В ПОСЛЕДНИЙ МИГ

№ 2007 / 1, 23.02.2015

Вот иногда в часы долгого одиночества и длинных размышлений преследует негаданно-странная мысль: что буду вспоминать в последнюю минуту? Самую-самую, уже на краю… Говорят, что в последних вспышках сознания проносится вся жизнь. Я почему-то не очень верю в это. Может быть, просто не могу представить тот бесконечно-зигзагообразный сериал, который и есть наша жизнь в земном бытии. Причём это не зависит от числа прожитых лет. Кстати, количество их ещё не показатель того, что они будут длиннее в ту последнюю минуту. Ибо мы помним только то, что легло на сердце. Быть может, для пущей верности вспомнить те отражения жизни, которые рождаются во снах. Знаю довольно много людей, умеющих убедительно ярко рассказывать о тех видениях, посетивших их в сладкой или кошмарной дрёме. Бедный Фрейд и прочие психопатологи, пытавшиеся что-то объяснить на этой почве, оказались бессильны. Различные сонники стараются придать снам вид пророчества. «Если вам приснилась красивая девушка – это предвестник радужных перспектив и семейных радостей. Ведьма, увиденная во сне, означает, что вам предстоит некая авантюра. Сон, в котором мужчина видит себя девушкой, может символизировать затмение рассудка…» Вот и славно. А главное – понятно. Но сны, между тем, настигают внезапно. Недавно приснилась маленькая девочка Таня из далёкого-далёкого детства, которую пьяный отец застрелил случайно из ружья. Мы сидели с ней за одной партой в первом классе. Я сразу понял, что это она! Особенно, когда она таинственно улыбнулась по-девчоночьи скромной улыбкой, которая осталась на групповой фотографии нашего класса. Я давно забыл её фамилию, но когда она вдруг зачем-то посетила меня сейчас, весь день я мучился: откуда залетел этот осколок давней-давней жизни в мои нереальные видения? Но чаще всего снится моя славная рота военного училища. Бог его знает почему? Если считать, что наши сны некая фантастическая связь между людьми, то выходит, что чаще всего к нам обращаются друзья детства и юности. Это тем более странно, что из нашей роты трое погибли в Афганистане, почти никого я не встречал в реальной жизни почти тридцать лет. Собственно, в тех снах нет ничего нереального. Вот вижу ясно: молочное небо над жёлтым полигоном в Гатчине, радостное лицо Сашки Прокофьева, только что пославшего ПТУРС за восемьсот метров в полуфигуру танка «противника». Или: мой замком-взвода Витя Староверов всё заставляет и заставляет чистить целую ванну картошки. Или: бледно-розовая ночь над Невой, десятки счастливых влюблённых у парапета, а мы с Сашкой Шестаковым всё идём и идём мимо них в ночном патруле, стараясь не смотреть на счастливое блаженство наших сверстников… И когда недавно мне показали снимки четвертьвековой встречи после выпуска, я в тех майорах, подполковниках и одном генерал-майоре никак не мог признать те дорогие лица, которые с завидным постоянством приходят в мои сны. Вообще-то, так называемые «армейские» сны, о которых я слышал от многих-многих бывших солдат, как мне кажется, избыток того психического напряжения, которое оставляет служба в нашей душе. Впрочем, зачем искать какие-то прозаические объяснения, если всё, похоже, много сложней. Я и сейчас верю, что каждый из нас – частичка вселенского Разума, который называется Бог. И все мы связаны в этом (и том) мире ниточками памяти и благодарности за то, что просто встретились в этой жизни. Довольно часто «посещает» меня бабушка. Недавно ей бы исполнилось сто лет. Я никак не могу поверить в реальность этой цифры. Ибо часто вижу живой. Иногда – совершенно молодой. По каким-то причинам не сохранилось ни одной фотографии из её юности. Не так уж она много и переезжала с места на место. Впрочем, до того ли было! Гражданская война, рождение детей, Отечественная, на которую ушли четыре её брата… Вернулся только один, весь израненный. До фотографий ли было… Кстати, странно, что почти никогда не снятся самые близкие. Тоже ведь загадка. Фрейд тут не поможет. Надо догадываться самому. Возможно, мои родные не нуждаются в моей помощи или сострадании. А может, просто умеют не тревожить мой сон, ибо в жизни забот и тревог привносят предостаточно. Так что же увижу в последний миг? Пользы от этого уже никакой не будет. Но, быть может, в этом разгадка того, в каком виде предстану пред Вседержателем? Поэтому и мучают такие вот бесполезные вопросы. Будет ли миг тот мигом между прошлым и вечностью? Мой друг, философ и умный писатель Слава Белков считает, что «будущее намного реальнее прошлого». Помню, я спорил с ним. Прошлое имеет множество материальных знаков от египетских пирамид до креста на могиле безвестного мирянина… Да и каждый из нас – сумма своего прошлого, всего-всего потока жизни, который с каждым из нас случился. Правда, хитрые американцы уверяют, что надо уметь зачеркнуть своё прошлое, а жить только настоящим. Не знаю, как им это удаётся? А может, они правы? Кто его знает… Но у каждого из нас есть в прошлом дни, в которые мы готовы вернуться хоть сейчас. Дни радости и покоя, мгновения счастья, когда душа поёт, а сердце что-то там просит. Но нет такой машины времени… Самой большой загадкой для меня остаётся Время. Никакие философские системы не объяснили пока его сущности. Ведь я-то волен вызывать в памяти любой миг своей жизни. Я твёрдо знаю, что будет последний миг моей жизни. Но почему я так редко задумываюсь над этим…

 

Андрей СМОЛИН г. ВОЛОГДА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *