Эпоха в лицах: Ирина Бутрикова
(Беседовал Максим Бурдин)
Рубрика в газете: Эпоха в лицах – XXI век, № 2026 / 7, 20.02.2026, автор: Ирина БУТРИКОВА
Россия без границ – это, конечно, про язык и культуру. Где бы ни жили наши соотечественники, большинство из них испытывают томительную ностальгию, а некоторые, даже представители далеких от литературы профессий, находят отдушину в пробах пера, продолжая таким образом духовную традицию служения родной изящной словесности. Ирина Бутрикова, автор книги стихов «Шла доброта по миру не спеша», опубликованной Издательским Домом Максима Бурдина в 2025 году, как раз относится к плеяде творческой интеллигенции, для которой годы эмиграции не стали помехой в духовном единении со своим национальным наследием.
Книга Ирины Бутриковой, которую многие ждали, вышла ограниченным тиражом и уже доступна для покупки на маркетплейсах по самой привлекательной цене!
– Ирина, вы более двадцати лет живёте во Франции, но при этом ваши стихи наполнены тоской по родине и пронизаны духом русской культуры. Как вам удавалось сохранить эту духовную связь?
– Дело в том, что для нашей семьи эмиграция стала вынужденной мерой. Я родом из Керчи, и для меня, как и для большинства крымчан, родиной всегда оставалась Россия, даже после того как в 1991 году Крым геополитически оказался в рамках Украины. Но ведь в душе это ничего не меняет – мы всегда любили Россию и духовную связь с ней никогда не теряли, ни в Украине, ни во Франции. Те, кто «перестал» любить родину после отъезда, никогда её и не любил. Мы же – русские, и этим всё сказано. Переживаем, живём чаяниями России, радуемся вместе с ней, плачем… Этими искренними чувствами пропитаны строки моих стихотворений.
– Наверное, с такой внутренней установкой тяжело жить в рамках иной западной культуры?
– Знаете, мы выросли на французской классике и фильмах, так что изначально были немножко влюблены в эту страну, как в обаятельную девушку. Это помогает в адаптации. Другое дело – реальная жизнь, она оказалась намного прозаичнее. В основной своей массе люди здесь мыслят, дружат и общаются поверхностно. Не вторгаются в чужую жизнь, не пускают в свою. Если спрашивают, как ваши дела, это лишь форма вежливости, на самом деле никого состояние ваших дел не интересует.
Наши люди мыслят масштабно, коллективно. Французы же мыслят индивидуально, в рамках квадратных метров собственности и чуть-чуть за забором. Но вот что привлекает во французской культуре, так это вежливость – всегда, везде, во всём. Это придаёт особый шарм и лёгкость в общении, хотя и не сближает. Ты никогда своим для них не станешь, но я всё равно благодарна за то, что люди здесь не оттолкнули нас в трудную минуту, а наоборот – дали кров, возможность поверить в себя, оказывали необходимое лечение моим детям, дали им образование. Раздавленные морально, мы смогли открыть своё дело, купить дом, обеспечить свое будущее. Приступы ностальгии, конечно, бывают часто, и справляться с ними трудно. Меня спасают мои стихи, в которых отражается вся моя боль, тоска и любовь. А также песни, фильмы, книги и общение с соотечественниками.
– Когда вы думаете о родном Крыме, что вспоминается в первую очередь?
– Процитирую Пабло Неруду: Крым – это орден на груди планеты Земля! Мои любимые воспоминания о Керчи – гора Митридат, наш дом в исторической части города, принадлежавший ещё прабабушке, необыкновенные бархатные тюльпаны, шикарные розы и огромная вековая вишня, которая, казалось, упирается в небо. Город, как на ладони. И мои детские глаза, пронёсшие эти чудные образы через всю жизнь. Там для меня пахнет детством и юностью, там на асфальте следы моей мамы, её лёгкая походка. Она там живая, в моих воспоминаниях, и там её прах покоится с миром. Там появились на свет мои дети, там мои корни до центра земли.
– А мысли вернуться не возникали?
– Конечно, мечты о возвращении бередят душу постоянно, уже много лет. Но пережив эмиграцию однажды, страшно пережить её снова.
Мы приехали во Францию со сложными жизненными обстоятельствами, но были молоды и ещё полны сил, чего не скажешь о сегодняшнем дне. В прошлом году ушёл из жизни мой муж. До последней минуты он мечтал о возвращении домой, но теперь покоится во французской земле. Искать спасения заграницей нам пришлось из-за здоровья детей: моя дочь от первого брака – человек с ограниченными возможностями, а сыну в пять лет был поставлен безнадёжный онкологический диагноз.
На момент эмиграции дочери было шестнадцать, и она хорошо помнит вынужденное заточение дома без друзей и общения. После многолетних усилий она окончила спецшколу и уже много лет работает на предприятии для такой категории людей. Сейчас ей тридцать девять, у неё есть социальная жизнь, друзья, коллеги. К сожалению, в России таких предприятий практически нет. Мы не можем оставить её здесь одну. Сын стал предпринимателем и взял на себя всю заботу о нас. Дети очень поддерживают меня в творчестве. Но в Россию приехать мечтаем и обязательно это сделаем!
– В своих стихах вы пишете, что к творчеству вас подтолкнула мама. Как и когда она почувствовала в вас талант?
– Мама всегда в меня верила. Я с детства тянулась к музыке, бальным танцам и литературе. В садике декламировала стихи на всех праздниках. Перед школой мама записала меня на балет и купила старинное резное пианино ручной работы. Но из-за проблем со здоровьем врачи запретили мне такую широкую творческую деятельность, и все силы были отданы литературе. Свои наблюдения и размышления я записывала в дневник, писала статьи для радиожурнала «Ровесник» (к сожалению, природная робость не позволила мне отправить их в редакцию). Учитель литературы зачитывала перед классом мои школьные сочинения, и девочки порой были растроганы до слез. Моя тетрадь с сочинениями даже была передана в школьный музей.
Мама всегда говорила, что литература – это мой путь, добавляя: «Может, в тебе прорастут мои мечты, которые я не смогла осуществить».
– Но всё же свой профессиональный путь вы связали не со словом, а с медициной, чем был обусловлен ваш выбор?
– Моя профессия, как и вся жизнь, была продиктована не желаниями, а обстоятельствами. Мне было пятнадцать, когда у мамы обнаружили рак. Мы с ней были совсем одни, отец ушел из семьи еще в моем раннем детстве и нас не поддерживал. Три года мы боролись, я каждый день ездила к маме в больницу, литрами терла морковный и свекольный соки, устроилась по выходным мыть общежитие, но и учебу не бросала. Перед выпускными экзаменами в школе врачи мне сказали, что мамы скоро не станет. На выпускной бал мама пришла с трудом, опираясь на палочку и руку близкой подруги, а я еле сдерживала слезы. В свои сорок лет мама уходила из жизни героически, лишь однажды заплакав. Я думала, что обязательно должна стать врачом, чтобы помогать людям. Но в нашем городе университетов нет, а чтобы поехать учиться в другой город, поддержки у меня не было. Зато возле дома находилось медучилище, куда я поступила без экзаменов, по конкурсу аттестатов. Училась с удовольствием, работала с полной отдачей, но все равно считаю, что большую часть жизни прожила как надо было, а не как мне хотелось. И сейчас я прокладываю мост длиною в сорок лет между моим девичьим дневником и сегодняшними стихами.
– Вы много лет работали в крымских роддомах. Повлияла ли близость к таинству рождения на ваше творчество?
– Я была медсестрой, и акушерка передавала мне младенцев сразу после их появления на свет. Всякий раз при первом крике малыша у меня текли слезы. Это самое великолепное и завораживающее чудо, когда на твоих глазах новый человек сообщает о своем приходе в этот мир. Это расширило и укрепило горизонт моих размышлений, которые так или иначе проявляются в строках моих стихов.
– Из ваших стихов складывается ощущение религиозного мировоззрения, так ли это?
– Я православный человек, но мне кажется, что вера важнее религиозных догм. Эпохи меняются, боги в сознании людей умирают и рождаются, а вера остается. С её помощью душу надо взращивать на протяжении всей жизни – в ней храм и свет, в ней прорастают ростки всего доброго и злого.
– Расскажите, как к вам приходит вдохновение?
– На самом деле, вдохновение бывает разным. Иногда стихи пишутся от боли и горечи переживаемых событий, иногда от умиления, дуновения весеннего ветерка, березок, что у соседа кивают мне веточками по утрам, словно здороваются, от чьей-то улыбки или фразы. Все это жизнь, и из нее можно черпать нескончаемую гамму чувств, полутонов, откровенных бесед с читателем. Писательский труд – это когда ты можешь поговорить с каждым человеком на земле, прикоснувшимся к твоим строкам. А ты дотрагиваешься до его сердца и, если повезет, остаешься в нем…
– Как долго рождалась ваша первая книга «Шла доброта по миру не спеша»? Стихи за какой период в ней представлены?
– За последние полтора года в моём литературном багаже накопилось более 250 произведений, поэзии и прозы. В новую книгу вошло более 90 избранных стихотворений, но многие труды пока ещё находятся в работе.
– В чём вы видите свою миссию как стихотворца? О чём пытаетесь рассказать людям, какие чувства и устремления хотели бы в них пробудить?
– Я согласна с Базаровым у Тургенева: «Человек сам себя должен воспитывать». Хотелось бы, чтобы посредством моих скромных сочинений люди чаще жили душевными порывами, чтобы душа командовала мыслями, а не наоборот. В своих стихах я призываю верить в себя, не сдаваться даже на краю пропасти: всегда можно сделать шаг назад и построить себя заново. Это не пустые слова, не бравада, не пафос. Это километры пройденных испытаний, падений, умираний, возрождений. Легко упасть, разрушить себя и все вокруг, но необходимо себя строить и приумножать в поколениях. А главное, чтобы ни случилось, сохранить своё внутреннее божественное начало, не осквернить его и не дать растоптать. Смысла жизни я не ищу, а сама вношу смысл в каждый день своей жизни. А еще считаю, что очень важно любить родину, свои корни, ценить своих предков, историю, беречь оставленное нам наследие. Надо подняться над текущей мировой политикой, молвой, скверной и помнить, что у нашей родины есть только мы, а у нас есть только она одна. Мы должны быть мудрее, приумножать доброту, и пусть она идёт по миру не спеша…
Беседовал Максим БУРДИН,
издатель, писатель, публицист,
общественный деятель
Благодарна судьбе, что лично познакомилась с Ириной. Каждое её высказывание близко и понятно мне, прожившей во Франции уже 36 лет… И, чем дальше по времени, тем ближе по ощущению чувствую Россию и передаю свою любовь к Родине цитируя стихи русских поэтов. С огромным удовольствием читаю стихи Ирины и смотрю прекрасное музыкальное воплощение её поэзии. Творческих успехов тебе, дорогая Ирина.
Наиля, “люблю деревню из города”?