Георгий ЗАЙЦЕВ. ПРАВДА О ТОМ, ЧЕГО ПИСАТЕЛИ НЕ ЗНАЮТ

№ 2018 / 12, 30.03.2018

В начале года в «Литературной России» появился материал о том, что Переделкино передано в управление какой-то несуществующей организации, которой руководят женщины. В материале как бы намекалось на незаконность такого решения Росимущества. Фактов, подтверждающих эту «незаконность», приведено не было. Уже тогда хотелось рассказать писателям обо всём, что стояло за этим решением Росимущества и с чего всё началось.

 

Как всё начиналось

 

А началось всё (и это известно не всем) с незаконного захвата власти И.Переверзиным в Международном Литфонде. Я был самым первым истцом, подавшим заявление в Савёловский суд на незаконность V Конференции МЛФ, поэтому знаю всё, что и как было. Позже вошёл в дело Союз писателей Москвы и Ф.Ф. Кузнецов в качестве третьего лица. Все суды, включая Президиум Мосгорсуда, мы выиграли. V и VI Конференции признавались незаконными, и, соответственно, Председатель МЛФ С.Куняев и псевдодиректор Фонда И.Переверзин. Мы прошли через десятки судебных заседаний, оскорбления переверзинской «бражкой», освистывание Ф.Ф. Кузнецова и т.д.

Мы считали, что победа окончательная, но вдруг Коллегия судей Верховного суда РФ (не возвращая дело в суд 1-й инстанции) принимает новое самостоятельное решение, признав законной V Конференцию МЛФ, проведённую с десятком грубейших нарушений «Закона 82-ФЗ», Гражданского кодекса и устава МЛФ. В решении Коллегии были использованы нормы прецедентного права, которые в России незаконны. Вот так и установилась в МЛФ власть литературного «тандема» Куняев – Переверзин и сформировался «актив» из 12–15 человек, большая часть которого являлась одновременно членами президиумов МЛФ, Российского Литфонда и МСПС и решала все материальные вопросы.

Это их поднятие рук при голосовании позволили Переверзину продать по дешёвке большую часть акций ЗАО «Малеевка», детский сад в центре Москвы у метро «Аэропорт» за смехотворную цену чуть более 17 млн. рублей. При этом Переверзин отказался продать по просьбе вице-мэра Москвы Л.И. Швецовой прекрасный детсад площадью 1100 кв.м городу. А неизвестный писателям покупатель получил впридачу и большой участок земли с чугунной кованой оградой. Позже, узнав об этом, трое писателей, засмеявшись, сказали: «Да мы бы его сами купили с удовольствием за такую сумму».

Через пару лет после решения Верховного суда Ф.Кузнецов и я, не согласившись с несправедливой оценкой ситуации в МЛФ, подготовили письмо Президенту РФ В.В. Путину и констатировали, что всей писательской собственностью пользуется узкая группа людей, приближённых к Переверзину. В своей газете Переверзин называет это «письмом четырёх» и перечисляет их фамилии, но эти четыре фамилии были на 3-й странице письма, а вот 4-ю страницу Переверзину в Администрации Президента высмотреть не удалось…

А письмо тогда подписали теперь уже покойные Ф.Искандер, К.Ваншенкин, Ф.Кузнецов и ныне здравствующие Е.Сидоров, М.Синельников, В.Поволяев, А.Битов, А.Городницкий, А.Гельман и я.

Многие известные писатели отказались подписать это письмо, считая очень резкими оценки, данные «тандему» и его «активу». Кроме того, письмо подписали пятеро известных писателей Санкт-Петербурга. На наше письмо рукой Президента России В.В. Путина была наложена резолюция: «Толстому В.И. Рассмотреть и доложить. В.Путин. 5.11. 2012». После этого Президентом были даны поручения Минюсту, МВД, прокуратуре и Росимуществу провести проверку и принять меры по исправлению положения с использованием всей писательской собственности. Затем были многочисленные заключения этих органов, приостановка деятельности Международного и Российского литфондов, а позже начались судебные процессы по иску Росимущества к МЛФ, МСПС и Российскому Литфонду по Переделкино, Голицыно, Внуково, «Дому Ростовых», зданиям по Усиевича, 8, Черняховского, 1 и другим объектам.

Также был поставлен вопрос о незаконной продаже Переверзиным фирме «Элеос» (опять же с согласия «правленцев») значительной части офисных зданий в Переделкино с отчуждением 7,5 га переделкинских земель всего за 1 млн. 200 000 долларов. А ведь ещё в 2007 году Бюро МЛФ оценивало эти здания и землю более чем в 5 млн долларов США. 9 и 10 арбитражные суды Москвы приняли решение изъять из МЛФ имущество в собственность государства, признать сделку по продаже фирме «Элеос» зданий незаконной, т.к. Переверзину и его многочисленным адвокатам не удалось доказать правопреемство МЛФ от Литфонда СССР и Союза писателей СССР.

Высший Арбитражный суд признал правильными решения нижестоящих судов: проданные здания и земля в Переделкино были возвращены назад.

Во многих заседаниях принимали участие арендаторы творческих мастерских (в простом употреблении – дач). Первым номером в многолетней судебной тяжбе с нашей стороны был Ф.Ф. Кузнецов, а рядом были мы, бывшие члены бюро МЛФ и инициативная группа писателей: В.Мухин, И.Сабило, Т.Набатникова, М.Кудимова, О.Хлебников, доверенное лицо Т.Успенской и я… В процессе девятилетних судебных тяжб Ф.Кузнецов на нервной почве полностью потерял зрение и продолжать участвовать в судебных заседания уже не мог.

 

 

Явление жены писателя

 

Огорчённый этим обстоятельством и своей без преувеличения беспомощностью, Феликс Феодосиевич попросил приехать подписать В.Поволяева вышеназванное письмо. Тот прислал за ним свою жену Марину, которая вдруг вызвалась стать и секретарём, и курьером Ф.Кузнецова. Я тогда болел, и вышепоименованную «слёзницу» Путину сдавала в приёмную Администрации Президента она. Потом она вдруг попросила у Ф.Кузнецова, Т.Набатниковой, М.Кудимовой и у меня доверенности на представление наших интересов в судебных заседаниях.

Я, удивившись, спросил тогда: «Зачем это нужно? Я семь лет посещаю лично все судебные заседания». Она отвечает: «Ну, вот Вы сейчас больны, а я буду представлять Ваши интересы в ближайшем заседании Арбитражного суда». «Ну что ж, – подумал я. – Ещё один активный человек нам не помешает». Когда же Коноплянников спросил её в одном из заседаний: «Кто вы такая и кого представляете?» – Марина, помахав нашими доверенностями, ответила: «Я – представитель большой группы писателей», хотя мы, кто давал ей доверенности, находились при этом в зале судебных заседаний. Тогда это никого не смутило, а после смерти Ф. Кузнецова в конце 2016 г. М. Поволяева, уже отодвигая всех в сторону, садилась рядом с заместителем начальника Управления правового обеспечения Росимущества А. Дзардановым как равновеликий истец. Меня тогда ещё И. Сабило спросил: «Ну, ты же первый соратник Кузнецова, теперь наш лидер. Почему ты сидишь на галёрке? Ведь её никто не уполномочил». «Да ради Бога, пусть сидит там», – сказал я. Объективности ради замечу, что М. Поволяева вызвалась информировать нашу команду по электронной почте о датах и времени судебных заседаний. Я считал – ну, хочет, пусть скачивает с сайта Арбитражного суда и пересылает нам. Никакого умысла в этом я не видел.

Когда Росимущество с нашим участием выиграло дело по Переделкино, М.Поволяеву вдруг назначают советником руководителя Росимущества по вопросам писательской собственности, и я был очень удивлён, когда мне пришло письмо писателей следующего содержания: «Поволяева утверждает: «Переделкино – мой личный проект». Тогда же мне «с барского плеча» было предложено ею возглавить Дом творчества писателей, хотя юрлицом он уже быть не мог, поскольку входил в состав объединённой Дирекции Городка.

1 июля 2017 г. по рекомендации из Администрации Президента я объявил писателям о совещании актива, чтобы рассказать о том, что Президентом РФ принято «политическое решение» о передаче в безвозмездное пользование писателям всего отсуженного у МЛФ имущества и земли. К сожалению, ни Кудимова, ни Кондакова, ни Поволяева на это совещание не пришли, поскольку Поволяева заявила им, что я мешаю делу и ставлю хитроумные подножки (за точность выражений не отвечаю). Но надо же додуматься до такого!

 

 

Под бабами ходить не буду

 

Проведя совещание и выработав на нём рекомендации общему собранию и руководству общества о подготовке Акта приёма-передачи имущества, я письменно проинформировал Администрацию Президента и написал, что в дамской команде («под бабами») ходить не буду, что я сомневаюсь в способности дуумвирата без опыта административной работы восстановить Переделкино. И месяца три я оставался в стороне. Единственное, в чём я попытался участвовать, это в разработке договора между Росимуществом и Местной общественной организацией, поскольку идея передачи именно этой общественной организации всего отсуженного имущества принадлежала мне.

Для чего я всё это так детально выписываю? Да чтобы потом был понятен процесс под названием «Явление жены писателя». Через некоторое время мы узнаем, что М.Поволяева стала членом кооператива Переделкино, членом нашей общественной организации, была незаконно кооптирована в члены её Правления, а потом стала непривычным для нас директором по корпоративному развитию Городка с окладом по последней должности 100 000 руб. в месяц. Мне и в Администрацию Президента пошли письма с вопросами: «А кто такая Поволяева? Почему она содиректор? Почему у неё такая высокая зарплата, когда на организации висит масса долгов?». Но я не вмешивался в действия «матриархата» – так я называл тандем Марин – чувствуя, что М.Поволяева с её амбициями, бесцеремонностью и, можно сказать, авантюризмом в команде работать не сможет.

 

 

Подстава

 

И тут, на мой взгляд, подставилась как первое лицо М.Кудимова. Хотя как подставилась-то? Ей на время, до лета, по решению аж двух заседаний Правления был выделен пустующий коттедж на территории Дома творчества, поскольку у неё трое внуков и дочка на иждивении, а её постоянная дача к зиме была не готова. Другого жилья у большой семьи никакого не было. Да ещё и забор посмела соорудить на свои деньги! Но такого, как оказалось, писательский мир не прощает, и М.Поволяева, как выяснилось, обо всём этом «доложила» в Администрацию Президента.

Ничего криминального в действиях М.Кудимовой я не увидел. В моральном же плане, может быть, начинать с себя председателю не совсем хорошо. И вот здесь, почувствовав некоторую растерянность Кудимовой, Поволяева стала доказывать, что она главная в Переделкине, так как является представителем Росимущества. В результате тандем распался, а Поволяеву стали поддерживать члены недавно созданного кооператива «Городок писателей», добиваясь от Кудимовой согласия на отчуждения 3,4 га земли у Городка писателей Переделкино. Она не согласилась и вышла из членов этого кооператива (поскольку возникал конфликт интересов), поставив себя этим под атаку писателей-кооператоров. Недавняя публикация в «Литроссии», и, возможно, готовящаяся новая – это их «работа». Противно всё это!

В это время, зная о моём большом опыте подготовки уставов различных коммерческих и общественных организаций (около 20), меня попросили из Администрации Президента помочь в разработке нового устава местной общественной организации. Позвонила и М.Кудимова и тоже попросила помочь в этом деле. Сложность подготовки этого устава заключалась в том, что надо было в одну телегу впрячь «коня» – Дирекцию Городка – и «трепетную лань» – общественную организацию.

Без моего участия была создана Правлением МОО рабочая группа по подготовке устава во главе с В.Ерёменко, чему я очень удивился. Как можно было назначать председателем рабочей группы по подготовке устава и собрания человека, который не так давно подавал солидарно с Переверзиным апелляцию на решение 9 Арбитражного суда, в которой требовал отменить решение об изъятии имущества и земли МЛФ в собственность государства.

Мне тогда с боем удалось убедить Ерёменко отозвать свою апелляцию, наносящую вред всем переделкинцам. Я был поражён, узнав о том, что человек, который выступал против такого развития событий, вдруг оказался во главе комиссии по формированию устава общественной организации и проведению её собрания. Ведь знали же об этом многие члены Правления!

Как я и предполагал, вся основная работа легла на нас с Кудимовой и Н.Анастасьева. А уже сложившийся «тандем» Ерёменко и Поволяевой не предложил в этот вариант устава ни одной строки. Тем не менее, устав был принят Правлением и прошёл правовую экспертизу в солидной юридической фирме. Правление приняло замечания экспертов и утвердило их редакцию устава.

И вдруг через две недели М.Поволяева от своего имени, хотя этого ей Правление не поручало, рассылает всем его членам, по сути, принципиально новый вариант устава, якобы «отредактированный» работниками Минюста РФ. И пошла бодяга! Принятие устава затянулось на два месяца. И то это случилось только после моего письменного ультиматума. Как позже удалось выяснить, Еременко в Минюсте РФ не был, а Поволяевой сказали, что вопрос регистрации устава будет решать Главное управление Минюста по Москве. Что это?! Умысел, затяжка по времени или чистая подножка организации?

Один из «кооператоров» мне по телефону сообщил, что Администрация Президента настаивает на избрании Председателем Правления В.Ерёменко, подразумевая при этом, что директором станет М.Поволяева. Я выяснял, кто это мог рекомендовать, и обнаружилось, что никто таких рекомендаций никому не давал. Я же заявил тогда, что такой дуэт руководителей приведёт к смерти Переделкино.

На одном из последних заседаний Правления выступил несгибаемый В.Личутин и дал негативную оценку действиям «кооператоров». Он прямо спросил Поволяеву, кто она такая, откуда взялась, не будучи писателем. Она как-то робко ответила, что является членом СП России. Все обалдели! Услышав от Поволяевой, что она член Союза писателей, я решил проверить эту информацию и тут же позвонил В. Бояринову, Председателю МГО СП России. Оказалось, что М.Поволяеву действительно приняли в Союз без единой книги или хотя бы публикации в «толстом» журнале – по… библиографии её «творчества» (это очерки и статьи в газете «Семья» и «Московская правда», появившиеся начиная аж с 1997 г.). Самих статей и очерков Бояринов в деле не нашёл (справка об опубликованных работах Поволяевой у меня есть, готов предоставить редакции). Как могли принять её не в Союз журналистов, а в Союз писателей России?

Прошу считать эту статью заявлением в секретариат и приёмную комиссию СП России и требую запросить приёмное дело Поволяевой из МГО СП России и оценить, как и всех других писателей, заслужила ли она право быть членом нашей писательской организации. А то Поволяева уже засветилась на съезде писателей России, куда не смогли попасть многие замечательные писатели из глубинки.

К сожалению, ситуация с Поволяевой напоминает мне карьерный взлёт И.Переверзина со всеми вытекающими проблемами. Хочу, чтобы ситуация не повторилась.

Peredelkino2

 

Резюме

 

Когда мы победили вместе с Росимуществом в судах по Переделкино и когда было принято «политическое решение» о передаче писателям в безвозмездное пользование писательской собственности, я, идеалист, мечтал о дружном коллективе арендаторов, получивших право использовать собственность по её прямому назначению, поставив на службу не только переделкинцам, но и будущим поколениям. Причём, в устав внесено положение, что рекомендации для получения дач будут давать российские союзы писателей, а принимать окончательное решение – новое Правление МОО «Городок писателей «Переделкино».

К сожалению, единой дружной семьи, о которой я мечтал, пока не сложилось. Человеческая корысть, эгоизм в нашем случае диктуют людям их поведение. Вот и «сливают» бывшие соратники Кудимовой компромат в газеты. И первым номером здесь, по моему личному анализу, жена писателя и псевдописатель М.Поволяева, уже имеющая вместе с мужем дачу в Красновидово, пытающаяся через суд приватизировать писательскую дачу во Внуково и получить ещё одну дачу в Переделкино. Не многовато ли, друзья?

 

P.S. Пытаясь быть объективным и не занимая чью-либо сторону, я ни на какую должность в руководящих органах не претендую и хотел бы только поработать в ревизионной комиссии.

 

Рядовой, но активный член МОО ГП «Переделкино»

Георгий ЗАЙЦЕВ

 


Эту статью редакция получила прямо перед подписанием номера в печать. Но мы тем не менее пошли на перевёрстку номера, чтобы потом не было упрёков, что газета решила какие-то существенные факты утаить от писателей.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *