Сияющий кристалл

№ 2013 / 44, 23.02.2015

Нина Габриэлян – феноменально одарённая личность. В своё время Евгений Винокуров отметил, что она «любит и понимает «тяжесть», «земную тяжесть»

Нина Габриэлян – феноменально одарённая личность. В своё время Евгений Винокуров отметил, что она «любит и понимает «тяжесть», «земную тяжесть», плотность вещей, их весомость» И действительно, стихи Габриэлян очень плотные, весомые, пластичные и фактурные:

От полуденного сада

В пору зрелости отъят

Этот красный, волосатый,

Душно чувственный гранат…

Прежде завязью невинной

Был он в чашечке цветка…

Вожделением звериным

Дышат жаркие бока.

Не предчувствуя немало,

Что взорваться уж готов,

Он своею смертью алой

Переполнен до краёв.

(«Гранат»)

Поэзия Нины Габриэлян взывает ко всем пяти чувствам человека: зрению, слуху, осязанию, обонянию и вкусу, и даже сверх того, к гумилёвскому шестому чувству интуитивного постижения совершенной Красоты Духа, превозмогающего все границы материального мира…

«Весомо и зримо» в стихах Нины Габриэлян так много насыщенного жаркого сарьяновского цвета! Это и «чёрный жар винограда», и «фиолетовый блеск баклажана», и «красный зной», клокочущий в венах, и «жёлтое дыханье жажды»…

Однако при всём раблезианско-щедром изобилии красочных эпитетов, сравнений и метафор, Габриэлян никогда не переступает ту грань, за которой начинается вычурная манерность. В её стихах поэтическая дерзость образов гармонически сочетается с безупречным вкусом, яркая цветовая палитра, усиленная богатой звукописью, совершенство формы – с философской глубиной содержания, экспрессия – с классической строгостью просодии. Колористические решения её стихотворений всегда оригинальны и художественно убедительны:

А лиловые буйволы грузно бредут

В остывающей красной вечерней пыли,

И ноздрями лиловыми медленно пьют

Бессловесную тёмную мудрость земли

Габриэлян чутко улавливает многомерность мира и взаимопроницаемость его виртуальных и реализованных явлений на разных системных уровнях. Неслучайно для её стихов столь характерна «скрябинская» синестезия, когда цвет «звучит», а звук обладает ярко выраженной цветовой характеристикой:

Звуки: чёрный, лиловый, алый

Хлынули вниз по стене…

Она способна заглянуть и в то «Пространство, где между предметами // Не существует границ, // Где разницы нет между цветом и линией, // Между камнем и телом…» и ощутить единосущность мира во всех его телах, явлениях и миражах:

Дерево было розово-жёлтое

И всё-таки голубое,

Дерево было чьим-то голосом,

И всё-таки было мною…

(Из цикла «Дорога на Тианети»)

До чего же всё-таки был прав Евгений Винокуров, когда писал, что «в мире Габриэлян всё связано чудесным всеобщим единством…»! По сути, в её стихах нет «мёртвой материи, здесь всё живёт и дышит: «Льётся огненное слово // В души детские растений» и поёт дерево, «разметав свои волосы длинные», здесь «С отрешённым лицом монахини // Снег идёт над землёй московской», здесь плывут «в едином ритме души камней и зверят», а «Хищное солнце гложет куст».

Глан ОНАНЯН

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *