Искусство переговоров

№ 2009 / 24, 23.02.2015

На этом пред­став­ле­нии я ощу­щал не­лов­кость: весь зал то и де­ло взры­вал­ся хо­хо­том, по­рой ле­жал от сме­ха, а мне не бы­ло смеш­но – ни кап­ли, ни в один мо­мент. Воз­мож­но, у ме­ня что-то не так с чув­ст­вом юмо­ра и спек­такль, ве­ро­ят­но, об­ре­чён на ус­пех.

Бог резни. Ясмин Реза. Режиссёр-постановщик Сергей Пускепалис. Художник Эдуард Гизатуллин. Художник по свету Айвар Салихов.






На этом представлении я ощущал неловкость: весь зал то и дело взрывался хохотом, порой лежал от смеха, а мне не было смешно – ни капли, ни в один момент. Возможно, у меня что-то не так с чувством юмора и спектакль, вероятно, обречён на успех. Жанр произведения определён театром как трагикомедия. Однако развитие конфликта заставляет прежде всего вспомнить гнетущую драму в духе чуть ли не Ибсена или Стриндберга, а сюжет почти пародийно повторяет сюжет знаменитой пьесы Эдварда Олби «Кто боится Вирджинии Вулф».


Здесь тоже в конфликте участвуют две семейные пары, отпрыск одной из которых, одиннадцатилетний Фердинанд Рей, в ссоре выбил палкой два зуба своему ровеснику, сыну другой пары – Брюно Валлону. По инициативе пострадавшей стороны две семьи встречаются в квартире Валлонов, чтобы обсудить пути разрешения конфликта, связанные, в частности, с лечением и страховкой.


Источник комизма, задуманный автором, заключается, пожалуй, в сатирическом контрасте между этими семьями. Родители Фердинанда – «хозяева жизни»: Ален (Владислав Ветров) – юрист крупной фармацевтической корпорации, попавшей в скандальную историю из-за вредоносности выпущенного ею «чудо-лекарства», его жена Анетт (Алена Бабенко) представляется как «менеджер по инвестициям», причём инвестор – её муж. Пара же Валлонов вообще выглядит мезальянсом: Мишель – скромный торговец «каструлями» и сливными бачками, а вот его супруга Вероника – литератор и искусствовед, автор гуманистических книг о геноциде в Дарфуре и коллекционер графики австрийского экспрессиониста (не только художника, но и драматурга, между прочим) Оскара Кокошки.


Ещё до начала действия мелькают кадры различных катастроф и крушений, которые хозяин дома Мишель (в домашних брюках и тапочках) смотрит по телевизору. Этим предвосхищается бурное развитие событий в дальнейшем.


А пока – разговор начинается со вполне респектабельных попыток Вероники выработать принципы разрешения конфликта и хотя бы добиться от родителей обидчика извинений за проступок сына. Однако Ален, постоянно прерываемый телефонными звонками и увлечённый выработкой советов своей фирме для избежания суда («уходите в полную несознанку!»), цинично заявляет, что готов всё оплатить деньгами и не располагает временем, чтобы вникать в разборки детей. Но не успевает покинуть компанию: неожиданно выходит из себя его жена Анетт – после угощения испечённым Вероникой пирогом её тошнит и выворачивает наизнанку буквально на костюм мужа и на коллекционные книги и репродукции хозяйки дома.


Слово за слово – и, как сухие дрова, разворачивается грандиозная ссора не только между парами, но и супругов между собой. Хорошо приняв на грудь (из рук в руки переходит водка в огромной бутыли в виде автомата Калашникова), герои срывают с себя маскарад приличий и выворачивают наизнанку своё нутро, высыпая «скелеты из шкафов». Летит в вазу из-под цветов мобильник корпоративного адвоката, и он не может больше давать консультации мошенникам-фармацевтам. Выясняется, что мать Мишеля тяжело больна. И врачи рекомендуют ей именно злополучный препарат, ядовитость которого обнаружилась. Вероника клеймит мужа за то, что он вынес на улицу дочкиного хомяка, и бедное животное может не выжить в «джунглях большого города», и т.д. и т.п.


Сюжет довольно изобретателен – соблюдено единство места и времени, действие не прерывается, диалог местами искрометен и даже афористичен – есть несколько глубокомысленных острот об отношениях полов. Удачен перевод Дмитрия Быкова – некоторые вещи адаптированы к нашей действительности (водка) и менталитету (упоминаются Тотошка и Урфин Джюс – герои произведений сказочника Александра Волкова по американским мотивам).


Касаясь актёрской игры, отметим, что В.Ветров и А.Бабенко воплотили крайне несимпатичных и весьма современных персонажей, которые не верят ни в бога, ни в чёрта, не знают сомнений. Несмотря на отсутствие характерных и неординарных черт и недостаток драматизма, особенно убедителен в своей обобщенной сатирической типичности герой В.Ветрова. Более одушевлёнными получились страдающие Мишель и Вероника.


Заканчивается спектакль тем, что детская драка перерастает в непримиримую вражду двух семей, над которыми довлеет «бог резни». Немного смягчают концовку последние кадры мирно гуляющего в лесу хомячка, который, похоже, всё же выжил на свободе и вопрошает участников спектакля и зрителей: «А что это вы здесь делаете? Кино-то уже кончилось…»

Ильдар САФУАНОВ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *