Таинства игры

№ 2009 / 22, 23.02.2015

За­ме­ча­тель­ное се­мей­ст­во Гер­цык бла­го­да­ря раз­лич­ным пуб­ли­ка­ци­ям по­след­них лет всё ши­ре вне­д­ря­ет­ся в на­ше чи­та­тель­ское со­зна­ние. Сов­сем не­дав­но из­да­тель­ст­во «Мо­ло­дая гвар­дия» вы­пу­с­ти­ло в се­рии «Да­лё­кое близ­кое» за­ме­ча­тель­ные вос­по­ми­на­ния эс­се­и­ст­ки и пе­ре­вод­чи­цы Ев­ге­нии Гер­цык.





Замечательное семейство Герцык благодаря различным публикациям последних лет всё шире внедряется в наше читательское сознание. Совсем недавно издательство «Молодая гвардия» выпустило в серии «Далёкое близкое» замечательные воспоминания эссеистки и переводчицы Евгении Герцык. Ещё прежде того был издан («Аграфом») сборник стихов и писем её сестры поэтессы Аделаиды Герцык. Дом-музей Марины Цветаевой (близко знавшей сестёр) выпустил в 2002 году книгу под названием «Сёстры Герцык. Письма». И вот – новое издание, отличающееся, как всегда в «Эллис Лаке», эдиционным вкусом и полиграфической безупречностью.


Название книге дала строка из стихотворения Максимилиана Волошина, обращённого к Аделаиде Герцык (1875–1925), стихи которой он высоко ценил. И название это здесь совсем не случайно. Дело в том, что поэтесса и была по своим убеждениям таким homo ludens, «человеком играющим», рассматривающим Игру (в кантовско-шиллеровском смысле) основой всякого творчества и всякой культуры.


Однако вся книга посвящена не только ей, но и её тоже весьма одарённым сыновьям от знаменитого в начале двадцатого века издателя популярного в интеллигентских кругах журнала «Вопросы жизни» Д.Е. Жуковского – Даниилу (1909–1938) и Никите (1913–1995). Каждому из этих трех персонажей посвящена большая отдельная часть книги. В конце её в виде приложения даны различные документы их биографий.


Любопытно, что Игра была для Аделаиды Герцык главным педагогическим средством в деле не только образования и культурного развития своих сыновей, но и воспитания их воли. Всякую расхлябанность, душевную смуту и лень, подмеченную в детях, она подавляла упрёком в отсутствии в их жизни творчества. Где есть творчество (жизни, науки, культуры), там не может быть уныния и праздности как матери всех грехов. Это настолько прочно вошло в самый состав личности сыновей, что никакие жизненные передряги не могли выбить их из колеи. Даниил продолжал творить даже в орловской тюрьме, куда он был заключён за публичное (хоть и в камерном кругу) чтение «запрещённых» стихов друга семьи Волошина. Фрагменты им написанного (прозы и статей о стихосложении) были недавно опубликованы в различных журналах и снискали признание критики (И.Роднянская в «Новом мире» даже заметила, что «мы лишились в его лице своего Марселя Пруста»). Но, увы, в 1938 году Даниил Жуковский (фамилия – по отцу) был спешно расстрелян в ходе очередной компании борьбы с «бывшими», то есть дворянами.


Получивший высшее медицинское образование и старавшийся держаться подальше от столиц, Никита прожил значительно дольше брата. Он постарался осуществить себя в создании прекрасной, дружной семьи со множеством детей и внуков. Но был не чужд – по семейной традиции – и культурных, и литературных интересов, о чём свидетельствуют также приводимые документы.


Почему-то кажется, что все расщелины и обвалы эпохи куда ярче запечатлеваются в судьбах даже не знаменитостей, а таких вот людей – раскрыться и стать знаменитыми которым помешало вовсе не отсутствие способностей. Помешала сама эпоха.



Аделаида Герцык и её дети. – М.: Эллис Лак, 2007



Юрий АРХИПОВ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *