Требуем перемен

№ 2014 / 38, 23.02.2015

Летом этого года мы напечатали два резко критических материала о Российском госархиве новейшей истории: «После вмешательства нашей газеты» («ЛР», № 29) и «Некомпетентность руководства Росархива» («ЛР», № 31/32).

Летом этого года мы напечатали два резко критических материала о Российском госархиве новейшей истории: «После вмешательства нашей газеты» («ЛР», № 29) и «Некомпетентность руководства Росархива» («ЛР», № 31/32). Они вызвали в научных и литературных кругах очередной резонанс. Один из откликов был опубликован в № 33/34 (статья В.Осипова). Но разговор не закончен.

ДОСТУП В АРХИВ ЧАСТИЧНО РАЗРЕШЁН?

Непосвящённому человеку, далёкому от исследовательской деятельности, сложно представить себе, как мучается порой учёный из-за отсутствия необходимого материала для своей новой книги или статьи. Порой, поиск документов в архиве занимает месяцы или даже годы. И какова бывает радость исследователя, если ему удаётся найти манускрипт, проливающий свет на изучаемую проблему.

Российские учёные-историки, исследователи, занимающиеся периодом советской истории, сталкиваются с особыми сложностями в каждодневной своей работе. До сих пор остаются засекреченным целый массив архивных материалов в ведомственных архивах, прежде всего это относится к фондам Службы внешней разведки, Федеральной службы безопасности, Министерства обороны и Министерства иностранных дел. Процесс рассекречивания документов советской эпохи растянулся на десятилетия и сложно представить себе, когда он может завершиться.

Зачастую, историки не допускаются к архивным материалам, которые уже прошли процедуру рассекречивания. Так случилось и со мной. Занимаясь темой литературной интеллигенции хрущёвского периода, я привлекал документальные материалы Российского государственного архива новейшей истории (бывший архив ЦК КПСС). Для написания диссертационного исследования мне требовались документы из фондов Н.С. Хрущёва и Секретариата ЦК КПСС. Однако, работники архива уверили меня, что данные материалы засекречены и для доступа к ним необходимо получить специальный допуск. Лишь благодаря своему коллеге выяснилось, что эти фонды рассекречены и доступны для изучения.

К моей несказанной радости примешивалась обида, хотелось спросить у работников РГАНИ: «За что вы так с нами, с исследователями, поступаете?». Ответ мог быть разным, но важно в данном случае другое – нежелание сотрудников вышеозначенного архива, прежде всего его руководства в лице директора Н.Г. Томилиной и заместителя директора по научной части М.Ю. Прозуменщикова, дать полноценную возможность учёным ознакомиться со всеми рассекреченными фондами РГАНИ.

Искренне надеюсь, что данная публикация будет изучена руководством Федерального архивного агентства и из этого будут сделаны соответствующие выводы.

Евгений КОЛОБО


НАПРАСНЫЕ ИЛЛЮЗИИ

Хотим сразу предупредить Евгения Колобова: не стоит обольщаться. В Росархиве, судя по нашим встречам с руководителями этого ведомства А.Артизовым, В.Тарасовым и О.Наумовым, не спешат что-либо делать для исправления ситуации. А директор РГАНИ Н.Томилина, кажется, и вовсе не готова пойти навстречу исследователям.

Ещё раз повторим: все исследователи заинтересованы в получении доступа к фондам РГАНИ. Однако большая часть этих фондов в течение двух с лишним десятилетий остаётся для историков закрытой. Устные обращения специалистов к руководству РГАНИ ничего не дали. Поэтому 30 июня с.г. последовал запрос в Росархив. Только после этого, а именно 14 июля с.г. РГАНИ открыли для исследователей часть ранее засекреченных фондов Андропова, Суслова, Черненко и другие материалы. А чем до этого занималась г-жа Томилина? Что мешало описи из фонда, к примеру, Хрущёва открыть исследователям, скажем, в 2009 году? Но Томилина сделала вид, что всё в подведомственном ей архиве замечательно. 28 июля с.г. она письменно сообщила: «Список фондов и описей, открытых для использования в читальном зале РГАНИ, доступен исследователям. В последние годы этот список неоднократно обновлялся и уточнялся в связи с постоянно происходящим процессом рассекречивания очередных комплектов документов архива». Каково? Специально для г-жи Томилиной напомним: список фондов и описей, доступных исследователям, не обновлялся с 2002 года (за исключением короткого списка выборочных описей из фонда Политбюро ЦК КПСС, предоставленного специалистам в 2013 году). Зачем врать-то? Или точней – сообщать полуправду? Практически все обновления произошли, повторю, 14 июля 2014 года.

Позже Томилина сделала поправку. 12 августа 2014 года она сообщила: «В отношении указанного Вами фонда М.А. Суслова (№ 81), информируем, что после получения решения МВК и оформления результатов рассекречивания, материалы этого фонда в плановом порядке передавались в другую организацию для создания фонда пользования и страхового фонда, и поэтому не подлежали выдаче в читальный зал. В настоящее время документы фонда № 81 выдаются в читальный зал архива для работы пользователей».

Позвольте, часть документов из фонда Суслова была рассекречена в 2006 году, т.е. восемь лет назад. Для создания страхового фонда нужно, по мнению специалистов, максимум две недели. Но никак не восемь лет. Зачем вешать на уши лапшу?

Потом: кто мешал передать в открытое пользование описи из фондов секретариата ЦК КПСС (ф. 4, оп. 9, 15–18) или описи из фонда Хрущёва, рассекреченные ещё бог весть когда? Видимо, лень г-жи Томилиной. Или некомпетентность руководства РГАНИ.

Кстати, заместитель руководителя Росархива В.Тарасов отнёсся к поднятым нами проблемам более внимательно. Он сообщил: Росархивом прорабатывается вопрос с компетентными органами о возможности предоставления пользователям полного перечня всех фондов, хранящихся в РГАНИ, в том числе находящихся на закрытом хранении. По результатам проработки данного вопроса будет принято решение о возможности ознакомления пользователей со списком фондов. Всего в РГАНИ имеются на хранении 68 фондов, 22 из них доступны пользователям. Росархивом было обращено внимание руководства РГАНИ на необходимость сокращения сроков при переводе рассекреченных документов на открытый доступ, несмотря на то, что перевод рассекреченных документов на открытый доступ для использования их в читальном зале архива — процесс сложный, длительный по времени, в нём задействовано большинство структурных подразделений архива».

Правда, при этом г-н Тарасов так и не дал оценку действиям (а точнее – бездействию) г-жи Томилиной, благодаря которой в течение многих лет исследователи не могли получить доступ к давно рассекреченным документам.

Отдельный вопрос – доступ к картотекам РГАНИ. Историки хорошо знают, как много в их работе значат именные, тематические и прочие картотеки. Но в РГАНИ сначала отрицали наличие картотек, а потом стали ссылаться на секретность. Простите, а кто мешал руководству архива за 20 лет оформить рассекречивание картотек?

Остались вопросы и по ксерокопированию документов. Поднять цены на эту услугу в восемь (!) раз – это, согласитесь, надо уметь.

Редакция надеялась, что раз Росархив не спешит решить перезревшие проблемы, то беспомощных руководителей Федеральной архивной службы поправит если не правительство, то хотя бы министерство культуры России. Но размечтались. Директор одного из департаментов минкульта А.Аракелова прислала, а точнее, подмахнула подготовленную клерками отписку. Она даже не обратила внимание на то, что исследователи должны не выклянчивать у неквалифицированной бухгалтерии РГАНИ копии квитанций за оказанные услуги, а сразу получать на руки оригиналы чеков. Так что непонятно, за какие красивые глаза министр Мединский держит г-жу Аракелову.

И что в остатке? Директор РГАНИ Н.Томилина, на наш взгляд, всё в архиве завалила. Как директор она исчерпала себя ещё много лет назад. Человек явно не на своём месте. Из-за этого страдает дело. Но ни Росархив, ни Минкульт, похоже, ничего менять не собираются. Их, видимо, всё устраивает. Так что, Евгений Колобов, перемен вряд ли мы дождёмся.

Редакция «ЛР»


Выстраданная правда

В начале сентября в городской библиотеке № 3 подмосковного Одинцово прошёл литературно-музыкальный вечер, посвящённый жизни и творчеству замечательного русского писателя Вячеслава Дёгтева, приуроченный к 55-летию со дня его рождения.

Работники библиотеки постарались донести до читателей своеобразие и неповторимость литературного почерка писателя, актуальность и разнообразие тематики его рассказов, показать ранимую душу мастера.

Творчество В.И. Дёгтева, безусловно, заслуживает широкого признания, большой любви, но, к сожалению, часто замалчивается сейчас, что, впрочем, происходило и при жизни писателя.

На протяжении всего вечера звучали отрывки из рассказов автора. Их сопровождали музыкальные произведения П.И. Чайковского, русские народные и казачьи песни, романсы в исполнении певицы Евгении Смольяниновой, — всё то, что так любил при жизни Вячеслав Иванович.

Гостем на встрече была современный автор прозы, литературной критики, публицистики, главный редактор журнала «Молодое око» (МОЛОКО) Лидия Сычёва, а также молодой прозаик Евгений Москвин.

Лидия Сычёва поделилась своими воспоминаниями о встречах с В.И. Дёгтевым, дала высокую оценку его творчеству. Все её живые, честные, искренние слова о земляке находили благодарный отклик в сердцах участников юбилейной литературной встречи.

Любовь ЕКИМОВА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *