ИСКУССТВОМ ДРУЖЕСКИМ СПАСЁН

Рубрика в газете: Мы – один мир, № 2018 / 25, 06.07.2018, автор: Александр ТРАПЕЗНИКОВ

Некоторые страницы этой книги нельзя читать без внутреннего содрогания, другие – с мистическим трепетом, третьи – с духовным сопереживанием, а в целом без всякого преувеличения роскошно изданный фолиант Канта Ибрагимова «Академик Пётр Захаров» является глубоким фундаментальным научно-познавательным исследованием и открывает перед нами портрет великого художника, который сам называл себя, подписывая свои картины, то «Захаров из Чеченцев», то «Захаров Дадаюртский». А настоящего его имени никто не знает, и эта тайна сохраняется на небесах. Младенец, являющийся на свет, кричит от ужаса предстоящей судьбы, пусть даже в дальнейшем она будет вполне благополучной и счастливой. Но так редко бывает. Здесь же – тем более. Весит маленький человек, не ведая, что его ждёт, условно три килограмма. Когда я взял в руки книгу Канта Ибрагимова, ощутил её тяжесть, мне захотелось, прежде чем погрузиться в чтение, узнать, сколько же она весит? Оказалось – именно столько же, как народившийся ребёнок. Но странным образом уже метафизически прошагавший свою бесценную жизнь, трагическую и неповторимую, с редким творческим даром и последующим бесспорным величием для потомков, открывшимся нам благодаря сопережитому писательскому труду. И эта тяжесть – благостна. Она тянет не вниз, а вверх. Куда возвращаются гении, и где больше нет ужасов мирской жизни.

Известный искусствовед Нина Молева, говоря о книге, особо подчёркивает, что Канта Ибрагимов – зрелый автор того направления, которое можно назвать суровым реализмом. «Он абсолютно верен факту. Любое предположение, допуск фантазии, легенда им не допускаются в его произведениях. Первое ощущение от его книг: правда, голая правда и только правда. Уточню – правда конкретного документа. Перед ним отступают личные переживания, тем более эмоции. И это не выбранная писателем позиция – это существо его мироощущения. Ему веришь и вместе с тем невольно дополняешь эту правду собственными ощущениями, догадками, представлениями о человеческой натуре, о том, что и как переживают его герои». Замечу, что это четвёртое издание, расширенное и дополненное, но работа на этом не останавливается, поскольку ещё много тёмных пятен в биографии Петра Захарова, не все его картины найдены и идентифицированы. А ведь в самом начале Канта Ибрагимов хотел написать художественный роман о своём соотечественнике Захарове. Собирал материал, но один пожилой учёный-академик посоветовал:

– На всём Кавказе таких творцов-художников просто не было. Этим надо гордиться, это надо пропагандировать. Это победа, дух и стойкость национального интеллекта. Только не вздумайте о нём писать роман. О великих романы не пишутся, несолидно.

Выход в свет каждого издания, начиная с 2013 года, имел большой резонанс не только в Чечне и в России, но и далеко за её пределами. Автор получал много откликов, советов, дополнительных материалов. Так создавалась и эта документальная монография об одном из выдающихся деятелей чеченского народа, принадлежащем – подчёркиваю – общей русской культуре. Ведь его картины сейчас хранятся и выставлены на обозрение и в Третьяковке, и в Эрмитаже, и в Русском музее, в областных и краеведческих музеях, в картинных галереях Лондона, Парижа, Монако, да по всему миру, а сколько ещё укрыто в частных коллекциях! Сколько как бы бесследно исчезло…

А биографию Петра Захарова, как и его бесценную судьбу, можно было бы начать со слов «израненный ребенок – военнопленный». И это говорится о трёхлетнем мальчике. Почему? Это к вопросу о «внутреннем содрогании», с которого я начал статью. Проиллюстрирую примером из книги. Ребёнок был найден и пленён не в день истребления генералом Ермоловым Дада-Юрта, а через два-три дня, в стороне от села. 15 сентября 1819 года аул пал. Солдаты вывезли всё, что могли. Это подтверждено свидетельствами и документами, с которыми Канта Ибрагимов всегда работает тщательно и объективно. Один из казаков услышал в прибрежном кустарнике плач ребёнка. Раздвинул заросли и обомлел. На земле лежит окровавленная женщина, в одной руке – кинжал, другой прижимает к себе ребёнка. Тоже всего в крови. Казак (звали его Захар Недоносов) взял ребёнка, но женщина ещё успела вцепиться ему в лицо. Еле оторвали, изрубив шашками. На следующий день, получив рапорт, командующий войсками на Кавказе отдал приказ, чтобы пленного мальчика доставили в крепость Грозный. Увы, в таких войнах и дети тоже являются военнопленными. Так, будущий «Петруша Захаров» позже вошёл в семью Ермоловых. Я пересказываю схематично, в книге всё более подробно, но суть такова: одни казаки убили отца, мать, всех родных и односельчан мальчика, другие – выходили малыша, нарекли его Петром Захаровичем Захаровым.

А теперь о «мистическом трепете». Все помнят начало поэмы «Мцыри» Лермонтова:

 

Однажды русский генерал

Из гор к Тифлису проезжал;

Ребёнка пленного он вёз.

Тот занемог, не перенёс

Трудов далёкого пути;

Он был, казалось, лет шести;

Как серна гор, пуглив и дик,

И слаб и гибок, как тростник.

Но в нём мучительный недуг

Развил тогда могучий дух

Его отцов. Без жалоб он

Томился, даже слабый стон

Из детских губ не вылетал,

Он знаком пищу отвергал

И тихо, гордо умирал.

Из жалости один монах

Больного прИзрел, и в стенах

Хранительных остался он,

Искусством дружеским спасён…

 

Всё это было в действительности: Алексей Петрович Ермолов весной 1822 года направлялся в свою резиденцию в Тифлис, взяв с собой и мальчика Петра Захарова. Болезненный ребёнок не вынес тягот многодневного высокогорного перехода и заболел. В Мцхете, где остановились на очередной привал, думая, что ребёнок уже не выживет, Ермолов оставил его местному монаху. Дальнейшее – известно. Ребёнок выжил и был передан другому Ермолову, тоже генералу, двоюродному брату командующего на Кавказе. Так в жизни будущего великого художника случился очередной резкий поворот судьбы. Многие исследователи, та же Нина Молева, доказывают, что прототипом «Мцыри» является не кто иной, как Пётр Захаров. А он ведь и сам поведал эту историю М.Ю. Лермонтову, с которым был хорошо знаком и писал его портрет.

Когда я бываю в Третьяковской галерее, часто задерживаюсь возле любимых картин. Одна из них маслом – «Групповой портрет детей П.Н. Ермолова», кисти П.Захарова. Другая – «Петр Николаевич Ермолов на смертном одре». Третья – «Групповой (семейный) портрет» (карандаш, чёрная акварель, белила). А подпись уже другая – «Захаровъ, Чеченец из Дадаюрта». Но я представить себе не мог, какова биография и судьба этого поразительного художника. И тем более не связывал его жизнь с творениями моего любимого поэта Михаила Лермонтова. Но теперь они уже оба сакрально входят в мои представления о мире.

Канта Ибрагимов спрашивает: «Значим ли Пётр Захаров для русских, россиян, России? Конечно, значим. Потому что П.Захаров – это, прежде всего, богатейшее русское искусство, великая русская культура, с которой переплелась и кавказская, в том числе и чеченская, культура; это своеобразная и неотъемлемая часть и грань общей истории, судьбы, миропорядка и цивилизации». Но был ли художник известен и уважаем в своё время? Да, несомненно, хотя ему всё время сопутствовали бедность, неопределённость статуса, а в конце жизни чахотка, и даже могила его на Ваганьковском кладбище неизвестна. Но Карл Брюллов называл его своим преемником в области портретного искусства, а в двадцать семь лет ему присвоили звание академика Академии художеств России. В ней могли обучаться по Уставу лишь люди дворянского сословия, а крепостные и инородцы допускались лишь в исключительных случаях, если есть талант; в данном случае это относилось и к Петру Захарову. Интересен и такой факт: когда император Николай I приказал написать масштабное полотно «Парад на Царицыном лугу в Петербурге», то его автор Г.Чернецов, долго согласовывая с вышестоящими инстанциями портреты персонажей (а их было более 250), изобразил на этой исторической картине наряду с Пушкиным, Крыловым, Брюлловым, Венециановым и другими знаменитостями также и Петра Захарова. Заказы были, но дохода они не приносили.

Хотя в истории искусств он остался в первую очередь как замечательный портретист, наравне в Кипренским, Боровиковским, Тропининым, Рокотовым. Его работы – это отображение целой эпохи. А что стоит один только его «Воинственный автопортрет» – горец с усами, в бурке, с ружьем? Или портрет А.П. Ермолова? Где он отобразил, по сути, своего отцеубийцу, который убил и его мать, и весь его род, и всех жителей Дада-Юрта, а само село стёр с лица земли. Канта Ибрагимов подчёркивает, что слабый человек, низменный, плебейский, мог бы как-то отомстить, унизить генерала. Но Пётр Захаров, как настоящий художник, лишенный мстительности и злобы, поступил благородно и достойно: придал своей модели – уже обрюзгшему, неопрятному, состарившемуся Ермолову – былую воинскую стать и даже приукрасил её штрихами былой воинской славы. Ведь духовное наполнение образа имело для него огромное значение. Всем своим образом жизни «Петруша Захаров» доказывал, что он раб, не крепостной, не военнопленный, а свободный человек, к тому же один из лучших художников своего времени, который своим трудом получил право почётного потомственного гражданина.

В одном только я не согласен с автором, когда он проводит некую косвенную параллель между своим героем и Тарасом Шевченко. Этим отъявленным русофобом, неучем, невеждой, алкоголиком, бездарным писакой и просто более-менее умелым рисовальщиком. Олесь Бузина в своей книге «Вурдалак Тарас Шевченко», да и другие исследователи давно уже доказали всю никчёмность этого виршеплёта и любителя смертей и потоков крови. Но тут просто, на мой взгляд, некая инерция той ещё советской пропаганды в школьном образовании. А Захаров – человек утончённый, высокообразованный и вся его жизнь многогранна, поучительна и весома.

Более того (и тут я уже полностью солидаризуюсь со словами Канта Ибрагимова) Пётр Захаров – это аристократ духа, по мысли, по делам, по творчеству. «Всей своей короткой жизнью, полной борьбы, болезней, труда и одиночества, он писал своё собственное имя. Доблестно, великолепно и достойно его написал. Написал самостоятельно, гордо и навеки. И при этом от данного ему имени не отрёкся, его тоже возвысил, сохранил, приумножил… Вот почему велик Академик Пётр Захаров – Чеченец из Дада-Юрта, славный мальчик, прекрасный художник, замечательный человек и настоящий патриот своего народа 
и всей России!».

А жизнь, творчество и судьба его – бесценны.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *