Срез литературы

№ 2009 / 52, 23.02.2015

Фонд по­мо­щи хо­с­пи­сам «Ве­ра» вы­пу­с­тил сбор­ник рас­ска­зов со­вре­мен­ных пи­са­те­лей. Как на­пи­са­но в на­ча­ле кни­ги (и спра­вед­ли­во), под од­ной об­лож­кой объ­е­ди­ни­лись со­вер­шен­но раз­ные ав­то­ры.

Фонд помощи хосписам «Вера» выпустил сборник рассказов современных писателей. Как написано в начале книги (и справедливо), под одной обложкой объединились совершенно разные авторы. Цель этого объединения – помочь пациентам российских хосписов. Некоторые произведения были написаны специально для сборника. Положа руку на сердце, это видно только по произведению Марины Москвиной – оно о человеке, который умер от рака.


А о чём другие произведения?



***





Отрывок повести Бориса Акунина «Охота на Одиссея» – лёгкая, не вызывающая напряжения проза, построенная в основном на диалогах. Это как облегчённая проза XIX века: здесь и речевая характеристика (один из персонажей заикается на первой букве, когда произносит некоторые слова), и военные действия в царской России, перестрелки, убитые, только эпохи за этим никакой не чувствуется – да и не такова была авторская цель при создании произведения. А только та, чтобы читатель пропустил это через себя и забыл.


Рассказ Евгения Гришковца «Спокойствие» – чуть печальная, чуть детская, чуть наивная история одиночества и спокойствия. Автору очень хорошо удался образ среднего, но не затёртого человека, к жизни которого многие испытали бы сопричастность. Многие художественные детали в рассказе очень просты и ярки; испытываешь симпатию. Обыденные вещи предстают в рассказе не в новом свете, а как бы через наивное восприятие героя, – и обретают новый смысл.


«Онтология детства» Виктора Пелевина – не рассказ, но, скорее, рассуждения писателя о детстве и течении жизни. О том, как фрагменты детства переходят в настоящее-нынешнее. Здесь автор очень хорошо совмещает «пространственные фрагменты» и «фрагменты воспоминаний», возникающие в голове.


Рассказ Дуни Смирновой «По-любому» – пустоватая история о том, как зрелая женщина решила изменить своему мужу. Женская проза-монолог, наивно, просто, банально, но стильно – текст всё же выделяется чем-то не сразу уловимым среди огромного количества такого же рода примеров. Но и только. Недостаточно – потому что не хочется перечитывать, чтобы всё же уловить это «не сразу уловимое».


Рассказ Людмилы Улицкой «Отставная любовь» – история об отношениях отставного военного и секретарши (его собственной). Образы, между тем, не слишком ярки и несколько стилизованы. О жизни в этом рассказе – всё, – но ничего нового. Некоторые детали – ярки, – но всё же оставляют ощущение «специальности». По-настоящему трогает только финал рассказа – смерть секретарши, – но, так или иначе, банально. И мораль рассказа не нова.


Зарисовка Владимира Войновича «Роман (трагедия)» – блестящая метафора о писателе на склоне лет. По манере изложения напоминает рассказ Дюрренматта – об игре в шахматы, – когда писатель оговаривает, что это произведение о другом литературном произведении, неоконченном или неудавшемся. Смысл же метафоры Войновича следующий – когда пишешь постоянно, рано или поздно приходишь к тому, что повторяешься, и писать уже нет никакого смысла. Войнович намеренно усугубляет это, рассказывая о себе, создавшем тот же самый роман, который уже создал, слово в слово.


Рассказ Андрея Геласимова «Жанна» – нехитрое повествование о том, как женщина остаётся одна с двумя детьми. Стиль изложения – не слишком литературный с точки зрения манеры и интонации, – создаётся впечатление, что героиня рассказывает своей подруге о последних жизненных неприятностях. Рассказ-монолог-излияние. Ничего яркого и запоминающегося. Чувства женщины поданы как-то стенографически, в этом монологе они не задерживаются ни на чём, – только изложение событийной стороны жизни.


«Краткая история…» Бориса Гребенщикова о том, как искусство, вымысел может стать явью и каковы последствия этого. Для тех, кто облекает это в явь, в реальность, и для тех, кто всё же остаётся в искусстве. Трагикомическая метафора, вроде зарисовки Войновича в этом же сборнике, но только упрощённая и, что называется, «неписательская». Между тем то, как перевёртываются с ног на голову, а потом опять – с головы на ноги, – отношения персонажей – это чисто литературно-художественные «качели».


Рассказ Виктора Ерофеева «Реабилитация Дантеса» – для людей с изменённым литературным вкусом. Сомнительная попытка через вымышленные места вроде «музея Дантеса», вымышленные события и вымышленных персонажей бросить тень на Пушкина, показав, что он никакой не великий поэт, а… Кто? В тексте это прямо не читается, потому что Ерофеев отдаёт предпочтение массе оскорбительных замечаний не только в адрес Пушкина, но и Дантеса, которого он решил реабилитировать.


Фрагмент «Остался один» Эдуарда Лимонова – история о безысходности и одиночестве жизни писателя. Автор, между тем, наполняет историю эпатажными деталями и намеренно политизирует и популяризирует свою прозу – в тексте фигурирует имя Лужкова, отсылки на факты политической жизни десятилетней давности и пр. Лимонов через них старается показать тяготы жизни, судьбу и путь писателя – это производит некоторое действие, гнетущее и депрессивное, по большей части, однако весь фрагмент всё же не трогает за душу, и нет в нём каких-то сугубо творческих переживаний. Ни у Лимонова, ни у его героя.


Рассказ Людмилы Петрушевской «Джо Жуан» – довольно странная история о сексуальных похождениях некоего Джо, а также о том, как жизнь бросала его из стороны в сторону – в зависимости от этих похождений. В результате чего только в рассказе не появляется! Причём к главному герою детали и приметы времени не имеют почти никакого отношения.


«Бабушка, осы, арбуз» Захара Прилепина – мастерски написанный рассказ о проходящем времени. Тусклость настоящего и очарование прошлым. Прилепин прекрасно владеет метафорами, эпитетами, которые не могут не запомниться. Выстроено всё очень художественно точно, колоритно. И просто. В рассказе прослеживаются судьбы русских людей и русской деревни. С другой стороны, прошлое ведь только кажется счастливым – в настоящем времени оно не могло казаться таким. И счастья, по сути дела, нет – потому что есть только настоящее. Прилепин, конечно, понимает это – не может не понимать! – но не говорит напрямую и не наделяет свой рассказ этим смыслом; отсутствие счастья в рассказе, скорее, в отдельных предложениях – когда герой говорит о своей нынешней жене и о будущем; о том, что сломает и её сердце. И – в отголосках-деталях.


А ещё в книгу вошли произведения Владимира Маканина, Леонида Юзефовича, Татьяны Толстой и других писателей.


«Книга, ради которой…» – отличный срез современной литературы. Каждой автор, что называется, показал себя с позитивной стороны или негативной, – но показал. Авторы, пишущие для коммерческого успеха, сразу себя идентифицируют. Их проза отличается упрощённостью. Авторы, которые не менее известны, чем коммерческие, но пишут некоммерческую прозу, отличаются. (По крайней мере, в этом сборнике.)



Евгений МОСКВИН



«Книга, ради которой объединились писатели, объединить которых невозможно». – М.: Фонд помощи хосписам, 2009.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *