Новинки от «Молодой гвардии»

№ 2006 / 50, 23.02.2015


1000-й, юбилейный выпуск серии «Жизнь замечательных людей» издательство «Молодая гвардия» и Владимир Десятерик посвятили подвижнику издательского дела и народного просвещения Флорентию Фёдоровичу Павленкову (1839 – 1900). И это неслучайно. Именно Павленков был родоначальником «отцом-основателем» этой знаменитой серии, начав издавать в 1890 году первые научно-популярные биографии. По мысли Павленкова, количество биографий не должно было превышать 200 томов, а объём каждой книги – не больше 160 страниц.
Своим энтузиазмом Павленков заразил многих литераторов и публицистов того времени. Очень скоро он мог уже выбирать и авторов, и героев книг. Уже тогда у него выработались довольно чёткие принципы отбора имён. Так, когда К.А. Скальский предложил напечатать две биографии (причём в одной книге): Наполеона III и убийцы американского президента Гарфильда – Чарльза Гито, Павленков тактично отклонил это предложение, сказав, что эти две персоны «соединить в одной книжке решительно невозможно, так как ни по своему значению, ни по характеру своей деятельности они неоднородны».
Часто случалось, что литераторы, наобещав Павленкову сри короба, потом долго тянули с материалами. Впрочем, не всегда в этом были виноваты авторы. Вот что писал Владимир Короленко – взявшийся за биографию Глеба Успенского – Павленкову: «Прошу извинить за долгое молчание, но я и сам всё ждал письма от одного неисправимого надувателя, да так и не дождался. Сей надуватель не кто иной, как Глеб Иванович Успенский, «известный русский писатель» – известный, между прочим, нам, его добрым знакомым, тем, что редко исполняет обещания. Мне очень хочется написать биографию,о коей идёт речь, но согласитесь сами, что материала, Вами присланного, больше чем недостаточно… Канвы-то, канвы самой и не хватает. Необходимы чисто внешние факты. Я рассчитывал добыть их всё-таки от Глеба Ивановича, а он дал мне торжественное обещание: «Непременно». И вот жду, не дождусь. Нельзя ли пробудить в нём дремлющую совесть?» В результате биография Успенского при жизни Павленкова так и не была написана.
Павленков был действительно подвижником русского просвещения, и как полагается настоящему подвижнику – абсолютно бескорыстным. Он завещал весь свой издательский капитал на организацию 2000 народных читален и библиотек в российской провинции. И.А. Рубакин считал Павленкова «одним из тех фанатичных издателей, которые поставили своей задачей создать книгу в целях создания кадров глубоко честных (да, не только сведущих, но и честных) созидателей нового строя, борцов против старого строя».
Другая биография в серии «ЖЗЛ» – «Витте», написанная московским историком Сергеем Ильиным. Сергей Юльевич Витте (1849 – 1915) на страницах этой книги представлен как творец манифеста 17 октября, первой российской конституции, инициатор и фактический вдохновитель второй столыпинской реформы, энтузиаст железнодорожного строительства, дипломат, заключивший выгодный для России мирный договор с Японией после бездарно проигранной русско-японской войны, автор золотовалютной реформы, наконец, как частный человек со своими пристрастиями и увлечениями. Кстати, мало кто знает, что именно Витте был инициатором создания известного конного памятника Александру III работы Павла Трубецкого. До революции памятник стоял на Знаменской площади, напротив Николаевского вокзала, откуда начинался железнодорожный путь к Тихому океану, а на его постаменте была надпись «Державному основателю великого Сибирского пути». Так Витте увековечил память своего кумира. Впрочем, образ Александра III, предложенный Трубецким, ему не понравился. Он был согласен с мнением одного мастерового, присутствовавшего на открытии памятника, что это не царь, а «извозчик, в извозчичьей шапке и сидит на ломовой лошади». Наверное, именно по этой причине этот великолепный с художественной точки зрения памятник в наше – склонное к пиетету перед царской монархией – время до сих пор прозябает во дворике Мраморного дворца.
«Минное поле политики» – так по-журналистски броско и лаконично назвал свою книгу известный политик, президент Торгово-промышленной палаты РФ Евгений Примаков. Сразу видно, человек в этой профессии бывалый. В самом деле, если вспомнить, свою карьеру Евгений Максимович начинал с журналистики. Он был корреспондентом Госкомитета по телевидению и радиовещанию, а позже – собкором «Правды» в арабских странах. В предисловии Примаков признаётся, что книга не задумывалась как автобиография, мемуары или историческое исследование, хотя и первое, и второе, и третье в той или иной степени присутствует. Главное, к чему стремился автор, чтобы книга не была конъюнктурной. И действительно, в описании даже самых драматических моментов своей жизни, связанных с премьерством и последующей отставкой, Примаков до конца выдерживает джентльменский, тактичный тон дипломата, не позволяющего себе резких выпадов, претензий и сведения счётов.
Ещё одна новинка – «Повседневная жизнь Стамбула в эпоху Сулеймана Великолепного» в серии, успевшей за короткое время стать популярной, «Живая история: Повседневная жизнь человечества». Первое издание этой книги написано известным французским востоковедом Робером Мантраном ещё сорок лет назад и сразу завоевала среди читателей огромную популярность. В основу нынешнего перевода положено дополненное второе издание 1994 года. Как показывает Мантран, Османская империя несмотря на кровавое противоборство со своим соперником в своих культурных, в частности градостроительных, проявлениях выступила в роли достойного преемника Византийской империи, империи Константина и Михаила Палеолога. Очень непривычный взгляд для европейца, не правда ли? Особенно если учесть, что Османская империя несколько веков угрожала самостоятельному существованию Запада.Фёдор ХМЕЛЕВСКИЙ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *