Магия литературного института

№ 2010 / 26, 23.02.2015

Дух Пла­то­но­ва ве­ет над Ли­те­ра­тур­ным ин­сти­ту­том… Этот вуз не толь­ко «ци­та­дель рус­ской ли­те­ра­ту­ры», как точ­но вы­ра­зил­ся один из ав­то­ров дис­пу­та, раз­вер­нув­ше­го­ся на стра­ни­цах «Ли­те­ра­тур­ной Рос­сии», но и поч­ти ле­ген­да, свя­зан­ная с вы­да­ю­щи­ми­ся людь­ми

Дух Платонова веет над Литературным институтом… Этот вуз не только «цитадель русской литературы», как точно выразился один из авторов диспута, развернувшегося на страницах «Литературной России», но и почти легенда, связанная с выдающимися людьми, с историей России прошлого века.


Для меня, учившегося в конце 80-х на Высших литературных курсах, этот вуз до сих пор остаётся идеалом учебного заведения. Не хочется верить, что внутри институтского и студенческого коллективов царят интриги, вражда, зависть… Хотя давно известно, что отношения между творческими людьми, какой бы пост они ни занимали и каким бы талантом ни обладали, всегда сложны.


Мне повезло: за время учёбы на ВЛК я ухитрился не нажить ни одного врага, зато приобрёл много друзей. За два года не встретил в старинных классах и коридорах ни одного «плохого» преподавателя.


Студенты тоже вели себя вполне культурно за исключением дня получения стипендии: к вечеру коридоры общежития на Добролюбова наполнялись криками, шумом, порой и выяснением отношений на тему «кто из нас талантливей».


Когда солнечным сентябрём я впервые попал на Тверскую, 25, то увидел многократно воспетый уютный дворик, дом Герцена, памятник, высокие клёны и ясени шумели на ветру так, словно они росли не в центре России, а где-нибудь на опушке леса.


От сокурсников узнал, что в одном из флигелей располагалась когда-то квартира Андрея Платонова, сохранился железный балкончик, выходящий на Тверской бульвар.


На ВЛК я прочёл только что опубликованный «Котлован», затем «Чевенгур», ставший впоследствии моей настольной книгой.


В своём литинститутском блокноте нашёл стихотворение:







Обыкновенный «школьный» класс,


древесная фактура парт,


и холод стульев.


А за окном Тверской бульвар


с потоками людей, машин.


Ноябрьский день –


день угасания литературы…


И на фанерке мелом:


«Класс Платонова».



Литературный институт и его зелёный дворик всегда казались мне таинственным пространством с выходом в космос большой литературы.


«Доплатоновская», условно говоря, «герценовсковая» аура также благодатно действовала на душу.


Институт пробудил во мне здоровый индивидуализм, дал два года благодатного одиночества.


Знаю, что и до меня, и после тысячи юных странников духа прошли через его коридоры (озарённые затаённой душой литинститута) ощутив себя здесь хотя бы на какое-то время гениями.


Судьба Платонова доказывала, что можно работать в литературе и в тени – незаметно, но плодотворно.


В редкие наезды в Москву обязательно захожу в знаменитый сквер на Тверской, 25 – порой он совсем пуст, и кажется, что я никогда отсюда не уезжал…


Сегодняшним студентам хочется сказать: ребята, живите дружно, не пропускайте лекций, не тратьте понапрасну стипендию на разнообразные напитки! Не может быть нелюбимых учителей – могут быть лишь нерадивые ученики.


Талантливых – на Тверской, 25 непременно заметят, им помогут.


Наш руководитель семинара прозы Эрнст Иванович Сафонов помогал, наверное, сотням начинающим авторов, успевая при этом не только быть редактором солидной газеты, но и заниматься преподавательской работой, писать книги и статьи. Кстати, помню тот день, когда он пришёл на семинар с непривычно озабоченным видом и сказал, что ему предлагают пост главного редактора «Литературной России». Откровенно советовался с нами: как мне быть, ребята? Идти или не идти на эту должность? Разумеется, ответ был единодушным: непременно идите, Эрнст Иванович! Только нас, пожалуйста, не забудьте, найдите и нам местечко на страницах издания!.. Он улыбнулся. Шутки шутками, но Эрнст Иванович, видимо, сознавал, какую громадную ношу и ответственность на себя взваливает. На семинарах он умел создать творческую атмосферу, где все мы помаленьку учились друг у друга. При этом Эрнст Иванович умел держать дистанцию между собой и учеником.


Поэтому никогда не поверю, что Литинститут можно отнести к категории «ненужных», исчерпавших себя учебных заведений. В смутные времена учреждения, подобные Литинституту, могут воспитать воистину новых людей, которые сохранят и разовьют старые культурные традиции.

Александр ТИТОВ,
село КРАСНОЕ,
Липецкая область

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *