Как нам выстраивать этнополитику

Рубрика в газете: Мы – один мир, № 2026 / 11, 20.03.2026, автор: Андрей МАРЧУКОВ

 

2026 год объявлен Президентом Годом единства народов России. Это правильное решение позволит уделить более пристальное внимание этнополитике.

Россию называют «многонациональной» страной и утверждают, что в многонациональности – её сила. На самом деле, в многонациональности не сила, а слабость государства, его повышенная уязвимость от внутренних и внешних угроз и негативных воздействий. Чем инженерная или социальная система проще, чем меньше в ней составляющих, тем она прочнее и устойчивей (исключение составляют экологические системы, где всё обстоит противоположным образом).

Впрочем, эта слабость и уязвимость хоть и не устранимы до конца, но в значительной мере преодолимы. Свести к минимуму негативные последствия многонациональности может продуманная этнополитика (национальная политика). Именно в этом, а вовсе не в удовлетворении чьих-либо национальных чувств и запросов, и заключена главная задача этнополитики. Её цель – установление между представителями проживающих в стране народов взаимопонимания, взаимоуважения, дружбы, поддержание межэтнического мира, формирование чувства патриотизма по отношению к общей Родине и согражданства. Что позволит обеспечить единство и целостность государства. А уже во вторую очередь она должна способствовать возможности всестороннего национально-культурного развития. Эти задачи находятся в тесном единстве друг с другом.

Важно подчеркнуть. что развитие народов России и укрепление их единства и миграционная проблема – это совершенно разные социально-политические и национальные проблемы. На первый взгляд между ними есть сходство: и там, и там речь идёт о народах, межэтническом взаимодействии, вопросах национальных культур, языков. Миграционная проблема создана искусственно и оказывает растущее давление на государство и общество, негативно влияет на развитие этнических процессов и состояние межэтнических отношений. Именно она сейчас является самой серьёзной угрозой России. Эти проблемы не должны смешиваться, решаться должны разными средствами и независимо друг от друга.

Возвращаясь к этнополитике, подчеркнём, что выстраивать её надлежит, исходя из современной ситуации, проблем и задач. Опыт других стран и даже прошлый опыт нашей страны применим далеко не всегда и не во всём.

У России свой богатый и во многом уникальный опыт. Но и он не может быть заимствован слепо. Опыт Русского государства и Российской империи ценен, именно тогда закладывались основы и создавалась российская цивилизация, одной из черт которой стало в целом мирное сожительство и сотворчество проживающих на этой территории народов. После вхождения в состав России, эти народы не истреблялись, не исчезали, у них сохранялись их культуры, языки, верования. А подчас, особенно на первых порах, и система управления на низовом и среднем уровнях. Их правящие группы включались в привилегированные группы российского государства. Такой подход способствовал добровольному вхождению многих народов в состав русского государства. Какими бы ни были причины, система взаимоотношений между российским государством и народами, между русскими и этими народами сложилась именно такая.

Однако данный опыт относится к периоду, когда основная масса представителей этих народов и русских была сельской, а уровень мобильности населения, социальной коммуникации, грамотности, владения русским языком и погружённости в русскую культуру, межэтнических контактов был совсем иным, нежели сейчас. А значит, этот опыт хоть и очень ценен, но не абсолютен.

К социально и культурно модернизированному обществу более подходит опыт советской этнополитики, особенно 1950 – 1980-х годов. В этот период резко возросла мобильность населения, уровень коммуникации, в том числе межэтнической, грамотность и особенно степень овладения народами русским языком, складывается общая культурная среда и общегражданская общность (советский народ). Однако далеко не весь опыт советской этнополитики может быть признан позитивным и заслуживающим перенесения на российскую почву. Это относится к её принципу – политизации этничности, то есть, отношению к народам как к политическим организмам-субъектам; национально-территориальному устройству государства; и отношению к русской нации. Она фактически была выведена за скобки этнополитики, став не её субъектом, а объектом, поставлена в положение нации-донора, обязанной проявлять «заботу» о прочих народах и «не задевать» их национальных чувств. Национальные запросы русских рассматривались либо как «великодержавный шовинизм» (объявленный одной из главных угроз государству и строю), либо как менее приоритетные по сравнению с таковыми других народов.

Без некоторого самоограничения нельзя обойтись, если нужно создать большое государство, в которое могли бы вливаться и хорошо себя в нём чувствовать разные народы. В противном случае его либо не получится создать, либо ему будет уготована судьба Речи Посполитой или Грузии, где правящие и интеллектуальные круги, представляющие их «главный» народ – поляков и грузин – не пожелали ограничить свой национальный эгоизм и дать другим народам (в первом случае – русским, во втором – абхазам и осетинам) свободно жить и развиваться как народам и считать эти государства своей родиной. В отличие от них русские это сделать сумели. Но одно дело – обусловленное жизнью самоограничение и совсем другое – доктринальное и навязанное.

Однако есть влиятельные круги, заинтересованные в воспроизводстве именно этих, негативных, сторон советской этнополитики. Но этот путь ведёт к отчуждению от государства русской нации, кризису межэтнических отношений и распаду страны.

Нынешний год объявлен именно годом «единства» народов России, а не годом самих этих «народов». То есть, цель – обеспечение единства. А оно подразумевает наличие общих ценностей. Такой ценностью является российский патриотизм и процветание России. А этнической основой России, нравится это кому или не нет, являются русские.

Во-первых, они составляют подавляющее большинство населения страны. Согласно Всероссийской переписи населения 2020 года среди тех, кто указал свою национальность, русские (вместе с назвавшимися «казаками», а также украинцами, белоруссами и русинами) составляют 72,5% – 106722318 человек (без них – 71,73% или 105579179 человек). Не указали национальность 11,27% (16594759 человек), назвались «россиянами» ещё 0,78% (1151631 человек). Большинство из тех, кто не указал свою национальную принадлежность или назвался россиянином, составляют русские. Если предположить, что их, скажем, две трети от этих 12%, то доля русских увеличится до 80%.

Во-вторых, исторической основой России является русская история, а культурно-языковой средой, в которой существует российское общество, – русский язык и русская культура. Даже вклад в общероссийскую культуру представителей какого-либо народа становится общим достоянием всех народов нашей страны только через русскоязычие – либо посредством перевода, либо опосредованно, через представленность в российской информационной среде.

Российскую государственность, как и русскую культуру, создавали, развивали, защищали, и делают это и сейчас представители всех народов России. Но вклад этот разный, его степень зависела от численности народа, времени и обстоятельств его вхождения в состав России, религиозной и культурной близости к русскому народу, вовлечённости в русскую государственность и культурную среду.

Важно подчеркнуть следующее. Народы входили в состав не абстрактной «евразийской державы», не в «улус Золотой Орды», не в «многонациональный союз», а именно в Россию. Русские по определению являются опорой и хранителем этого единства и единения, будучи кровно в них заинтересованы, ведь Россия – это их детище, их национальное государство, результат и воплощение их исторического пути.

А другие народы? Для подавляющего большинства представителей российских народов Россия – Родина. Но при всём том, у кого-то имеется соблазн посчитать, что у них есть и собственная «этническая родина». Существующая либо как национальная государственность внутри России (республика или иная форма автономии), а то и вне её, либо представленная в виде мифа, проекта, относимого к прошлому или будущему. Граждане СССР считали себя советскими людьми и взирали на него как на свою родину, хотя большинство народов имели «в запасе» ещё и свои республики и автономии. Стоило измениться внутри- и внешнеполитической обстановке, как бывшие советские народы начали строить собственные государства, в которых стали «титульными» нациями, и быстро позабыли о былой общности, дружбе и «старшем брате», от которого так много получили.

Как СССР для своих народов перестал быть родиной, а общегражданская идентичность и пропагандируемая (и действительно существовавшая) дружба народов – реальностью и символической ценностью, так и Россия с общероссийской идентичностью и идеей единения может перестать быть таковой для российских народов. Это может произойти, если вместо России будут выстраивать «евразийскую державу», «союз народов», лишённый своей этнической и культурно-исторической основы – русскости.

Главную угрозу единству народов России представляют не русские, а этнические диаспоры, определённая категория национал-активистов, политические и культурные этноэлиты национальных автономий и разделяющие их точку зрения представители власти. Любое отрицание со стороны этих кругов того факта, что национально-культурное лицо России определяет русские язык и культура, что русские имеют свои национальные интересы и запросы, и что Россия в своей исторической основе – русское государство, является стремлением пользоваться привилегированным по сравнению с русскими положением, а также покушением на единство России и саму её сущность.

Примером тому – противодействие попыткам вернуть в поле этнополитики русских как самостоятельного субъекта. Стремление не дать увековечить память деятелей русской истории – землепроходцев, военных, государственных деятелей, а также представителей народов России, делавших исторический выбор в пользу вхождения их народов в состав Русского государства и отдававших силы служению России (например, В.Т. и И.Т. Тимофеевы, И.Я. Яковлев). И наоборот, увековечивать и почитать тех, кто выступал против России или представлял нероссийский период истории (деятелей Казанского, Сибирского ханств, Кавказской войны). Подавая их как защитников этих народов и жертв российской агрессии и великодержавия.

Если некто поступает так, значит, он против присоединения Поволжья, Сибири, Кавказа к России. И за существование самостийных ханств и иных не- и антироссийских государственных образований. А значит, он национал-сепаратист, противник не только единения народов, но и целостности государства. И его действия подпадают под соответствующие статьи уголовного кодекса и должны незамедлительно пресекаться.

Однако к ним прислушиваются, то ли боясь их затронуть, то ли разделяя их антирусскую и антироссийскую направленность. Особенно в тех случаях, когда за национал-активистами стоят местные этноэлиты. Пример тому – судьба празднования «Стояния на реке Угре». Речь об отвергнутой в 2019 году инициативе губернатора Калужской области А.Д. Артамонова и калужских депутатов по увековечиванию на общегосударственном уровне этого знакового события – символического момента, ознаменовавшего окончание ордынского ига и обретение Россией независимости. Сделано это было стараниями властей и национал-активистов Татарстана, и тех федеральных чиновников, которые по тем или иным причинам пошли им на уступки или не поддерживают россиецентризм. Татарских руководителей и националистов даже не озадачил тот факт, что Казанское ханство тогда не являлось союзником Большой Орды, а Крымское и вовсе было союзником Москвы, то есть, эта символическая дата никак не направлена против татарского народа. Победившая фронда показала, что татарстанские этноэлиты и националисты не воспринимают независимость России как историческое достижение и себя ассоциируют не с ней, а с Ордой.

В идейной сфере имеет место «многовекторность». С одной стороны, выходит кинофильм «Злой город» (2025 г.) о защите Козельска от монгольских завоевателей, в котором проводятся руссоцентричные идеи и смыслы. А с другой, из концепции истории изымается понятие «монголо-татарское (или ордынское, что будет точнее) иго», а само это явление зачастую подаётся как «симбиоз» или «конвергенция» Руси/России и Орды. При этом распространение (пока что на региональном уровне) почитания Чингисхана встречается благожелательно: в 2019 году в посёлке Привольный Яшкульского района Калмыкии ему был установлен памятник, а губернатор Забайкальского края А.М. Осипов раскручивает бренд Забайкалья как «прародины» этого основателя Монгольской империи.

Оценки исторических событий должны быть едиными для всей страны и основываться на россиецентричности (борьба с монгольским нашествием, взаимодействие с Ордой, присоединение Казанского ханства, Сибири, Кавказа). Вне зависимости от национальности и региона проживания.

Прекрасно, когда трудовую, ратную, культурную, спортивную и прочую славу России приносят люди всех российских национальностей. Так и должно быть. Но этот труд должен быть отдан на благо всех, а не идти только в копилку какой-то одной национальности, региона, культуры.

Так называемое «якутское кино» никак не способствует развитию общероссийской культуры и единства. И дело не в том, что в нём используются сюжеты якутского фольклора и истории. Якутское кино ориентировано на местный кинопрокат и потому снимается преимущественно на якутском языке, либо двуязычно. Показ в остальной России обычно сопровождается субтитрами на русском. Тем самым, якутский народ противопоставляется всем другим, а Якутия – всей стране, что ведёт к культурной сепарации, за которой непременно следует сепарация политическая. В рамках политики единения приоритет должен отдаваться общему, тому, что способствует объединению, а не разъединению. То есть, русской и русскоязычным формам подачи национальных культур.

Местные обычаи и культуры должны поддерживаться и свободно развиваться. Однако национальные обычаи бывают прогрессивными, то есть, способствующими взаимоуважению и единению и соответствующими современному развитию общества – гигиене, познаниям, правам женщин, защите животных и т.д. И непрогрессивными, не соответствующими и не способствующими этому, теми, что в былые времена именовались религиозно-бытовыми пережитками. А в нынешних условиях они зачастую носят демонстративно-религиозный характер: публичные моления, забивание жертвенных животных, ношение религиозных и национальных одеяний, бород, празднование привнесённых извне этно-религиозных празднеств.

Россия – светская страна и культурно-бытовые нормы в общественной жизни (школе, вузах, на работе, в публичной сфере), должны быть единообразными для всей территории страны и лишёнными национального и демонстративно-религиозного содержания. В противном случае страну грозит захлестнуть волна агрессивной архаики, а для объединяющего начала не останется места.

Не стоит увлекаться и идеей многонациональности, превращая её в предмет гордости и переоценивая её масштаб. Во Всероссийской переписи зафиксировано 194 национальности, но лишь пять из них (не считая русских) имеют численность более одного миллиона человек, тогда как большинство составляют считанные проценты, а чаще – десятые и даже сотые доли процента. Но дело не в количестве народов, а в раздувании самой темы многонациональности, что ведёт к искажению реальной этнополитической картины и размыванию культурно-исторической сущности России. А значит, её ослаблению.

И последнее. Нужно нормативное ограничение понятия «народы России». В него не должны включаться народы, имеющие свою государственность за её пределами (исключение следует сделать для российских немцев и христианских народов Европы). В противном случае открываются ворота для легализации миграционных потоков из Средней Азии, Закавказья, других регионов Азии и Африки. Что необратимо приведёт Россию к утрате своего национального и культурно-исторического облика и нанесёт невосполнимый ущерб не только русским, но и всем коренным народам.

Итак, для обеспечения единства народов России, помимо прочего, необходимо:

1) Признать тот факт, что этнической основой России являются русские, её культурно-языковой облик сформирован русским языком и культурой, а российская история является русской историей с включением в неё историй её коренных народов.

2) Рассматривать русских как самостоятельный субъект этнополитики наряду с прочими коренными народами России. Либо же не рассматривать народы как политические субъекты вообще и распространять права национально-культурной автономии не на них, а на индивидов – представителей данных культур и языков.

3) Не причислять мигрантов к «коренным народам» России. Миграционную проблему рассматривать и решать отдельно от проблем этнокультурного развития народов России и их единения, выведя её за рамки этнополитики.

4) Осуществлять увековечивание и распространение знаний о тех представителях народов России, которые выступали за присоединение к России и интеграцию своих народов в государственное, духовное и культурное пространство страны.

5) Проводить простую мысль, что у этих народов и русских – одна судьба и одна Родина – Россия.

 

 

Андрей МАРЧУКОВ,

кандидат исторических наук,

старший научный сотрудник

Института Российской истории РАН