17/10/2015 Назад

В Республике Коми на организованное преступное сообщество работало региональное агентство по печати

Продолжаются аресты в Республике Коми. На днях за решётку угодил лидер регионального отделения ЛДПР Михаил Брагин, возглавлявший ранее в Госсовете республики комитет по социальной политике. Его обвинили в коммерческом подкупе и незаконном участии в предпринимательской деятельности. Но вряд ли дело ограничится только расследованием нарушений в сфере бизнеса. В этой истории чрезвычайно важна и политическая составляющая.

 

05

04

 

 

 

 

 

 

 

Ирина и Михаил БРАГИНЫ: неужели муж и жена – одна сатана?

 

Сам Брагин как политик интерес представлял небольшой. Ну да, какое-то время этот человек состоял в Союзе правых сил, а потом переметнулся в ЛДПР. Но он один, что ли, такой был? В своё время Елена Мизулина и Ирина Яровая входили в партию «Яблоко», а затем одна примкнула к «Справедливой России», а другая вступила в «ЕдРо». Ну и что? Вспомним другой пример, когда Митрофанов в какой-то момент перебежал из ЛДПР в «Справедливую Россию». Как говорят в таких случаях, рыба ищет, где глубже (или – где выгодней). Так что в метаниях известных личностей по разным партиям ничего страшного нет. Это – не криминал. Тут могут быть вопросы лишь этического порядка.

Существенно другое. Та же Мизулина так и не объяснила, почему она в своё время отказалась освободить шикарную казённую квартиру в Москве. У неё на тот момент закончился срок депутатских полномочий. По закону ей следовало съехать со служебной жилплощади и вернуться в Ярославль. Однако Мизулина всеми правдами и неправдами стала цепляться за Москву. И ведь добилась своего, вымолила у кремлёвского начальства какую-то новую должность, в итоге закрепив московские хоромы за собой.

Хороша оказалась и Яровая. До сих пор неясно, как её доченька, будучи ещё несовершеннолетней, приобрела в свою собственность дорогостоящую квартиру в престижном районе близ станции метро «Новослободская».

Видимо, слугам народа ничто человеческое не чуждо. На первом месте у них забота о себе и своих близких, а уж потом они начинают радеть за страну.

А что же случилось с Брагиным? Почему он чуть ли не сразу после окончания училища МВД бросил военную службу, занялся медиабизнесом, а потом полез в политику? Как я понимаю, развал Советского Союза лишил его каких-либо серьёзных перспектив в ельцинской армии. Он, как и десятки тысяч советских офицеров, оказался обречён на полуголодное существование. А медиабизнес, видимо, сулил миллионы. Правда, в лихие 90-е годы у нас на полную мощь можно было развернуться лишь при наличии надёжной «крыши» или в правоохранительных органах, или во власти. Брагина же какое-то время в Сыктывкаре всерьёз мало кто воспринимал.

Золотое время для Брагина настало в середине «нулевых» годов. Похоже, именно тогда он нашёл общий язык с главным идеологом созданного в Республике Коми преступного сообщества – Алексеем Черновым. Напомню, выходец из киношной питерской богемы Чернов появился в Сыктывкаре в 2001 году и потом, не имея в своём послужном списке никаких заметных успехов, получил важный пост заместителя главы республики. Его целью стало создание новой коррумпированной модели управления регионом. Эта модель подразумевала продвижение во все этажи власти только нужных людей, как правило, повязанных криминалом. Реальная политическая жизнь и независимая пресса в Сыктывкаре отменялись. Во главе общественных организаций ставились марионетки, которые должны были имитировать видимость существования в регионе гражданского общества.

Что получилось у Чернова на практике? Он вместе со своим компаньоном Зарубиным, который сколотил многомиллионное состояние в «Ренове» у Вексельберга, на первую роль продвинул подельника Гайзера, навязав ему в качестве «технического» соперника депутата от ЛДПР Брагина. Это позволило, с одной стороны, якобы соблюсти демократию, а с другой – стопроцентно гарантировать победу своей банде. Брагин при этом тоже в накладе не остался. Ему позволили сохранить свой бизнес, даже дали какие-то преференции. Но главное – не это. За послушание Чернов позволил утвердить жену Брагина руководителем республиканского агентства по печати.

Конечно, это назначение потом с лихвой было отработано. Именно при помощи Брагиной Чернов вскоре закончил зачистку всего информационного поля в регионе.

Брагина всё предприняла для того, чтобы выселить из Дома печати старейшую в республике газету «Красное знамя». Это было сделано в назидание всем другим журналистам: чтобы никто больше не смел ругать местную власть. Брагина дала понять, что в Доме печати останутся только лояльные Чернову издания и организации. Вот руководство Союза писателей республики в лице Елены Козловой никогда даже не пыталось что-либо возразить бандитам из команды Гайзера – Чернова, и начальство соответственно этот съезд не трогало (правда, при этом прикрыло старейшее Коми издательство). Последним председателем Союза писателей Республики Коми, позволявшим себе иметь собственное мнение о региональных начальниках и открыто выступавшим против коррупции, был Геннадий Юшков. Так Юшков вообще был неординарной личностью. Он не только бичевал проворовавшихся хапуг. Юшков ещё и писал яркие романы. А что написала Козлова? Ничего путного. Как писателя её никто не знает. Она – всего лишь функционер, который боится, кажется, даже своей тени. При ней авторитет Союза писателей в республике скатился до нуля. Но Чернова как раз такие чиновники очень устраивали: через них проще было манипулировать общественным сознанием.

Брагина поддержала и другую идею Чернова: создание бесплатной газеты для всего региона с гигантским тиражом, которая печатала бы, естественно, только полезную преступному сообществу информацию. Ставка была сделана на приласканную властями газету «Республика». Правда, потом выяснилось, что Сыктывкар оказался перекормленным бесплатными изданиями и на приманку начальства жители республиканского центра не клюнули. Но Брагина с Черновым внесли коррективы. Они предложили/приказали газете «Республика» делать сменные вкладки для читателей крупных городов, таких как Воркута, Ухта и Усинск. При этом Брагина с Черновым понимали, что квалифицированных кадров для подготовки сменных полос у «Республики» нет. И на чём они тогда настояли? Сменные полосы для республиканской газеты было поручено делать редакциям городских и районных газет. Тем самым Брагина с Черновым подорвали творческую конкуренцию среди журналистов Сыктывкара и районных центров. Люди просто перестали читать местную прессу. А зачем, если то же самое те же корреспонденты описали уже в газете «Республика»?

За своё умение оперативно реализовывать планы Чернова, а также, видимо, за сговорчивость Брагина, естественно, регулярно получала от власти бонусы. Руководство республики, в частности, закрыло глаза на то, что в подотчётном Брагиной Доме печати получили приют туристические и прочие фирмы, подконтрольные ей и её мужу. Вот так: неугодная редакция «Красного знамени» была запросто вышвырнута на улицу, а бизнес-структуры семьи лидера регионального отделения ЛДПР и начальницы республиканского агентства по печати получили статус наибольшего благоприятствования.

Теперь все в Сыктывкаре гадают, в каком качестве по вскрывшимся делам будет проходить г-жа Брагина: как свидетельница незаконной коммерческой деятельности своего мужа или соучастница.

Одновременно в Сыктывкаре продолжается следствие по делу о бывшем начальнике информационного управления в администрации Гайзера г-не Марущаке. Я, правда, до сих пор не могу взять в толк: Павел Марущак-то в чём прокололся. Ведь бюджетные деньги, как я понимаю, проходили не через него, а через республиканское агентство по печати. Неужто брал откаты?

За комментарием я обратился к известному в Сыктывкаре журналисту Валерию Черницыну.

– Про откаты ничего не слышал, – заявил Черницын. – В деле Марущака акцент, насколько мне известно, сделан на другое: последние годы так получалось, что практически все крупные денежные заказы на информационное освещение и организацию информмероприятий выигрывали, как правило, две организации: редакция «Красное знамя Севера», которую Чернов создал для нейтрализации газеты «Красное знамя», и одна бизнесмедиаструктура. А кто и что на этом поимел, похоже, пока остаётся тайной.

Ещё один момент. История с Брагиным показала, как Чернов манипулировал в Сыктывкаре различными партиями и организациями. Он постоянно впутывал в грязные делишки функционеров и из регионального отделения ЛДПР, и из «Единой России», и из прочих движений. Там, где бессильны оказывались «соколы» Жириновского, власть пускала вперёд людишек из фейковых контор. Например, когда надо было в глазах пенсионеров скомпрометировать боевую газету «Красное знамя», Чернов прибегал к помощи сомнительного торговца металлами, открыто бравировавшего крайне националистическими лозунгами.

А что делали коммунисты? Они что, ничего не видели и никакой коррупции в коридорах власти Сыктывкара не замечали? Куда смотрел, в частности, депутат Госдумы от КПРФ Андреев? Судя по всему, Чернов ключик нашёл и к нему. Подтверждение тому можно найти хотя бы в истории с созданием клона газеты «Красное знамя» – «Красное знамя Севера». Кто для первого номера клона организовал приветствие Зюганова? Не Андреев ли? Неудивительно, что после ареста Гайзера, Чернова и их сообщников Андреев так и не смог дать федеральным каналам телевидения внятных комментариев. Андрееву вообще после разоблачённой в Республике Коми банды из высокопоставленных чиновников следовало бы сдать депутатский мандат и совсем уйти из политики, чтобы не позорить партию.

В чём драма нынешней ситуации? Чернов с подельниками создал в Республике Коми настоящий спрут, в который искусно вплёл представителей практически всех политических партий. Он фактически заставил почти все партии и СМИ региона работать на организованную банду, подорвав у людей веру в справедливость.

Надо теперь разобраться: а что в других регионах? Не пробрались ли там во власть свои Черновы? И кто этим Черновым даст по рукам?

Вячеслав ОГРЫЗКО 

Комментарии

Для комментирования данной статьи Вы можете авторизироваться при помощи социальных кнопок, а также указать свои данные или просто оставить анонимный комментарий