший сын сидит), хотя городу до лампочки их семейные трудности. Елтышевы бегут от позора, им кажется, что в деревне они начнут новую, некую правильную жизнь. Наивные, они не знали, что деревня по своей сущности – это одно большое покрывало, под которым спят все, и одна большая рюмка, из которой пьют все.


Критик Лев Данилкин верно подметил, что «главным героем… Сенчина становится сам «фон» – то, что обыкновенно образует объект бокового зрения. Последовательность мелких, заслоняющих друг друга фактов. Липкая, как казеиновый клей, повседневность. Будни с запахом непросохших волос…»


Елтышевы полагали, что Мураново – это промежуточный этап их жизни, оказалось – конечный. Любое дерево горит в печи, но не всякое отдаёт тепло: трухлявое горит для себя, одна видимость огня. Опытный печник говорит: «это не дрова». Елтышевы для Муранова «не дрова», поэтому деревня для них становится резервацией, гетто, по выражению того же Данилкина. Мураново – это колония строгого режима для оступившихся Елтышевых, и выжить они могут только при одном условии: если объединятся, если будут одним целым, если будут стоять друг за друга горой, в конце концов, если будут семьёй, а не ячейкой общества. И начинаешь понимать, что не настолько крепки эти узы: упущен старший сын, сидит в колонии младший, и им родители больше восхищаются и гордятся, чем старшим, потому что Артём в их глазах вырос непутёвым, а Денис – путёвый, хоть и в колонии. А ведь Артём ждал от родителей только одного: понимания, но так и не дождался. Отец и сын – их тянет друг к другу, но сойтись они так и не могут.


В «Елтышевых» чересчур много замкнутого пространства, и это также гибельно отражается на судьбах героев. Действие романа фактически происходит в доме восьмидесятилетней бабы Тани. Елтышевым в нём душно (как тем из камеры, которых старший Елтышев приказал отравить газом), тесно, некомфортно.


История дегенерации семьи, рассказанная Сенчиным, реальна и настолько типична, что это порой вызывает даже некоторое раздражение. Словно ты не книгу читаешь, а бес тебя попутал включить телевизор и попасть на какое-нибудь «Чрезвычайное происшествие»!


«Елтышевы» – это история ещё и об отсутствии воли к жизни. Лучше ужасный конец, чем ужас без конца. Перед нами ужас неверно прожитой жизни, суд над нею – в этом основной смысл книги писателя Сенчина.


Бездействие – главный фактор, приведший семью Елтышевых к вырождению. Не достроен дом, не отремонтирован автомобиль-кормилец, продают спирт, при этом не могут накопить денег, так как сами пьют, пробуют продавать ягоды на базаре, опять всё через пень-колоду, разрушают семью сына своим вмешательством. Резонный вопрос: почему так всё происходит? Неужели только потому, что Елтышевы городские и чересчур «типично советские»? А если бы приспособились – разве это был бы путь вверх? Избавление? Спасение? В том-то и ужас, что пути спасения Елтышевы не видят, не находят и, по большому счёту, не могут найти (и не только Елтышевы, но и все вокруг них). Да и есть ли он? В отсутствие духовно-нравственных и исторических ориентиров, в этом тотально безыдеальном существовании? Ведь роман зафиксировал не частную ситуацию, а глобальную социальную и духовно-нравственную стагнацию, по сути – очередную национальную катастрофу.


Деградацию семьи Елтышевых необходимо рассматривать шире, как деградацию всей русской провинциальной, деревенской жизни, да и вообще всей современной русской цивилизации. Деревни Мурановы – это раковые опухоли на теле современной провинциальной России.


Роман Сенчин же показал нам только злокачественную биопсию (срез на примере семьи Елтышевых), но показал искусно.


И напоследок, если нашлись десятки тысяч человек, прочитавших книгу, если она вызвала жаркие дебаты не только среди критиков, но и в ЖЖ-обществе (от неприятия до поклонения), значит, у серьёзной литературы ещё не всё потеряно, хотя напоследок хочется воскликнуть: «Зажгите свет, я не хочу идти домой в темноте».



Егор МОЛДАНОВ,


г. ТЫНДА, Амурская обл.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *