ДУХОВНЫЕ СТИХИ – ПОЭЗИЯ ДУХОВНОСТИ

№ 2007 / 15, 23.02.2015

Сладкозвучное пение хора, –
Свет, который во тьме не погас,
Эхо, эхо в конце коридора,
И медовый да яблочный Спас.Сладкозвучное пение хора, –
Свет, который во тьме не погас,
Эхо, эхо в конце коридора,
И медовый да яблочный Спас.

Это Пастырь, взошедший на гору,
Что стоит перед миром – один…
Отблеск света в конце коридора
Над отчаяньем снежных равнин.
Это бродят средь клочьев тумана
Чьи-то тени в вечерней тиши…
Это как-то чудесно, нежданно
Повстречались две близких души.

И стихотворение, и вся книга написаны глубоко верующим православным человеком. Любое вероисповедание заслуживает уважения. Если верят в Бога-Творца, утешителя, а не гонителя иноверцев.
И всё-таки почему я, почти атеист, для которого Высшая сила – это Духовность космического Логоса, пишу о стихах, вызванных к жизни одной из традиционных религиозных вер? Вроде бы, по причине непосвящённости, и права не имею. Да, сакральные знания православия рецензенту доступны разве что на уровне факультета «научного атеизма», который я когда-то закончил. И канонические словосочетания из книги Евгения Данилова – Царство Божие, Озарённый Дух, Храм, Град, Вечность и подобные – для меня в основном символы и образы поэтической речи. Они в стихах расширяют или конкретизируют смысл, второй и т.д. планы. Но максимально, в полном объёме, – лишь для своих, братьев и сестёр по вере. А я пишу о книге Данилова как стихотворствующий о работе коллеги.
Во-первых, духовная, религиозная поэзия может быть интересной и не очень. Стихи автора – безусловно, интересны – и сутью, и поэтикой. Собственно, о поэтических приёмах Данилова говорить, выделять, вычленять их – не хочется. Тексты органичны, созданы чутким, эмоционально окрашенным сознанием. Без натуги, без специально встроенных элементов стихотворной техники. И без подпорок из заимствований, оригинальничания. У автора – свой, собственный стиль. Он свободно владеет и архаичной, канонической для православия, и общелитературной лексикой.

Словно Храм в лесах строительных,
Раны залечить спеша, –
Искушающих, прельстительных
Да избегнет пут душа.
Да избегнет многословия –
Слов пустых, ненужных строк,
Не забывши суесловия
Огорчительный итог.

С такой внутренней самоустановкой следует писать хорошие стихи. Что Данилову и удаётся. Во-вторых, классно сочинить можно и похожее на «Протоколы сионских мудрецов», или на «Майн Кампф». А Евгений Данилов пишет о Пречистом Слове, о Радости, Свете, о Господней Любви. Именно так, с большой буквы.
Его духовные поиски Божьего Града и трагичны, и оптимистичны. Трагичны, потому что в нынешней России святости мало. Оптимистичны, потому что Данилов, судя по стихам, верит в справедливое воздаяние за добрые мысли и дела. Как всегда верили в России – чем жизнь в ней огорчительней, – тем больше.
Стихи сборника динамичны, упруги, горячи, иногда просто раскалены – до пророчеств.
Но раскалённое вещество опасно резко охлаждать – редакторским и собственным невниманием. Знаю – лучшие редакторские силы в России закуплены для обстругивания и шлифовки продажной (во всех смыслах) литпродукции. И не каждый пишущий сам себя убережёт от казусов. Вот некоторые из книги: «Чтоб ерунды не спороть», «Храму белому приди на порог», «Возносится вслед своего удара», «Скрипят времян седые дроги».
Это уже не тайнопись, а затемнение смысла и сути. Но строчек чётких, афористичных, к удовольствию рецензента и читателей, гораздо больше. И поскольку тираж «Эха в конце коридора» невелик, прочитайте хотя бы здесь:

Не коварной масонскою ложею
Очарована наша страна,
А бездушью, безверью, безбожию
Нами всеми она предана.
***
Всё к ночи скроет темнота,
И дух наш в скорби изнемог,
И всюду смерти пустота,
Но – видит Бог, но – любит Бог.
И тень высокого Креста
На перепутьях всех дорог,
И жизнь почти что прожита,
Но – видит Бог, но – любит Бог.
***
Строчки на желтеющей бумаге –
Вот и всё, что после остаётся,
Приходили сиры мы и наги,
А уходим на закате Солнца,
Как и были – сиры и убоги,
Как и были – голодны и наги,
в чём-то тоже бывшие как боги, –
в пониманье, в обретенье боли, –
лишь письмом оставшись на бумаге.

А «Цветочки из любовного гербария»? Так назван довольно большой (почти девяносто стихотворений) раздел книги. Стихи полны эмоций, «фирменной» даниловской страсти.
В духовной поэзии страстный напор даёт высокий накал мыслям и желаниям. А в лирической – у автора получается не всё. Громозвучное обожание разных (извините за новояз) адресаток мало персонифицировано, похоже друг на друга. Когда-то на столбах электролиний висели угрозы: «Не влезай, убьёт!» Любовные послания Данилова тоже – высокая энергия. Прочитал – влез и током получил. И ещё раз. И ещё. А потом – привыкаешь. Или обходишь. Встречается и святая простота самовыражения, например, в «Балладе про розу и шипы»:

Как наркоман от наркоза
Я от тебя забалдел.

И тут же:

Розы колючей и чайной
Только шипы на руках…

Видимо, интимная лирика для Евгения Данилова – боковое ответвление таланта.
О прозе в сборнике – эссе «Город на вершине». Понимаю, что оно очень нужно и важно автору. Это его размышления о вере, судьбе России, духовном будущем человечества. Скажу только, что в поэтической книге эссе не кажется чужеродным, заземлённым отсутствием рифмы и стихотворного ритма. Мысль развивается, раскручивается по спирали нарастания не плакатного пафоса.
То, что не плакатного – хорошо. Но иногда и не в меру – зашифрованного, эзоповского, с переносами смысла из явного в область догадок.
Лучшее в сборнике – всё-таки духовная, мировоззренческая поэзия.


Евгений Данилов. Эхо в конце коридора. Стихи и эссе. – Обнинск, 2005.Александр ЗИМИН
Германия

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *