ПАМЯТИ ГЛЕБА ГОРБОВСКОГО

27.02.2019, 14:20

Нечто сине-золотистое, вечное, тонкое, печальное пронизывало его стихи – точно лучи собственного, сокровенного солнца прободали их великолепными сияниями, рождая грусть и нежность:

В четырёх стенах темно.
Свет зажечь или не надо? …
Постучите мне в окно
кто-нибудь из Ленинграда.

 

…кто не пел, особенно поддав: У павильона пиво-воды…

 

Кто из поющих знал поэта, автора стихотворения?

Ведь коли текст уходит, оставляя поэта точно за бортом, в недра и бездны людские, значит писавший его настолько почувствовал (пусть и в несколько ироническом контексте) душу народную, что и имя его не важно.

Тем не менее, имя важно всегда – и у Глеба Горбовского оно было: значительное имя великолепного мастера, чья жизнь шла по крутым и сложным изломам великой, страшной, величественной советской истории, чья муза пела и рвалась в напряжённых строчках, давая ритмы вечные, веские и точные.

Горела осень.
Бегал виновато
Пожарный ветер,
мокрый и лохматый.

…Вдруг,
пламенем осенним подожжён,
я сам пылаю,
в луже отражён.
Трещит моя душа.
Как перекрытья,
горят и настроенья, и событья.

От пламени жизни (и событий! и чувств!) трещит душа, и разрывы её рождают стихи, и пламя осени вечно пылает, зажатое в совершенных строчках.

Яркость и грусть, яркость и ярость…

 

Глеб ГОРБОВСКИЙ

 

Жизнь Глеба Горбовского была яркой: настолько, чтобы стихи его, даже рождённые внутренними бурями, могли хоть на чуть согреть чуткие к поэзии сердца.

Жизнь Глеба Горбовского, давшая целый ряд текстов для антологий, переходит в неведомые нам планы, но оставленного им на земле, достаточно, чтобы классическое словосочетание : Вечная память – не звучало формально.

Автор новости: Александр БАЛТИН

Один комментарий на «“ПАМЯТИ ГЛЕБА ГОРБОВСКОГО”»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *