Жизнь и смерть священника Гавриила Костельника

№ 2009 / 14, 23.02.2015

Шестьдесят лет назад, 20 сентября 1947 года, во Львове от рук врага Православия принял мученическую смерть видный богослов и общественный деятель, инициатор воссоединения с Православной Церковью униатов Львовской, Тернопольской, Станиславской и Дрогобычской областей

Шестьдесят лет назад, 20 сентября 1947 года, во Львове от рук врага Православия принял мученическую смерть видный богослов и общественный деятель, инициатор воссоединения с Православной Церковью униатов Львовской, Тернопольской, Станиславской и Дрогобычской областей, патриот России и славянства доктор философии протопресвитер Гавриил Костельник.







О. Гавриил родился 15 июня 1886 года в старой украинской колонии Русский Керестур в Южной Мадьярщине, которая после Первой мировой войны отошла к Югославии. Эта область пересечения традиций русинов и хорватов, украинцев и венгров, граница геополитического разлома между Западом и Востоком, католицизмом и Православием. Родители будущего пастыря – простые и благочестивые крестьяне Фёдор и Анна Гомзов-Костельники – стремились дать сыну образование. Начальное образование Гавриил получил в родном селе в мадьярской школе, хорватскую гимназию окончил в Загребе и там же, в Загребском университете, начал своё богословское образование.


Ведомый любовью к родному краю, Гавриил в 1906 году переехал во Львов (входивший в состав Польши) и здесь продолжил своё богословское образование в Духовной семинарии. После окончания семинарии он изучал философию во Фрайбургском университете в Швейцарии, где за два с половиной года приобрёл учёную степень доктора философии. В 1913 году Гавриил Костельник был рукоположен во священника и после окончания войны более тридцати лет беспрерывно служил во Львове как пастырь. Одновременно преподавал богословие и философию в греко-католической семинарии (до 1928 года), был профессором в Богословской академии (до 1930 года), преподавал в гимназиях и был редактором религиозного журнала «Нива» (до 1930 года).


Уже в юношеские годы будущий пастырь проявил выдающиеся творческие таланты, удивлял всех знавших его выдающейся трудоспособностью. Рано начав писать стихи, он уже на 18-м году жизни издал книгу стихов, написанную на бачванско-русском диалекте. О. Гавриил писал стихи также на сербохорватском и латинском языках, но более всего на родном украинском языке. Блестящий гуманитарий, о. Гавриил добился успехов во многих областях знаний: составил грамматику бачванско-русского диалекта, явившись по сути основоположником бачванско-русской литературы.


«Однако, – как писал Макарий, Архиепископ Львовский и Тернопольский и Мукачево-Ужгородский, в статье «Протопресвитер о. Гавриил Костельник (Некролог)» в Журнале Московской Патриархии № 10, 1948 г., с. 11, – самое большое внимание уделял о. Костельник научной разработке вопросов богословия, философии и нашей церковной истории. Неутомимыми исканиями проницательного своего разума он стремился познать правду Божию и волю в жизни нашей Церкви и народа. Высокое образование и глубокое исследование самих источников христианской науки, внутренняя потребность служения истине привели о. Костельника к критической оценке латинства и его искажений христианской веры, обряда и церковной истории. О. Костельник смело и решительно боролся против введения целибата, или безбрачия духовенства, когда Рим хотел этим путём ускорить легализацию унии в Галичине. Исследование творений святых отцов и учителей Церкви, изучение церковной истории наглядно показало о. Костельнику, что свет и истина не в Риме, а в Восточной Православной Церкви».


Отметим, что правящим архиереем Галиции в межвоенные годы был греко-католический митрополит Андрей Шептицкий. Слуга Ватикана не за страх, а за совесть, Шептицкий стремился окатоличить галицийцев, пусть и с использованием самых низменных методов – приверженности многих из них пещерной русофобии и национализму. Митрополит А.Шептицкий ещё в 1917 – 1918 годы пытался склонить в унию русских верующих, пользуясь чудовищной неразберихой революционной ситуации. Успехи в России были всё же весьма скромные – не более двух тысяч перешедших из Православия в католицизм, в значительной степени бывшие униаты, малочисленный «русский» греко-католический экзархат во главе с протопресвитером Леонидом Фёдоровым вскоре развалился. В Галиции ситуация была принципиально иной – греко-католическая церковь Западной Украины насчитывала несколько миллионов последователей. Несмотря на то, что униаты (одни – по своей исторической тяге к Восточному Православию, другие – украинские националисты, противившиеся ополячиванию) критически относились к латинскому обряду, видя в нём оплот полонизма, подчас вступали в острую полемику и столкновения с латинским духовенством, Шептицкий видел в униатстве инструмент подчинения славянского населения интересам Ватикана. Вся его жизнь (сначала поддержка Германии в годы Первой мировой, затем поощрение украинского национализма в крайних формах бандеровщины и оуновщины, в годы Великой Отечественной – пособничество гитлеровцам и благословения украинским нацистам в вооружённом сопротивлении Москве) была пронизана ненавистью к русским, советским, «москалям», православным.


Митрополит А.Шептицкий долгие годы благоволил о. Гавриилу, ценя его как выдающегося богослова и проповедника. Кроме того, о. Гавриил был большим патриотом национального самоопределения украинского народа, освобождения его из-под власти польского государства, объединения восточных и западных частей Украины. Не был о. Гавриил и большевистским активистом, как его пытаются представить враги Православия в современной Украине. Он весьма критически относился к атеистическому режиму в Советской России, был свидетелем бесчинств ежовщины в предвоенные полтора года, когда Западная Украина была включена в состав СССР. Правда, о. Гавриил никогда не ставил знак равенства между репрессивными органами и братским русским народом.


Насильственное ополячивание и окатоличивание православного населения Западной Украины больно задевало о. Гавриила, не принёс душевного спокойствия и визит в Рим в 1925 году. По пути домой о. Гавриил горячо молился в православном храме М.Загреба, открывая для себя неземную красоту Православия. Но в то время молодой священник ещё не был готов порвать с верой родителей. Но на страницах «Нивы» публикуются его статьи о благодати греческого восточного обряда, о необходимости очищения униатства от засилия латинизма, о необходимости вернуться к неразделённости христианства в духе первоапостольских времён.


В 9-м номере «Нивы» за 1927 год в статье «Я так думаю» о. Гавриил пишет об истинности именно восточного, а не латинского литургического обряда. Мысли его первых статей окончательно оформились в книге «Спор про эпиклезу между Востоком и Западом» (1928 г.).


Папский престол в лице иезуита Спачиля обрушился на книгу с резкими нападками. О. Гавриил на страницах журнала пытался защищаться, но учёный спор был решён силой – о. Г.Костельник был лишён поста редактора и отдан под надзор митрополита А.Шептицкого. Но и под надзором о. Гавриил не переставал свидетельствовать правду. В 1936 году отец Гавриил на униатском съезде во Львове сделал доклад «Идеология унии», в котором утверждал обречённость Греко-католической церкви и необходимость возвращения к вере отцов. В 1943 году на львовском епархиальном соборе он выступил с критикой ватиканских догм, за что был в резкой форме лишён слова. С того времени о. Гавриил стал открыто призывать униатов вернуться в лоно Святого Православия.


Мало кто знает, что в годы гонений о. Гавриил написал значительные труды: «Великие святые – Кирилл и Мефодий» (1927 г.), «Апостол Пётр и римские папы» (1931 г.), «Развитие папства в первые пять веков» (1933 г.). Все они были напечатаны лишь после освобождения Львова советскими войсками в 1945 – 1948 гг.


Эти книги незаслуженно забываются теперь. Они полны глубоких рассуждений о самом духе католицизма, его психологии, экзегетике, догматике, церковной науке, особенностях латинского и восточного обрядов, истории взаимоотношений восточной и западной церквей. При этом книги носили характер научного исследования и не содержали оскорблений и насмешек над Западом.


В 1944 году о. Гавриил видел уже совсем других русских людей во Львове. Пережив ужасы гитлеровской оккупации, геноцид сначала русского, польского и еврейского населения Львовщины нацистами, а затем и украинского, безумный террор против всех и вся украинских националистов, о. Гавриил увидел изменения в советской внешней и внутренней политике. В СССР было восстановлено патриаршество, были открыты тысячи храмов, духовные семинарии и академии, налаживались связи с поместными православными церквами. На смену безоглядному интернационализму 30-х в государстве возрождалось державничество, патриотизм. СССР оказался ведущей силой, победившей коричневую чуму, освободившей Восточную Европу, возрождавшей славянское единство.


О. Гавриил отдавал все свои силы ликвидации позорной Брестской унии 1596 года. В 1945 году он встал во главе инициативной группы по воссоединению Греко-католической церкви Галичины с Русской Православной церковью. 8 – 10 марта 1946 во Львове состоялся объединительный Собор, насильственной унии был положен конец. Сейчас на Западе и в националистических кругах Украины принято называть этот Собор «лжесобором». Нет никаких оснований верить этой пропагандистской шумихе: на Объединительном Соборе пристутствовало 216 архиереев и иереев, на площади перед собором Св. Юра решение Собора, затаив дыхание, ждали десятки тысяч мирян. В считанные дни абсолютное большинство приходского священства перешло из униатства в Православие (идею объединения поддержало 986 священников, отказалось – 281). Немногие «несогласные» (в основном, монахи) ушли в подполье, подались к «лесным братьям» или эмигрировали.


Враги Православия тщетно пытаются доказать, что о. Гавриил служил нашей Церкви по принуждению, а не по велению сердца. Для «доказательства» своей «правоты» они утверждают, что якобы сыновья священника были арестованы НКВД как бандеровцы, и отца вынудили спасти им жизнь путём вербовки. Эти утверждения не соответствуют действительности. Один из сыновей действительно был арестован в предвоенный год, но вызванный в НКВД о. Гавриил отказался стать сексотом, заявив, что если сын виноват в преступлении, он не станет его выгораживать. Впоследствии его дети были убиты гитлеровцами.


Впрочем, наивно было бы думать, что НКВД – МГБ не стремился использовать в своих целях о. Г.Костельника. Сталин в те годы серьёзно увлекался идеями Всеславянства, создания Балканской Федерации из южнославянских народов, вхождения отдельных славянских государств (Болгарии, Словакии) в состав СССР. В Москве предполагалось создать «Православный Ватикан», который должен был бы являться некоторой альтернативой Ватикану римскому. Сталинское руководство поддерживало возрождение православных церковных структур в Чехословакии, Албании, Франции. Без сомнения, советское государство ставило во многом утилитарные цели, стремясь подчинить своему влиянию Православную церковь, пользовавшуюся исключительным доверием населения в военные и послевоенные годы. Равно как видело, что духовным оплотом и политическим крылом бандеровского подполья была униатская церковь. Многие из этих идей сегодня считаются грубым вмешательством светского (тем более, атеистического) государства во внутрицерковные дела. Но идеи были всё же не так наивны. И в 40-е годы и сейчас наша страна стоит перед лицом необходимости поисков союзников в Европе, прежде всего в славянском мире. Никуда не исчезло духовное, политическое и военное противостояние Западу. О. Гавриил был поборником идеи славянского единства, православных ценностей и в определённом смысле мог рассматриваться как союзник государству, но именно как авторитетный и независимый в глазах людей церковный деятель, а не как наёмник.


В своих проповедях о. Гавриил призывал к миротворчеству, необходимости отказаться от насилия, необходимости сообща строить новый церковный дом. Этим он выгодно отличался от пропагандистов-атеистов типа львовского писателя Ярослава Галана, провозглашавшего, что он «плюёт на папу». Впрочем, для оуновцев и политическая агитация и смиренная проповедь была смертным грехом. Галан был убит одиннадцатью ударами топора, а чуть раньше оуновские пули оборвали жизнь о. Гавриила.


20 сентября о. Гавриил, как всегда, утром совершил в своём храме литургию. На пороге своего дома неподалёку от храма мученик был предательски убит двумя пулями в затылок. Убийца – им оказался Олекса Любинский – пытался скрыться, но, будучи окружённым толпой людей, застрелился. Любимого пастыря провожала в последний путь 50-тысячная толпа верующих. Никогда ещё во Львове не собиралось столько людей. ОУН предприняла попытку диверсии во время похорон, но органы безопасности сорвали эти кощунственные планы.


В Галиции сейчас строятся самые невероятные догадки относительно того, кому выгодна была смерть о. Гавриила. Делают предположения, что убийство осуществили сотрудники НКВД, хотя была убедительно доказана связь убийцы с оуновским подпольем и нацистским карателем «генералом» ОУН Шухевичем. Предполагают, что убийство Г.Костельника было провокацией, чтобы развязать правоохранительным органам руки в борьбе с ОУН. Но советские карательные органы всегда вели самую непримиримую борьбу с украинскими националистами и ни в какой дополнительной санкции не нуждались. Маловероятным кажется и причастность к этому преступлению непосредственно Ватикана. Представляется, что у Рима были значительно более серьёзные проблемы в 1948 году, чем сведение мелких политических счётов. Да и характер преступления и последовавшее за ним самоубийство террориста свойственны именно ОУН.


А что же теперь? Слава Господу, светлое имя о. Гавриила не забыто. В родной Воеводине о. Гавриила проводится ежегодный фестиваль «Костельниковская осень», в 1995 году там о. Гавриилу был установлен памятник. Как говорят его односельчане, здесь слава о. Гавриила спорит со славой самого Тараса Шевченко. Но само село вновь стало униатским, на славянское население бывшей Югославии Запад продолжает оказывать беспрецедентное давление…

Кон­стан­тин ЕРО­ФЕ­ЕВ
г. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *