ЧЕСТНАЯ ИГРА

№ 2006 / 9, 23.02.2015

Ещё медовый месяц не окончился, когда однажды ночью жена попросила Эрвина рассказать о его первой девушке. В тот момент Эрвин как раз был способен только на вербальный контакт, взял да и рассказал, как в шестнадцать лет стал мужчиной. А чтобы история выглядела покрасивей, он превратил толстоватую соседку в юное создание, как бы забыв про складки у неё на животе и родинки между грудей, а местом соития стал не чердак наёмного дома, где гуляли сквозняки, а веранда роскошного особняка, заливаемая лунным светом и трелями соловья.
Жена слушала Эрвина очень внимательно. Потом бесстрастным голосом задала несколько уточняющих вопросов и вдруг – бац – катарсис. Да такой, что рыдания продолжались аж до утра. Потом она исчезла.
Эрвин запаниковал. Он искал, сокрушался, отчаивался. Названивал знакомым и звал во дворе. Вечером жена вдруг откуда-то отозвалась. Выяснилось, что из сарая, где хранилась ветхая мебель. Она там целый день изучала себя в большом треснувшем зеркале. И не нашла ни малейшего сходства с тем неземным существом, о котором ночью поведал Эрвин, и теперь пребывала в полном расстройстве.
Эрвину недостало мужества признаться, что ночью он приврал. Сказал, что всё, мол, относительно. Это была правда. И хотя в волосах у жены была паутина, а тело её отдавало голубиным помётом, не было в тот момент никого желаннее. Их примирение было упоительно. Казалось, поцелуям и объятиям не будет конца.
Человеческие возможности, как известно, не беспредельны. И в постели тоже. Почему-то именно здесь чаще всего случается, что в ту минуту, когда мы, как нам кажется, прикасаемся к идеалу, в руке у нас оказываются гениталии партнёра. Словом, ночью обоим вдруг стало скучно. Оба зевают, время идёт, а дело не движется. И сна ни в одном глазу.
В итоге жена попросила Эрвина рассказать о своей следующей связи. Прошлая ночь Эрвина ничему не научила. Он вообще задрал планку. Теперь его заманили в сверкающий лимузин. У прекрасной незнакомки были мягкие тёмно-серые глаза и потрясающие ножки. Эрвин был заворожён настолько, что даже не заметил, как бесшумно опустились спинки и лимузин превратился в большую, несущуюся вперёд двуспальную кровать. Когда альков на колёсах замер наконец у скалистого обрыва с видом на море, жена вскочила с кровати и бросилась вон из комнаты, бабахнув дверью.
Эрвин догнал её только на берегу реки. Но жена увильнула от него и сиганула в воду. Она решила покончить с жизнью. Она не могла ничего дать Эрвину. Она сама поняла, что их брак оказался роковой ошибкой.
Вода была ледяная. Но жена вышла из реки только после того, как Эрвин соорудил на берегу костёр. В свете пламени всё уже не казалось таким трагичным. Потихоньку оба оттаяли, и стало ясно – несмотря ни на что, жить всё-таки стоит. Жена отдавалась с бешеной страстью. Позже выяснилось, что под неё подкатилось несколько угольков, но это уже не меняло дела.
Дома ожоги покрыли мазью. Потом жена попросила Эрвина рассказать ей что-нибудь. И он вспомнил без всяких приукрашиваний, как однажды спустился в подвал за картошкой и встретил ту самую соседку, с которой уже раньше был на чердаке.
Завидев Эрвина, та всё побросала и задрала подол. Она показала огромный синяк, который остался у неё на бедре от их прежней встречи, и потребовала, чтобы Эрвин на него подул. И он подул. Набрал полные лёгкие и дунул на бедро и на лоно, на руки и под мышку. Он дул до тех пор, пока женщина с криком «Помоги, Господи!» не повалилась, увлекая за собой Эрвина в ящик с морковью.
Эрвин скосил глаза и увидел, что его жена спит. Правда своё взяла. С тех пор их брак стал очень гармоничным и остаётся таковым по сей день. Эрвин вовремя понял, что только fair play* поможет ему обрести счастье. И не только ему. Как заметил один писатель, брачная постель – та самая наковальня, на которой куётся здоровье и счастье всех членов семьи. А через них и будущее всей нации.

г. ТАЛЛИН


* fair play – честная игра

Перевели с эстонского Ирина и Виталий БЕЛОБРОВЦЕВЫ

Валентин КУЙК

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *