Материалы по номерам

Результаты поиска:

Запрос: год - 2016, номер - 24

Пиковая Дума и её Герман…

№ 2016/24, 06.07.2016

Итак, ставки сделаны – писатели в Думу всё же пошли… Хотя, будем точнее и скромнее, как Чехов – назовём их литераторами. Поскольку если сопоставить количество знаков, написанных ими в жанре публицистики и просто «постов», их будет побольше, чем прозы. У Льва Толстого, правда, не было фейсбука – но и он выступал со статьями в прессе, за что был в конце концов «отлучён», но сомнений в статусе писателя, неотъемлемого в отличие от «рабства божия», ни у кого не возникло…

Я, конечно же, следил за телодвижениями коллег внимательно, поскольку товарищеский дух и вообще коллективизм присущ. Да и кто на ком держится – писал, если помните в «Пенделе на воздух свободы» («ЛР» № 14). «На наших перьях держатся их авторитеты» – перефразирую фразу из «О бедном гусаре замолвите слово». И вот, новый реализм, именно он – если брать «в лицах», – сделав сальто-мортале чуть ранее и сдав норматив по старому конформизму – обманул даже себя немножечко. Как ныне говорят, «переобулся в воздухе»: приземляется в заведомо «проходных» партийных списках, пообещав сперва иное (из майского интервью: «А как насчёт депутатства? С.Ш.: Пока не планирую. Не секрет, со мной ведут разговоры разные политические силы. Но то, что я пойду в Госдуму откуда-то – пока вилами на воде писано...»)... Прямо-таки предвоенное затишье, как в 1941-м, чтоб не спугнуть, как в 2007-м усатого ставленника Владислава Суркова, и не подвести тех человеков за окном, которые надеются, читают, голосуют… Да, все уловили важность момента и тоже затаились – главное пролезть, прошмыгнуть, а там, раздвинув правящий класс саженным плечом, и социализм строить можно (в Думе) начать, в самом неожиданном месте.

И когда второй, а по внутренней иерархии-то первый, новреалист заговорил о коммунизме как о выборе народном (слава его богу – хоть не о научном коммунизме, а этот, зиновьевско-идеалистский, «реальный коммунизм», он же «русский социализм» давно бит, размазан марксистами) – это он-то, ранее сомневавшийся в существовании советского народа и всех его побед на фоне очевидности «русского мира», – я тоже встрепенулся: что-то готовится! Ребята, отчётливо ходившие в правых, покрикивавшие на украинцев националистически, перепрыгнули на лево-центристский фланг. Впрочем, любить «крышу» олигархата можно и «слева» – тем более, целая институция, целая фракция отросла для этого занятия, вполне профессионального и высокооплачиваемого.

Взор мой, однако, обратился к Герману Садулаеву. Вот он-то гораздо больше писатель, чем публицист, и в районе Госдумы оказывался крайне редко, да и не похож на «паркетного» политика (не знаешь, где тут ставить кавычки). Не та судьба, не та величина – в ряду новреалистов в период опопсения «отцов» первенствующая. Хотя смешны тут считалки, тем более что и Роман Сенчин, например, никогда во власть хаживать не собирался. Не мог я тут не вспомнить судьбоносную (для двух общих знакомых, там присутствовавших, закончившуюся показательным процессом и тюрьмой) «встречу с писателями» в Фаланстере 2012-го года, где мы впервые перемолвились о Москве и Ленинграде живым словцом…

Герман тогда как раз вступил недавно в КПРФ – без каких-либо думских амбиций (хотя итоги выборов-то «пошатывались» после Первой Болотной, мандатно могло перепасть даже Сергею Удальцову – как мечтали «крамольники»), вступил по убеждениям. Этим и был обрадован встретившийся с писателями старожил Думы, в которого, словно при сеансе переливания крови, тогда перекачивался рейтинг Удальцова – на март 2012-го огромный. Я, конечно же, опишу это всё романически, подробно – но упомянуть был обязан. Ибо именно тогда, а не в мае 2012-го, уже состоялась «тайная вечеря», и на заклание по собственной же общительности и дури отправились «болотные крамольники» – ради сохранения вот этой самой политической конфигурации (где корень «фиг» торчит – фиг народу, трудящимся), в которую ныне вписываются «всехние друзья».

Но Герман – нет, он другой. Не покидает мою зрительную память его слегка ошалелый от Москвы вид – не горящий взгляд других завоевателей аудиторий, а спокойный, даже домашний такой взгляд. Потому что собрались – свои, этим доверять можно. И, соответственно, доверять можно и ему. Не доверчивость – доверие… Правда, человек верующий – однако сегодня это, скорее, норма для думского коммуниста.

Герман в политике вообще новичок, и именно это вызывает некоторые надежды. Хотя, по всем законам голосовать надо за опытного, чтобы он «представлял интересы класса» – однако я-то знаю, каким классом становятся депутаты сразу же после прохождения в Думу. Этот класс от рабочего далёк. И всё же, в отсутствие политики масс – личность может многое. Не менять ход истории, конечно, но быть голосом не только своей совести – может. Примеры есть. Правда – в Думе они не ужились. Потому что не ужались.

В его «Шалинском рейде» есть удивительные слова, которые и можно считать «исповедью советского патриота» – в самом неподходящем месте, казалось бы. Но потому и ценные. «…была такая страна – Союз. Советских. Социалистических. Республик». Брутальнее Захара Прилепина вжарил! И хоть разговор – меж мусульман, и ближайшие ощущения – от обрезания, но гораздо яснее ощущается общее «обрезание» Советской родины, которое переживает и чеченец. И вот он – не такой уж тёмный в экономических вопросах, оказывается, спокойный человек, – обнаруживает не формальные, а базисные признаки остатков социализма даже при Дудаеве! Что за дичь? – спросите вы, но будете не правы. Перечитайте – он про госхозы, это так переименовал первый президент Чечни колхозы как раз тогда, когда Ельцин их указом распустил (1995). Парадокс? Вот именно: но маленькую Чечню («ичкерИю», выговаривая по-ельцински) скрепляло на уровне крестьянства именно это, советское – мало кому известное. И от кого бы вы (мы) это узнали, как не от Германа – патриота и своей республики и всего Союза республик? А известность-то ему принесла книга, наречённая именно так главредом издательства «Ультра.Культура», Кормильцевым, «Я чеченец!» (вмастил ли этим он «папику» Березовскому – «шарфик» молчит). «Скажу вам гордо – чеченец я», сразу же подпевает Тимур Муцураев, ещё не сдавшийся кадыровщине…

В общем, кандидат в депутаты – с именно писательской биографией. Но вот, так тонко разбираясь в экономике «военного ельцинизма», разборчив ли он в думских партиях? Думаю, да, и тут вместо него высказывается «молчание – золото». Однако же Ленин требовал использовать большевикам все лазейки для революционных целей ,включая думские – если они, правда, большевики, и готовы всей фракцией – на каторгу…

Герман – именно такой вот питерский, сомневающийся (не вслух), достоевский писатель, попадание в Думу которого было бы уже этим интересно. Впрочем, там придётся измениться.

Другим фракциям прикрыться нечем – кроме «уральской пельмешки», с которой по мере информационного продвижения в Думу, спадали все одежды, а на финал выпало в соцсети голопопое сэлфи через зеркало… Для «Единой России» самое то. Нет, «деятелей-то искусства» навалом – от Сокурова в «Яблоке» до публицистки Хакамады в «Партии роста» (всё время хочу спросить – куда роста, в капиталистический Ад далее?!). Есть и те, кто решил «конвертировать» не столько литературные успехи, сколько условный и временный свой рейтинг в СМИ. Потому и конвертируют – ведь всё при буржуазной политике скоротечно… Но почему-то именно Герман заставляет и не на партию иначе смотреть, нет – а на сам процесс «занятия позиций». Плевать, от какой партии, если честно. Ибо лидеры фракций в «день нации» (выдуманный в пику 7 ноября) выходят под ручку со своим куратором, не зная идеологических различий, в едином порыве защищая сверхприбыли «самых богатеньких нашего города».

После безуспешного площадного штурма 2012-го – хоть ползком бы, – думают мои коллеги, знаю-знаю. Важно чтоб это пластунство вышло не низкопоклонством перед правящим классом и не попыткой в него вползти, а «траекторией Маресьева». Чтобы встать на эти государственные протезы, и за собой резко, по команде поднять страну с «полусогнутых», из позиции, в которую вогнал её мировой кризис и суверенная политика, реакция, и так далее. Уверен, Герман к этой пиковой, просчитанной по квотам в Кремле даме-Думе подходит так же, как пушкинский герой – нужен только секрет, тройка карт. Впрочем, сразу же вспоминается другая тройка, из «Справедливой России», 2007-го, откуда вылетел один пристяжной, тогда было его время стяжать надежды, быть Германом, но дама-Дума вовремя позвала усатого дворецкого, и выдворила шаркать по льду Тверской в остроносых ботинках… Нынче же интереснее.

Голосовать я, конечно же, не буду – принципиально беру открепительное, на стену вешаю, как доказательство неучастия в буржуйской политике.
Но всё равно интересно. А вдруг именно он поднимет давно в пользу программного «русского социализма» похеренное знамя пролетарского интернационализма, как Армен Бениаминов в 2003-м над Госдумой?!

 

Дмитрий ЧЁРНЫЙ

Преодолевший формализм

№ 2016/24, 06.07.2016

В этом году исполняется 130 лет со дня рождения Бориса Эйхенбаума. В качестве заголовка нашей статьи взято в перефразированном виде известное выражение академика В.М. Жирмунского – «Преодолевшие символизм» – так называется его статья, посвящённая А.Ахматовой, М.Кузмину, О.Мандельштаму и другим поэтам, чьё творчество традиционно причисляется к акмеизму.

Борис Эйхенбаум, о котором пойдёт речь, – один из столпов отечественного академического литературоведения петербургско-ленинградской школы и один из основоположников советской текстологии как области литературоведения, в самом деле – «преодолевший формализм», крупнейшим представителем которого он был в первые послереволюционные и 1920-е годы, известным деятелем так называемого ОПОЯЗа («Общество изучения поэтического языка»), куда входили также Ю.Н. Тынянов, В.Е. Шкловский, В.М. Жирмунский, Б.В. Томашевский, В.В. Виноградов

Коммунисты оказались правы

№ 2016/24, 06.07.2016

В последнее время депутаты Госдумы Валерий Рашкин и Сергей Обухов, представляющие Коммунистическую партию Российской Федерации, буквально забросали правоохранительные органы запросами о ситуации в Министерстве культуры РФ, Российском авторском обществе и других важных учреждениях культуры. Правда, наши доблестные прокуроры и полицейские поначалу от депутатов отмахивались, как от назойливых мух. Мол, и вопросы они несерьёзные поднимают, да и проверки, проведённые по их запросам, якобы показали, что никаких существенных нарушений никто никогда не допускал. Однако Рашкин и Обухов не унимались. И время подтвердило их правоту.

ВОПРОС В ЛОБ (Продолжение)

№ 2016/24, 06.07.2016

«Как вы считаете, выселение московскими властями газеты «Литературная Россия» на улицу – это спор хозяйствующих субъектов или политическая расправа над неугодным изданием?»

ЖИЛЬЯ НЕТ

№ 2016/24, 06.07.2016

Лето… Многие если не на курортах (не накопили), то хотя бы на даче. И потому очень мало шансов любой протестной акции попасть в поле видимости москвича или даже проезжающего мимо туриста. Однако в Банном переулке, где живёт центральный офис «Единой России» проходила (недолго – полиция-то работает без отпусков) акция – которую мы, не как обыватели, а как точно такие же жертвы Департамента городского имущества Москвы, не могли не заметить.

ПОД ПРИКРЫТИЕМ ДЕПАРТАМЕНТА ГОРОДСКОГО ИМУЩЕСТВА МОСКВЫ, или На кого работает казённое учреждение «Московский центр недвижимости»?

№ 2016/24, 06.07.2016

Сегодня утром [1 июля 2016 года. – Ред.] спозаранку в здание нашей редакции явились два добрых молодца, которые потребовали немедленно открыть им все кабинеты для фотографирования помещений в непонятных целях.

СЕРЫЙ КАРДИНАЛ НЫНЕШНЕЙ ГОСДУМЫ И ШОУ-БИЗНЕСА

№ 2016/24, 06.07.2016

Тема совмещения государственной службы и литературного творчества сама по себе не нова. Вспомним Гавриила Державина, Александра Грибоедова, Фёдора Тютчева, Михаила Салтыкова-Щедрина и Ивана Гончарова. Умели же они прекрасно служить государству, занимая высокие должности, и создавать при этом настоящие литературные шедевры.

ГАРМОНИЯ НЕСОЧЕТАЕМОГО

№ 2016/24, 06.07.2016

Сегодня при кажущемся литературном изобилии довольно мало книг, от чтения которых получаешь подлинное эстетическое удовольствие: радуешься от того, как ладно они скроены: как свежи и точны сравнения, неожиданны и прицельны эпитеты, как многослойны они по смыслу и как к месту пронизаны умными лучами интеллигентного юмора. Искушённому читателю трудно угодить, и должно быть трудно, ведь всеядность – первый признак глупости.

Смесь оперных жанров

№ 2016/24, 06.07.2016

Рихард Штраус. Ариадна на Наксосе. Камерный музыкальный театр имени Бориса Покровского. Режиссёр-постановщик Ханс-Иоахим Фрай.

«Хрустальная Турандот» объявила победителей

№ 2016/24, 06.07.2016

27 июня прошла XXV торжественная церемония вручения премии «Хрустальная Турандот» на сцене театра Вахтангова. Единственная российская премия, в которой победителей выбирают по зрительским симпатиям.

Григорий ШУВАЛОВ. ПЕРЕЖИВШИЕ ПОСТМОДЕРНИЗМ

№ 2016/24, 06.07.2016

На Молодёжном историческом форуме «Моя история», который проходил на ВДНХ в июне, было объявлено о создании Молодёжного отделения Общества русской словесности. Декларацию о намерениях озвучили инициаторы – писатель Андрей Тимофеев и поэт Василий Попов. Как будет функционировать молодёжное отделение, пока не очень понятно, поскольку Общество русской словесности само ещё находится на стадии становления, но чувствуется, что собравшаяся молодёжь настроена решительно. Помимо историков, в работе форума участвовали преподаватели литературы, филологи, писатели, поэты, изучающие русский язык иностранные студенты. Заседание было посвящено русской словесности в XXI веке, проблемам современного чтения, актуальности русской классики в наши дни. Поразмышлял на эту тему и я.

Ещё раз о Фанни Каплан, которая и не горит в огне, и не тонет в воде забвения

№ 2016/24, 06.07.2016

Из современных литературных жанров конспирологический этюд относится к самым востребованным. Сочинить подобный этюд не представляет значительного труда. Это не классический сонет с его катренами и терцетами, особым чередованием рифм и – главное – пропорциональным распределением смысла в пределах четырнадцати обязательных строк, когда тезе противопоставляется антитеза, которые приходят к неизбежному синтезу, подобно точно выверенному и удачно проведённому химическому опыту.

Академик Николай КАЗАНСКИЙ: Говоры живы до сих пор

№ 2016/24, 06.07.2016

 

Николай Николаевич Казанский – директор Института лингвистических исследований РАН. Он – академик. Область его научных интересов – древнегреческая диалектология, реконструкция праиндоевропейского языкового состояния. Кстати, Казанский одно время занимался изучением творчества крупнейшего древнегреческого поэта Стесихора, входившего в канонический список Девяти лириков. Известен Казанский и как переводчик с латинского (перевёл один из томов «Истории» Т.Ливия) и английского (проповедь Дж. Донна «Поединок со смертью»).

На Арбате закрыли сезон

№ 2016/24, 06.07.2016

3 июля, в воскресный вечер на Старом Арбате прошёл праздничный концерт по случаю закрытия театрального сезона. Традиция отмечать завершение сезона появилась семь лет назад.

Интернациональный союз писателей представляет

№ 2016/24, 06.07.2016
НА БЫСТРЫХ ПАРУСАХ

 

 

Саша Кругосветов. Путешествия Капитана Александра. Том 1. Книги 1 и 2. Большие дети моря. Киты и люди.

 

Человек растёт, с ним растут и книги. Редкий случай, когда любимый герой – спутник из детства. Саша Кругосветов знакомит маленьких читателей с Капитаном Александром, жившим давно-давно, в девятнадцатом столетии. Это герой, он участвовал в обороне Севастополя, не понаслышке знаком с войной. Это ловкий сильный человек, не теряющий присутствия духа даже тогда, когда его любимый корабль потерпел крушение.

Любимое занятие Капитана Александра – путешествия. У него есть корабль «Быстрые паруса». Название дано потому, что это очень быстроходный парусник. Всего о Капитане Александре написано пять книг. Первая книга цикла адресована детям. Последние три – взрослым. Взрослеющий человек – и любимый герой, который нисколько не изменился. Потому что не хочется, чтобы Капитан Александр старел и слабел. Он всегда полон сил, с ним всегда его спутники.

В команде Капитана Александра есть всё: Штурман, Боцман, Повар-Кок. В команде числится и говорящий голубь Митрофан, который конечно вещая птица. Это предприимчивые, весёлые и смелые герои.

Первая книга – «Большие дети моря» – построена как викторина. По ходу книги возникают вопросы, на которые читатель отвечает. Конечно, с подсказкой автора – многие слова маленький читатель впервые слышит.

Это книга-игра, что очень хорошо для ребёнка, который только научился читать. «Большие дети моря» подходит детям от 4 до 10 лет. Здесь есть всё: забавный и увлекательный сюжет, немного печальные дети-великаны Дол и Зюл, которых Капитан Александр принимает в свою команду, и разнообразные страшные приключения.

Разбирая записи Капитана Александра, автор наверняка нашёл множество писем. Это вести от знаменитого Жюля Верна, с новой историей о капитане Немо, от Джонатана Свифта, с описанием неизвестного путешествия доктора Леммюэля Гулливера. Были в архиве Капитана письма от Льва Кассиля, Валентина Катаева, Владислава Крапивина и от Андрея Некрасова, автора «Приключений капитана Врунгеля». Обращает на себя богатая фактура книги и любовь к материалу. Читатель, вслед за автором, стремится в плавание.

Вторая книга – «Киты и люди» – понравится подросткам, увлечённым фантастикой. Это стилистически более сложное произведение. Детский приключенческий роман вобрал в себя элементы триллера. Читателю не раз станет страшно на страницах новых путешествий Капитана Александра. Однако задорный дух книги сохраняется.

«Киты и люди» встречают читателя у дверей в новую жизнь. Говорят: переходный возраст. Автор желает читателю попутного ветра в этом новом плавании. Капитан Александр и его «Быстрые паруса» уже различимы на траверсе новой книги. Капитан почти не постарел. Голубь Митрофан, правда, стал совсем белый. Что же, попутного ветра.

 

Екатерина МАСЛОВСКАЯ

 

  ОГЕННАЯ ЗЕМЛЯ КАПИТАНА АЛЕКСАНДРА

 

 

Саша Кругосветов. Приключения Капитана Александра. Том 2. Книги 3 и 4.

Приключения Капитана Александра продолжаются. Позади первый и второй тома: «Большие дети моря» – для самых маленьких и «Киты и люди» – для только что повзрослевших. Третья книга приключений Капитана Александра – новое, более сложное, путешествие. У читателя больше опыта, чем в путешествии по первым двум, более сложные представления о географии, и совсем другие вопросы, чем были, когда читатель только встретил великанов Дола и Зюла и их чёрную собаку, а также белого кашалота Моби Дика. Мир увеличивается в размерах. В сумраке горизонта показались маяки Огненной Земли. Но зачем туда стремятся «Быстрые паруса»?

Как и в первых двух книгах, повествование перемежается с вопросами викторины, для того, чтобы материал книги лучше усваивался подростком. Это уникальный игровой момент составляет изюминку «Приключений Капитана Александра». Однако викторина растёт вместе с читателем. Теперь это вопросы сложные, подводящие читателя к темам жизни, смерти, нравственного выбора и самоидентификации.

Любимец Саши Кругосветова и друг Капитана Александра Льюис Доджсон снабжает неутомимого путешественника рекомендательным письмом к его преподобию Томасу Бриджесу, прекрасному знатоку нравов индейцев Южной Америки, смелому человеку и замечательному миссионеру. Вместе с Томасом Бриджесом капитан Александр проведёт немало времени. Их ожидает множество приключений, порой смешных, а порой и таких, в которых раскрываются совсем неидеальные стороны характера белого человека.

Автор ярким образом передаёт состояние человека в момент взросления. «А что же здесь, на последней земле? Путешественник поднимается на четырехсотметровую высоту последнего утёса. Глядит на юг. У него за спиной – весь мир людей, а впереди – лишь ледяной океан, ледяной ветер и ощущение ледяной безнадёжной бездны». С одной точки зрения – это вполне достоверное описание пейзажа. С другой – мятущийся человек найдёт в этом описании нечто себе близкое и включится в травелог спутником капитана Александра.

В четвёртой книге читатель знакомится с говорящей птицей Дадо и начинает знакомство со взрослыми играми – как устроено общество. Власть Ящериц, уникальный Хамелеон Парсони, Жуки, Зебу – всё это люди. Эта книга – та же ролевая игра. В сети очень много ролевых игр, но есть игры бестолковые. Понятно, не всё же демонстрировать своё интеллектуальное величие. Но порой повеет свежим солёным ветром, потянет в странствие. Странствие – это тоже игра, только взрослая.

 

Инна МЕЛЬНИК

 

КАПИТАН АЛЕКСАНДР НА ОСТРОВЕ МОРИЯ

 

 

Саша Кругосветов. Путешествия капитана Александра. тома 3,4. Книга 5, части 1-4 и приложения.

 

Третий том «Приключений капитана Александра», написанных Сашей Кругосветовым, рассчитан на взрослого читателя. Это первая книга цикла с провокационным названием «Остров Мория. Пацанская демократия». Небольшой остроумный экскурс в Средние века сменяется иносказательным описанием современного общества. Всё, происходящее на острове Мории, узнаваемо и потому вызывает печальный смех.

Часть первая «Острова Мории» – знакомство со странным морийским народом и его «пацанской демократией». Кто здесь чёткие, кто ровные, а кто – быки. Но сначала нужно бы определиться, что такое Остров Мория и откуда он возник.

Остров Мория – что это? Корабль дураков, остров уродов? Ни то, ни другое. Хотя конечно это и то, и другое. Авто интригует, завораживает энергичной и точной речью, картины истории и быта морийцев следуют одна за другой. Формируются касты морийского общества. Вот трусляки, а вот чёткие пацаны, а вот идут бывалые.

Книга захватывающая и... совершенно средневековая. Саше Кругосветову дано совмещать современность и средневековье, на первый взгляд, не прикладывая особенно труда, не впадая в заумь – и вместе с тем с подлинно средневековой весёлой заумью, без которой Корабль Дураков не был бы построен. Это парадоксальное творение, лёгкое для чтения и философски глубокое, беспощадное к порокам, из которых основными видятся глупость и хамство.

Четвёртая и пятая части «Острова Мории» – «Прощай, Мория!» и «Мория, любовь моя» дополнены остроумными «Морийскими рассказами». Чтобы уроки истории Корабля Дураков были закреплены фактическим материалом. В самом конце читатель с удовольствием прочитает стихи поэта-патриота Дижа Быжа, верного друга и спутника Капитана Александра.

Стилистические особенности новой части «Путешествий Капитана Александра» – густой, метафоричный язык, который дремать не позволит. То автор подпустит шутку в момент, когда, кажется, всё плохо. То сверкнёт пронзительным словом там, где ничего кроме глумежа и ругательства на сердце не приходит.

Читатель вместе с Капитаном Александром и Дижем Быжем наблюдает за жизнью острова, смотрит на вещи глазами морийцев. Идеал красоты морийцев – Женщина Лебедь. О ней слагает песни Попса в Попсовке, её мечтают встретить все – и бывалые, и трусляки, и чёткие, и ровные.

Во время путешествий Диж Быж показывает другу новые диковинки Мории. Здесь два народа, два мира. Морийцы – трудолюбивые и мирные люди. Но пацанская демократия создала другой народ и другую Морию – Тщеморию, поделённую на множество территорий. Например, Отвязную слободу, где живут по-видимому свободные художники-морийцы, не выходящие из загула, и смелые девушки, способные на отчаянный поступок. Или Попсу и её посёлок Попсовку. Попсу все чёткие и ровные морийцы любят, так как это их «девушка». Читатель заглянет в самое сердце Тщемории. Находится оно в загородном посёлке Щеповка.

«Остров Мория. Пацанская демократия» – выход за рамки ролевой игры, созданной Сашей Кругосветовым и его персонажем Капитаном Александром, вполне самостоятельное плавание читателя в информационном социуме. Путь пока это плавание идёт по страницам книги – новостные таблоиды читатель будет воспринимать уже более трезво. И с улыбкой, что обязательно.

 

Елена ВАСИЛЬЕВА

 

  ЛЕГЕНДЫ И БЫТ ОСТРОВА МОРИИ

 

 

Саша Кругосветов. Бывальщина и небывальщина. Морийские рассказы. – М., 104, 100 с.

 

Повседневность магически привлекательна. Но без насущного хлеба легенд жизнь была бы невыносима. Саша Кругосветов в новой книге «Морийские рассказы» сумел создать мир одновременно и легендарный, и очень напоминающий то, что вокруг. О чём «Бывальщина и небывальщина»? О жизни. О странной жизни странных людей и о... том, как живём все мы.

Представить книгу Саши Кругосветова без Капитана Александра практически невозможно. Капитан Александр бывал в самых разных уголках земного шара. «Морийские рассказы» – рассказы о жизни Острова Дураков.

«Морийские рассказы» – прекрасная, остроумная ироничная проза с очень высоким коэффициентом читабельности. Оторваться сложно. То смешно до слёз, то немножко жутко, словно читаешь о своих соседях или сослуживцах. А вдруг автор расскажет и обо мне тоже? И не самое приятное? Внутренне собираешься и косишь в зеркало: а может, ещё есть время вылечиться от глупости?

Эта книга о людях и о глупости. Беспощадный, но и наполненный лучистой симпатией к странным существам, трактат. С первых же страниц, минуя более близкие по времени отечественные опыты (например, «Остров Крым», «Улитку на склоне»), воображение уносит в золотые времена Франсуа Рабле, Сирано де Бержерака и Джонатана Свифта. Стиль рассказов несколько старомодный, что придаёт чтению особенную приятность. Однако этот приятный винтаж соединён с местами жёстким, почти сленговым языком улицы – и точно там, где это необходимо. Эту книгу могут читать все. И подростки, и старики, и охранники, и учёные.

«Морийские рассказы» расположены на первый взгляд вразброс, как фрагменты в калейдоскопе. Почему «Семейная жизнь бывалого» расположена в начале, а «Заповеди бывалого» – почти в самом конце книги? Кажется, связного повествования нет. Однако при чтении разворачивается перед читателем жизнь морийцев. Рассказы ведут вглубь морийской жизни: от внешних проявлений – к отношениям между морийцами. Сначала читатель выясняет, кто такие бывалые, трусляки (трусы, дохляки?) и балбеи. Затем оказывается в морийском доме и понимает, что составляет семейное счастье бывалого. Походив по улицам морийского городка, почитав местных газет и послушав местных сплетен, узнаёт о Правдолюбе и его деяниях, а так же о странном Адаме.

Нет сатиры более действенной и смелой, чем та, которая написана не со злобой, а весело, почти с любовью. В этой сатире может быть и тарабарский язык, и инфузории в туфельках, и спорозавры. Кажется, всё это придумано. А читатель, прочитав о странном острове Мории, выходит на улицу и чуть смущённо говорит себе: всё так и есть. Кто я: бывалый, трусляк или балбей? Дело не в иерархии. Дело в фасоне глупости, хотя и в иерархии тоже. Ведь перед читателем – одна из лучших недавно вышедших книг.

 

Алиса ЭЙНЕМ

 

С ЭЛЕМЕНТАМИ САСПЕНСА

 

 

Саша Кругосветов. Письма из прошлого. Сборник. М., 2016. – Б-ка журнала «Российский колокол». 88 с.

 

Голубь-каннибал возникает в начале повести из-за памятника Екатерине Великой кровавым вестником катастрофы. В кульминации парит лебедь, как и положено, белоснежный, но с бархатными лапами снежного льва. В финале на улицу опустевшего города ложится листок газеты «Медвежий угол». Или «Волчий сын». Свидетель всех событий повести «Письма из прошлого» подписывается «любящий вас Землянин». Вокруг повести, подобно катерам вокруг танкера, сгруппировались восемь очерков. Последний назван с подсказкой: «Птицы». Настроение более чем хичкоковское. Или нет, это из Аристофана – птичье государство. Книга даёт подсказку. Но найти ответ, что случилось, придётся самому читателю.

Небольшой корпус «Писем из прошлого» создан как почти идеальное архитектурное произведение. Вне повести описанные в ней события продолжаются, драма усложняется, – и возникает почти чистая трагедия, с катарсисом в финале. Однако каково пережить небольшой тур по этой книге, пока она закончится. Но книга заканчивается быстро. Человек в состоянии шока и в состоянии восторга перестаёт чувствовать время. «Письма из прошлого» вызывают и ужас, и восхищение.

Бледное человеческое дитя, сидящее на столе, издаёт звуки, лишь отчасти напоминающие песню. Бездомные животные начинают говорить. Зоопарк выходит на улицу. Люди ведут себя как звери в клетке, а некоторые становятся экспонатами музея уродов. Человек возвращается к животному, животное тянется к человеку. Вот о чём книга. Драмы вроде бы нет, налицо взаимная гармония природы и человека. Но почему по щекам идут слёзы, горло занесено песком, а на сердце приземлился тот самый лебедь с львиными лапами. Вот до чего может довести проза Мастера – одна повесть и восемь очерков.

Хочется рассказать о стиле книги. Он изменчив, меняет тон и характер, если меняется тема. В нём есть нечто игровое и одновременно отчаянное. Автор то впадает в высокое косноязычие, спотыкается на неудобоваримых фразах, чтобы вдруг блеснуло ясное ослепительное слово. Это речь пророка или мистика. Она изображает то, к чему идёт. Если речь идёт о Невском проспекте, возникают Гоголевские конструкции. Было бы странно писать о Невском проспекте так, как если бы повести Гоголя не было. Но было бы странно копировать уже написанное. У Саши Кругосветова Невский проспект – это улица в Ленинграде, очень непростая улица. Чем короче произведение – тем более скупыми становятся изобразительные средства, тем более зримо дан объём изображаемого.

Это книга с элементами саспенса. Все произведения сборника действуют заодно – сюжетно, точно, гипнотически. Осторожно, это замечательная книга.

 

Анна ОВЧИННИКОВА

 

 

ПТИЧЬИ СЛОВА

 

 

Кругосветов Саша. Птицы. – М.: Интернациональный Союз писателей, 2015. – 187 с. (Премия имени Владимира Гиляровского представляет публициста)

 

То, что премию имени Гиляровского дали «Птицам» петербуржца Саши Кругосветова, не может не радовать. Это проявление связи между столицами – значит, отечество сохраняет биполярность, некогда описанную петербургским поэтом и философом Виктором Кривулиным, а это залог устойчивости. Книга действительно замечательная.

Саша Кругосветов в «Птицах» выступил мастером короткой публицистической прозы. «Птицы» включают как очерки о повседневном и остром, так и о любимом и далёком. Здесь античность с Аристофаном, Борхес, которого не обойти, если речь идёт о короткой прозе, здесь харизматичный Умберто Эко. Здесь философия, история и литература. Здесь авиация и прикладная физика! А так же городские зарисовки. Саша Кругосветов любит Петербург, чувствует его и умеет показать его разнообразие.

Стиль Саши Кругосветова – публициста яркий, характерный. Эта характерность возникает из перепадов тени и света. Вот только что был солидный информационный абзац.
И вдруг – терпкое словцо. Только что автор, подобно учителю, мягко и важно постукивал словами по клавишам восприятия новейших студентов. Кажется, он никуда не торопился. И вдруг – жест конферансье. В один из учёной тучки появляется молния! Возникает блистательная, лёгкая, точная фраза. Почти пророческая фраза. Автору не нужно много слов, чтобы понять расстановку сил, провести боевую операцию и закрепиться на высоте, контролируя всё поле боя. Хорошая скупость этой книжки равна её остроте. Даже не знаю, какое здесь выражено сильнее: лаконичность, порой даже лапидарность. Или же резкая точность оценок и высказывания. Но мне кажется, оба эти признака существую нераздельно. И тем более – в отличной публицистике.

 

Яна МАЛЕНКОВСКАЯ

    КРЫМ: ОСТРОВ В БРОНЗОВЫХ ТОНАХ

 

 

Кругосветов Саша. Светящиеся ворота. – М.: Интернациональный Союз писателей, 2015. – 111 с. (Серия: Таврида)

 

Новая книжная серия Интернационального Союза писателей «Таврида» содержит стихи, исторические очерки, прозу. Все жанры объединяет топос и любовь к этому топосу. Одна из последних книг в серии «Таврида» – сборник очерков Саши Кругосветова.

Настоящий сборник эссе сравнительно объёмный, и это хорошо. Расставаться с прекрасным рассказчиком не хочется. Тем более, когда речь идёт о Крыме. Петербуржец, каким является Саша Кругосветов, чуток к характеру топоса, а Крым обладает сильнейшим излучением. Задача автора в настоящем сборнике довольно сложна – не только описать Крым, выходя через свои личные каналы в крымский космос, а дать движущийся портрет этой земли. Крым – место поистине легендарное, обладающее своим геополитическим статусом. Через Крым, как сказал поэт, «проходит ось мира». Эта земля словно бы парит над остальной землёй.

Автор уместно и точно включает в повествование крымские легенды, взятые из серого сборника издания 1963 года, одной из любимых книг.

В самом начале книги автор создаёт основное настроение и проблематику всего сборника. Читатель увидит и прошлое, современность. Но и на прошлом, и на современности лежит тень будущего. Саша Кругосветов в публицистике – мастер передать полутона будущего.

В книге шесть довольно крупных очерков и предисловие, до счастливого числа семь. В течение книги читатель вместе с автором посетит все уголки Крыма и познакомится с особенно любимыми автором местами.

Природу Крыма Саша Кругосветов описывает со строгим восторгом. «Пейзаж скручивается в тугие водовороты и, не выдержав напряжения, разваливается на тысячи мелких осколков, призм, кубов, огромные груды огранённых гранитных геотел» (очерк «Посёлок»).

«Светящиеся ворота» – книга разнообразная. Лиричный и прекрасный по слогу «Посёлок» здесь не умаляет важности «урока истории», данного в «Острове Крыме». Мемуарные «Крылья на вешалке» не теряются на фоне современной «Алупки в бронзовых тонах». Жёсткая эротика «Смерти» контрастирует с нежно-лиричными «Снами любви». Крым Саши Кругосветов изменчивый: то античный, то героический, русский, то таинственный – татарский. Какой он и есть на самом деле – Светящиеся ворота вселенной.

 

Анна СЕВЕРЯНИН

 

Игорь ВЛАДИМИРОВ. НОВОЕ ПРИШЕСТВИЕ ФАЛЬШИВКИ

№ 2016/24, 06.07.2016
ПОКАЖИТЕ РУКОПИСЬ – 2

 

Ознакомился с очередным текстом г-на Владимирова («Литературная Россия». 2016. 24 июня). Про шелуху говорить не буду; внимания заслуживают всего два момента.

1. Агрессивно настаивая на том, что машинопись финального фрагмента «Белой гвардии» с правкой Булгакова существует, г-н Владимиров так и не открыл её местонахождение.

2. Г-н Владимиров не понимает (либо делает вид), что никакие картинки не имеют значения без оригинала источника.

Сообщаю тем, кто не в курсе: важнейшим текстологическим императивом является принцип de visu (лат. – собственными глазами, воочию). Пока источник не предъявлен физически, можно говорить в лучшем случае о мифах, но не о реальности.

Вторично предлагаю г-ну Владимирову не морочить нам головы, а просто написать – где находится упоминаемая им машинопись с авторской правкой.

 

Е.А. ЯБЛОКОВ