27/11/2015 Назад

Кирдык активного гражданина

Завершилось голосование в проекте «Активный гражданин» по поводу переименования станции метро «Войковская», и завершилось, к сожалению, поражением здравого смысла.

Понятно, что голосование было фиктивное и ничего не решало, да и проводилось в закрытом режиме, но тем не менее.

Раньше мнение москвичей в подобных вопросах никто не спрашивал, умер Солженицын – и вместо Большой Коммунистической появилась улица Солженицына, коммунисты, по поводу Войкова бьющие себя в грудь, и не вякнули. И, если с коммунистами понятно – духовные наследнички, то оказалось, что имя террориста Петра Войкова (или как там его?) – и нынешними московскими властями признано своим, тоже стало быть наследнички.

09

 

Посмотрим на Петра Лазаревича в микроскоп. Начнём с того, что биография советского героя засекречена и залегендирована по самое не балуйся. Понятно, что вся дореволюционная деятельность персонажа выдумана уже после революции, дескать, мальчонка был способный – ещё в гимназии хотел убить царя. Выдумка, по все видимости, и то, что Войков был организатором покушения на ялтинского градоначальника Ивана Думбадзе, принимать участие в подготовке, наверное, мог, но быть руководителем вряд ли. А вот другие факты террористической деятельности Войкова советские биографы подтверждают. Далее «сын простого рабочего» оказывается в Швейцарии, где и живёт припеваючи 10 лет до самой февральской революции, «изучает химию», да пописывает статейки. Затем никому в России не известный товарищ вдруг становится комиссаром Министерства труда Временного правительства. Не будем заниматься конспирологией, но большевицкий вопрос: «Что вы делали до 17-го года?» – всё-таки задать хочется, слишком уж резвую карьеру сделал товарищ Войков. В итоге в июле 1918 года мы видим Войкова в качестве комиссара снабжения Совета Народных Комиссаров Уральской области. Безусловно, принимать решение о расстреле царской семьи Войков не мог – не та у него была должность, а вот серную кислоту выписывать мог, химик же. Есть и другие интересные факты в деятельности комиссара снабжения, советский биограф Гитель Нисоновна Губенко в апологетическом кратком биографическом очерке, посвящённом Войкову, упоминает, что тот вёл в Екатеринбурге переговоры с иностранными консулами, поскольку владел иностранными языками (получал инструкции?). Убедителен и факт написания Войковым провокационных писем «офицера Российской армии», писавшихся с целью подвигнуть Романовых к побегу, во время которого их предполагалось устранить. Что касается воспоминаний относительно личного участия Войкова в убийстве царской семьи, в которых утверждают, что он лично колол штыком царевен, достоверность их под сомнением, поскольку известно, что расстрел производился профессиональной интернациональной командой (венгры, латыши), в русских советские палачи были не уверены, и дилетант Войков там вряд ли бы пригодился. Таким образом, Войкова можно записать лишь в соучастники (серная кислота, возможно, использовалась по его указке, а выписывалась точно по его распоряжению), а не в непосредственные исполнители этого преступления, пока документально не доказано иное, впрочем, соучастник – тоже преступник. Что касается всей остальной деятельности Войкова, то она вполне себе соответствовала большевицкому лозунгу «Грабь награбленное», поэтому, может быть, и близка нынешним московским властям.

Теперь перейдём к защитникам товарища Войкова. Дмитрий Чёрный в своём материале «Пересадка совести как следствие отступления» пытается всячески большевицкого кумира оправдать. Аргументация стандартна – расстреливали не царя, а гражданина Романова, который, вообще, на самом деле Николай «Кровавый», бросивший в топку Первой мировой миллионы невинных крестьян (следуя такой логике можно и Сталина обвинить в 20 млн. погибших в Великую Отечественную). Видно, что советские уроки фальшивой истории вбиты в голову товарища Чёрного намертво. Однако в тексте Чёрный невзначай путает расстрел в Ипатьевском доме в Екатеринбурге и расправу над членами императорской семьи в Алапаевске, которых сбросили живыми в шахту. Конечно, можно смеяться над историей, но в итоге история сама посмеётся над тобой. Приводит Чёрный и мнение Керенского (из сомнительной книжки А.Г. Латышева «Рассекреченный Ленин»), которому во Временное правительство несли петиции с требованием смертной казни царя и его семьи. Оставим за скобками происхождение этой цитаты и личность самого балабола Керенского, но вот далеко идущие выводы товарища Чёрного о том, что весь народ желал смерти царя, оставим на его совести, так ведь можно апеллировать и к петициям, которые сегодня массово регистрируются и подписываются на сайтах типа: change.org. Если сегодня создать на таком сайте петицию о запрете коммунистической идеологии в России, более чем уверен, что её запросто подпишут и 100 тыс. человек, но вот делать из этого вывод, что всему населению России ненавистна коммунистическая идеология, я бы не стал.

Ещё более смешно предложение Чёрного закопать построенный большевиками метрополитен, напоминающее истерические требования свидомых, чтобы русские прекратили пользоваться компьютерами и айфонами, поскольку их делают в Америке. Да если бы не большевицкий шабаш, разгром страны и развал промышленности и сельского хозяйства после революции, то царская Россия построила бы метрополитен ещё в 20-е годы, тем более, что проект постройки метрополитена был уже разработан к 1914 году, но война помешала.

10

 

А чего стоят пассажи Чёрного о реальном герое Войкове, который в 15 лет вступил в РСДРП, чтобы улучшить жизнь трудового народа, взятые чуть ли не прямо из книжки советских апологетов. Мальчик Петя жил на курорте, учил в гимназии «Закон Божий», родители не бедствовали, а нам все долдонят о трудовом народе – да не нужна нам ваша советская лапша за 10 копеек, наелись за 70 лет. Не был Петрусь идеалистом, а был расчётливым партократом, красиво жившим на широкую ногу, этаким Борей Немцовым своего времени.

Вернёмся к топонимике, станцию метро «Войковская» назвали так в честь посёлка при чугунолитейном завода имени Войкова, где делали чугунные батареи. Завод приказал долго жить вместе с батареями, так что теперь никакой топонимической привязки станции метро к местности не существует, поэтому от переименования Москва ничего не потеряет, а от одиозной фигуры террориста Войкова избавится, что будет несомненным благом в исторической перспективе.

Понятно, что московское правительство данным голосованием пыталось заигрывать с просоветски настроенным электоратом, однако не учло тот факт, что просоветски настроенные бабушки и дедушки интернетом пользоваться не умеют, а молодёжи на Войкова пофиг, поэтому результаты любой здравый человек сочтёт нарисованными умелой исполнительской рукой. В итоге это удар не только по историческому прошлому, но и по самому проекту электронного голосования «Активный гражданин», теперь, когда мне предложат проголосовать за что-то на этом сайте, я буду вспоминать мурло Войкова. Что хотели, то и получили. Ждём, когда вдохновлённые коммунисты будут требовать установки памятника Дзержинского на «Лубянке», можно и метрополитену ради восстановления «исторической справедливости» вернуть имя Кагановича. Только пренебрежение интересами русского народа, который Войков сотоварищи изрядно подрубили в XX веке, боком может выйти нынешним властям, поскольку на каждого Петра Войкова найдётся свой Борис Коверда.

Григорий ШУВАЛОВ 

Комментарии

Для комментирования данной статьи Вы можете авторизироваться при помощи социальных кнопок, а также указать свои данные или просто оставить анонимный комментарий

     

Комментарии  

# Николай 04.12.2015 03:33
Согласно нормам времени, всякое присвоенное первое название имеет преимущество тех строителей, которые дали этой станции название, как своему детищу. Нельзя людям уничтожать имена и названия данные предками, которые принадлежали иной идеологии, иного времени. Предавать имя данное предками – это совершать преступление против основ своего государства. Пора становиться культурными людьми, уважающими выбор названия своих предков, без исторических истерических домыслов.
Когда слова Сергея Есенина - "стыдно мне, что я в Бога верил" - сегодня правит Малинин по смыслу до наоборот, а песенник - печатает слова Есенина в малининской редакции - "Стыдно мне, что я в Бога не верил" - и фонд Есенина помалкивает почему-то, подчиняясь культовым интересам укрощения русского духа, горько думать о времени, которое покушается на Божий дар русского гения, с молчаливого согласия предателей русского духа.
Когда бывшего царя Николая Второго поднимают на щит, а его Петроград - возвращают к первому названию - Санкт-Петербург.
Когда наши газетные Швондеры предлагали памятник Мухиной - «Рабочий и колхозница» поместить на фоне МГУ на Воробьёвых горах или ещё где-либо, то они таким образом желали отделить голову-символ от тела ВДНХ, с целью погубить память о ВДНХ. Так и сейчас, вместо созидания своего, некоторые Иваны, не помнящие родства своего, решили переименованием присваивать достижения иного времени себе.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать