Игорь Лизунов: К БОГУ ЧЕРЕЗ РАТОБОРСТВО (интервью)

№ 2007 / 5, 23.02.2015

Сейчас среди православных миссионеров ведётся много разговоров о том, как привлечь молодёжь к Церкви, разрабатываются новые формы взаимодействия со светскими, невоцерковлёнными людьми. В этом отношении хорошие результаты по воцерковлению молодёжи (в том числе и «трудной») дают занятия ратоборством при Обнинской городской казачьей общине «Спас». За восемь лет «спасовцы» воспитали двух священников и двух послушников Оптиной пустыни. К тому же через ратоборство, основанное на евангельских принципах, человек постигает практическое христианство. К примеру, смирению и кротости невозможно научиться, читая книги. Но это можно сделать на тренировках по русскому боевому искусству, когда после приличной затрещины от всего сердца стараешься простить ударившего тебя… Более подробно рассказать о ратоборстве и его миссионерской функции любезно согласился атаман общины «Спас» Игорь Константинович Лизунов.

– Недавно видел запись вашего интервью, данного православному образовательному каналу «Покров» по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II. Правильно ли я понял, что одной из причин создания общины явилось то, что вы вместе со своими единомышленниками несколько лет занимались казачьим ратоборством?

– Действительно, одной из целей создания общины было совместное занятие ратоборством. Но путь к этому боевому искусству был долог. Потребовался не один год поисков, чтобы прийти к русской боевой православной традиции. Отчётливо помню, насколько сильно меня волновала проблема поиска воинской традиции. Приходя в храм, постоянно видел иконы, на которых были изображены святые воины в полном вооружении, с другой стороны, всем известно евангельское изречение о том, что если тебя ударили по одной щеке, то надо подставить другую… Это не укладывалось в моей голове, я мучительно искал ответ: что же такое христианство?.. Мы видим на карте огромную территорию нашей Отчизны, к тому же, знаем из учебника, что на каждые три года мира в истории Руси приходилось два года войны. Естественно возникает вопрос: если страна такая огромная, значит, её защищали, и защищали успешно. Но где же сейчас сведения о тех боевых традициях, посредством которых это делалось?

Время наших исканий совпало с появлением первых публикаций по русскому боевому искусству. Правда, там было слишком много наносного, экзотического, вымышленного. Однако данная информация дала толчок. Слава Богу, что мы встретились с людьми, которые вели поиск сей традиции более успешно. И нам посчастливилось воспользоваться их результатами.

Мне кажется, суть воинской традиции состоит в том, что это своего рода саморазвивающаяся система обучения, выражаясь педагогическим языком. Иначе говоря, человек, занимающийся ратоборством, постоянно находится в творческом поиске, он работает над собой, совершенствуя своё мастерство в рамках основных канонов русской боевой традиции.

 

– Поясните, пожалуйста, что такое казачье ратоборство.

– Древняя система казачьего ратоборства называется «котёл». Во-первых, она представляет коллективную систему обучения. Во-вторых, обучение происходит в форме забавы, то есть, если говорить с точки зрения психологии, она обязательно несёт позитивный эмоциональный настрой тренирующимся. Люди играют, можно назвать это игро-техникой или проще – забавой. Так вот, наш русский народ издревле обучался разнообразным видам деятельности, как бы забавляясь, играя. Невольно вспоминаются и потешные полки, и народные зрелища, гулянья… Надо понимать, что игра шире всякой культуры. В философии существует несколько определений понятия «игра». По моему мнению, науке до сих пор непонятно, что это такое. Почему человека тянет играть, почему играют дети; почему играют звери, откуда всё это пошло? Игра есть выражение своего внутреннего душевного состояния и в то же время – некая система познания мира. Философ Й.Хейзинги даже перефразировал одно из классических определений, сказав: «Человек играющий, а не человек разумный». Это очень интересное, глубокое замечание.

 

– Говорите, что бьётесь с палками, вокруг всё кипит… Вы это делаете в нарочито замедленном темпе или с реальной скоростью?

– Всё зависит от уровня подготовки «котла».

 

– Расскажите, пожалуйста, о методике тренировок и о тех, кто проводит занятия.

– Обучение происходит как бы само по себе. Есть своего рода «скелет», он очень простой. Повторюсь, древняя форма ратоборства именуется «котёл». Занятия называются «заварить кашу». Тот, кто руководит этим, называется «кашевар» – атаман. Почему? Потому что когда люди приходят, кто-то из них является как бы мясом, кто-то – картошкой, кто-то – укропчиком, кто-то – водой (и вода нужна). То есть каждый соответствует некоторому уровню подготовки. Все люди разные. Но нужны и большие, и маленькие, и толстые и худые, и медленные, и быстрые. Все вместе они представляют собой определённую силу. Тренировка начинается с обозначения на полу трёх концентрических кругов. Первый – маленький, диаметр круга составляет примерно полтора метра; другой – диаметром два метра, третий – три метра. Ставим людей в первый круг, допустим, туда поместится десять человек. Практически они все стоят вплотную, лицом к лицу, на расстоянии ближе, чем вытянутый локоть. Необходимо понимать, что «боевуха» – это не спортивное единоборство. Мы говорим о боевых вещах: лицом к лицу, глаза в глаза и до конца. Итак, люди стоят лицом к лицу и очень плотно, что сразу же каждого психологически напрягает.

Во-вторых, они начинают сначала потихонечку двигаться, вертеться, обкатывать друг друга; потом – толкаться, затем – бить друг друга локтями, коленями, кулаками, любой частью тела. Сначала мягко толкают, потом происходят сбивание, броски и т.д. Если, допустим, разрешается бить ногой, то, соответственно, в первом кругу не помещаются, выходят на второй круг. Но задача одна: за круг выходить нельзя, только если одной ногой. Что это означает? Держать свою землю. Откуда русская стойкость берётся? Известно, что русский человек из окопа не выходит и не сдаётся. Мы считаем, что как раз через игру с детства воспитывалось данное понимание. Ты хоть что ни делай, хоть извивайся, хоть вылези из кожи, но не выходи из круга. Если так заниматься, то через некоторое время вырабатывается навык, входящий в кровь и плоть: нельзя отступать. Дальше, находясь в толпе, получается, что один стоишь сразу против нескольких противников. Хочешь или нет, но для того, чтобы тебя не побили, ты вынужден защищаться, ускользать от всех во время обучения в группе. Такова работа с несколькими противниками, хотя этот же коллектив варящихся в «котле» можно разбивать на двойки, на тройки, на четвёрки и т.д. Всё зависит от количества людей. То есть, допустимы варианты: пятёрка против пятёрки, двойка против пятёрки и т.д. В результате, когда люди приспосабливаются, они понимают, что ничего нельзя делать жёстко, иначе сразу же будут страшные травмы, синяки и шишки. Поэтому каждый боец приучается работать мягко, пластично, спокойно, не дёргаясь. Он понимает, что это – игра.

В ратоборстве все движения объёмные, в отличие от современного спорта, где движения только плоскостные. То есть мы всё время крутимся как колобок, коловорот постоянный. А что такое объёмное движение? Это когда движения по спирали, по восьмёрке и т.д. – все совмещаются. Получается объёмное пространство…

Почему назвали «ратоборство»? Чтобы как-то отличаться от стереотипного названия «русский стиль». Тем более что русского стиля в нашем представлении не существует.

 

– А что такое тогда «русский стиль»?

– Не знаю. Это то же самое, что общее понятие «каратэ». Хочу подчеркнуть, что мы являемся традиционалистами, то есть мы взяли на вооружение традицию. Мы не делаем какого-то объединения «русских стилей», не синтезируем их. Существует определённая традиция. Мы её взяли и стараемся развивать. Хотя по большому счету она сама развивается, вырастая во что-то новое. Это как семечко дерева, посадили, и вот оно растёт-растёт… Многие слышали о боевых системах Кадочникова и других. Но приверженцы этих систем сами говорят, что взяли из нескольких направлений какие-то элементы, присовокупили, прирастили это к чему-то первоосновному, как к дереву привили. И такие системы все похожи друг на друга. Однако в принципе любая «рукопашка» у всех практически одинакова. Весь вопрос в методиках, кто, как и чему научает.

 

– Читал, что русским стилем боевых искусств занимаются даже священники.

– У меня не занимаются, а вот писали, что у Сергея Борщова – да. Знаю, что в 16-м веке на Руси даже священники на кулаках ходили стенка на стенку. В летописях есть жалобы на то, что священники дерутся. Но такова была традиционная культура… Казачьи монастыри – вообще особая песня. Там и подготовка существовала соответствующая. Просто об этом не принято говорить…

 

– Правда ли, что в русских народных танцах и сказках сокрыты секреты отечественного боевого искусства?

– Да, правда. Только сказки – уже тот фольклорный элемент, который ещё надо глубоко изучать. С танцами проще, так как, осваивая боевую динамику, начинаешь быстро понимать, что она состоит из тех элементов, которые содержатся в танце. Раньше существовали так называемые боевые плясы. Первой формой боевой подготовки являлся охотничий пляс…

К слову будет сказано, я против современных форм «рукопашки». В них, обратите внимание, присутствует такая порочная линия, как упор на атлетизм. Например, сейчас чем сильнее боксёр накачан, тем считается лучше. Техника бойца ныне умаляется. То же и в единоборствах: выходят на ринг «качки», ну разве можно такой рукой мастерски ударить, если у него бицепс, размером с голову? Удара-то нет, настоящего, хлёсткого удара, который перерубает всё на свете. В общем, упор делается лишь на одну грубую силу.

 

– Существует ли в рамках казачьего ратоборства система народных методов оздоровления?

– Сама по себе система ратоборства несёт здоровье. Любая народная традиция несёт в себе оздоровление как таковое. Каждая форма традиционного единоборства имеет несколько содержаний, выполняет разные функции. Например, сейчас наиболее серьёзная антистрессовая система подготовки космонавтов называется «ключ»…

 

– «Ключ Алиева»?

– Да. Так вот, там одна форма – одна функция. Метод считается наиболее продвинутым. Приезжали оттуда специалисты к нам, посмотрели ратоборство и говорят: «Удивительная вещь – «ключ», одна форма – одно содержание, у вас же одна форма и несколько функций (то есть содержаний) сразу». Следовательно, ратоборство несёт в себе и оздоровительную функцию. Но человек оздоравливается, как бы не понимая этого. Всё само собой получается. Любая традиция органична, естественна… По своему личному опыту знаю, что наша система приносит здоровье.

 

– Если вспомнить историю, то у святителя Николая Японского при миссии занимались дзюдо, и основателя самбо В. Ощепкова он благословил заниматься у Дзигаро Кано. А ведь можно было бы подумать: отдавать на обучение к язычнику православного юношу. Однако святитель грехом это не считал.

– Мне иногда кажется, что кто-то пытается отнять у русского народа его силу, сделать нас какими-то пацифистами-толстовцами. Вот в 1945 году, когда была оккупация Японии Америкой с запретом на армию, японцы организовали сразу же по всей стране многочисленные маленькие японские воинские клубы, где обучались восточным единоборствам. Это так быстро подняло дух подрастающего поколения, что уже в 1948 году американцы вынуждены были оттуда уйти. Потому что настолько сильный был накал народного духа. И за несколько лет они подготовили уже новое поколение, чтобы можно было противостоять агрессору. Великая вещь! И сейчас, чем больше у нас появится военно-патриотических, а лучше сказать, воинских клубов, где будут постигать именно мужскую традицию, православную культуру, которая была на Руси, тем больше взрастим людей с правильными жизненными понятиями.

 

Беседу вёл Андрей СИГУТИН
 
г. ОБНИНСК

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *