Осеннее цветение

№ 2026 / 11, 20.03.2026, автор: Вера ЧАЙКОВСКАЯ

В 33 года идут проповедовать новую правду, чтобы она завоевала весь мир, поднимаются с печи, выпив живительное питьё, чтобы стать русским богатырём, или снимают киношедевры. Андрей Смирнов в свои 33, на мой взгляд, снял шедевр, который и через сорок с лишним лет смотрится на едином дыхании и не кажется устаревшим. Недавно его можно было посмотреть на канале «Культура».

Впервые я увидела фильм «Осень» в эстонском городке Пярну много лет назад. Тогда там жил Давид Самойлов, на поэтический вечер которого нам с мужем удалось попасть. И два этих события – фильм, который в Москве не показали, и удивительный вечер Самойлова, так украсили наши летние впечатления, что уже в постсоветскую эпоху мы снова поехали летом в Пярну, надеясь на чудеса. Увы, ничего даже близко напоминающего два прежних чуда, там больше не случилось. Курортный, ухоженный городок с холодными морскими ветрами…

Чтобы снять подобный фильм, надо было показать нечто такое, чего, как говорил режиссёр, «никто, кроме меня, не расскажет». Может, это экзотические места, таинственные события, сногсшибательные персонажи? Напротив, покосившаяся избёнка в северной глубинке, где герои (актёры Леонид Кулагин и Наталья Рудная) сняли себе жильё на недельку своего бегства из города, по пословице, что «с милым рай в шалаше». При этом они уже скорее «второй молодости» – он врач, она служит в какой-то конторе, и ничего в них такого особенного, разве что она необыкновенно хороша (или герой вместе с оператором видят её такой?), а он по виду «настоящий мужчина» – крепкий и сильный, прямо медведь, но с чуткой душой, реагирующей на чужую боль. Не даром – врач.

 

 

Припоминаются классические фильмы о любви, где тоже всё вроде обыденно, но тебя уносит к небесам. Таков фильм Луи Маля – «Любовники» (1958), где героиня – провинциальная «буржуазка» с мужем, холёным любовником и очаровательной маленькой дочкой, а герой – случайно попавший в дом студент, – неожиданно для себя отчаянно влюбляются друг в друга. Есть в фильме одна сцена, когда всё обыденное для них преображается – огромный старинный дом с портретами предков, обычный распорядок и правила поведения – герои выходят в ночной сад, где всё полнится музыкой Брамса и голосами природы. Героиня в лёгком белом пеньюаре напоминает ангела, ведущего молодого студента по райским тропкам.

 

 

Есть такая сцена и в фильме Андрея Смирнова. Только она дневная по контрасту с таинственными сценами общения и любви в полутёмной запущенной комнате, где светятся лишь лица героев. А тут они идут по болоту за клюквой или морошкой, освещённые туманным солнцем и окружённые чудесными растениями с какими-то пушистыми белыми цветами – вот уж поистине что-то из райского жизнеописания. И даже их непрестанные выяснения отношений, почему они когда-то в прошлом не сблизились, а разбежались, нашли другие пары, она со своим Олегом быстро рассталась, а он семь лет тянет семейную лямку, – даже эти бытовые разборки с моментами его незаживающей обиды и её полуистерических наскоков, пронизаны изнутри таким сильным духовным и физическим притяжением, что понимаешь – это и есть бессмертная любовь… И даже суровый на вид, «заматеревший» герой проговаривается, что не может жить без этой светловолосой, злой и капризной женщины.

 

 

Фильм разворачивается по лекалам замечательной картины Михаила Ромма «Девять дней одного года». Здесь тоже время (но теперь время счастья) отсчитывается «по дням», и каждый день приносит что-то новое в чувствах, в воспоминаниях о прежнем знакомстве, в отношениях с хозяевами – деревенской парой (Наталья Гундарева и Александр Фатюшин), оттеняющими своей «корневой» простонародностью усложнённые оттенки этой любви.

Музыка Альфреда Шнитке, то бурная, изломанная, в ритмах движения технического века-поездов и автомобилей, то переходящая в строгий хорал, древнее песнопение или оперную сопрановую арию, – ведёт нас по парадоксам и нюансам этой «бессмертной», но одновременно такой земной любви. И не просто земной, а происходящей в России с её «древними поверьями» и неунывающим народом.

 

 

Прекрасна сцена в местной пивной, где полным-полно всякого бродяжьего люда, где все легко сходятся и ощутимо некое мужское братство, когда затесавшегося в общую компанию чужака-сталиниста с его упованиями на «страх» и «лагеря», – просто изгоняют под общее одобрение. И как же уместно звучат здесь пастернаковские строчки из книги «На ранних поездах» (1943), прочитанные героем героине: «Превозмогая обожанье, Я наблюдал, боготворя. Здесь были бабы, слобожане, Учащиеся, слесаря»…

Объяснение в любви к родным местам и глубинному народу, которая только разгорается от его чувств к героине.

Поистине неутихающее осеннее цветение!