Человек, который нужен
Девушки плачут, когда он читает им стихи
№ 2026 / 9, 06.03.2026, автор: Николай ДЕНИСОВ (г. Кстово, Нижегородская обл.)
Зная изнутри взаимоотношения литераторов, один юморист в альманах «Русский смех» как-то прислал стих: мол, я сижу, пью чай
С пирогами – пышками.
А под окном поэты пьют
И бьют друг друга книжками.
Менее чем в течение месяца о молодом поэте Дмитрии Кравченко в интернете дали публикации сразу четыре члена СПР. Два – ныне рядовые, а ранее – члены Правления: «оттоптались» по полной. Два других – член Правления и главный редактор СМИ СПР – оказали Дмитрию медвежью услугу.
Так, в конце января Дмитрию «врезал» профессор факультета журналистики МГУ, «автор 50 книг» (не знаю, какие у него стихи и проза – их нет в Интернете), плодовитый публицист Александр Бобров. В своём ВК он разнёс в пух и прах творчество Дмитрия, его стих «Бога не видно, но я его вижу»:
«Да, есть некое подобие поэзии, достаточно примитивные, порой складные вирши, есть артистический и телевизионный опыт, есть поставленный голос и подкупающая наглость. Это же даже – не кощунство (Бог, «рассыпанный по вазам»), а пошлость, коврик с лебедями на тамбовском базаре»:
Бога не видно, но я его вижу
в зрелости яблок, в спелости вишен,
в ливне и стуже и в красках заката.
Бога не видно – он где-то за кадром:
в детской улыбке и в маминых фразах,
и рассыпаясь любовью по вазам,
Бог говорит с нашим миром цветами.
Бога не видно, и видно не станет.
В дальних поездках и командировках,
в лёгких касаниях, нежных и робких,
в боли, в надежде и в маленьком шансе
Бога не видно? О, не соглашайтесь!
Бог открывает для каждого двери.
Те, кто не верил – однажды поверят.
Даже сейчас, атеистам в отместку,
ставленным голосом с этого места
Бог говорит с вами мной через вирши.
Бога не видно, но я его вижу.
Православный на девятом десятке Александр Бобров, предполагаю, видит Творца с белой бородой, в белых одеждах на белом облаке. Я, как атеист и некрещеный, склоняюсь к видению Дмитрия.
А вот один из откликов:
«”Бог говорит с вами мной через вирши” – на мой взгляд, эти слова про то, что Бог говорит через каждого из нас, что он живёт в каждом, вне зависимости от того, верят в него или нет».
Тут же, в начале февраля главный редактор «Литературной газеты», член Правления СПР Максим Замшев написал и поместил в газете статью о Дмитрии, о его книге «Бога не видно, но я его вижу». При этом Максим Адольфович, ярый защитник русской поэзии (думаю, его взгляды – с высот Израиля), привёл стих Дмитрия со словом, которое в советской литературе не употреблялось (мягко говоря, «задница»). Первая медвежья услуга.
Следом на портале «Литературная Россия» (№6 за 14 февраля 2026) поэт из Новосибирска, представленный в интернете как бывший главный редактор журнала «Сибирские огни», а также бывший секретарь Правления Союза Писателей России, пенсионер Владимир Берязев в статье «Табор стихослагателей» вслед за Бобровым жёстко «отдубасил» Дмитрия.
Мол, есть «целая технология пропаганды и распространения словесной жвачки, возросшей на пошлости и невежестве и потребляемой в масштабе, не сопоставимом с масштабами профессиональной поэзии». Эти, «набравшие тысячи и тысячи подписчиков особи стихосочинительства, обретают уверенность и требуют место под солнцем, как хозяева вламываются в организации Союза писателей, покупают и публикуют рецензии на свои самиздатовские сборники». Один из таких деятелей, у которого тысячи подписчиков, объездил со своими поэзоконцертами всю Россию и в конце января осчастливил Новосибирск. Зовут этого «ретранслятора трэша полурифмованного» – Дмитрий Кравченко.
Берязева завёл стих Дмитрия «На Кавказе»:
В комнате веет прохладой, и сыро,
за окном возвышается старец – Эльбрус.
В небе над ним недоеденным сыром
виснет луна, как потерянный груз.
Мне на Кавказ приезжать не в первою,
но восхищаюсь за разом я раз
горами, лесами, прозрачной водою
и видом прекрасным, что радует глаз…
…Если вы в поиске лучших курортов,
пусть вас не съест заграничный соблазн.
Тухнет Париж, угасает и Лондон
перед курортом с названьем Кавказ.
И Берязев «лупит»:
«приласкать бы тебя этим пейзажем пару-тройку раз до полной невменяемости, до категорической ликвидации инстинкта сочинительства. Печаль в том, что он не одинок в своём потреблядстве и овладевании массами идеей пошлости, невежества и уродства, таких успешных продавцов словесного трэша, аля-асадов – уже десятки».
Как я понял, Владимир Берязев побывал на этом выступлении Дмитрия.
Но и это еще не всё. 17 февраля в ВК СПР главный редактор нового (потешного) сайта СПР Григорий Шувалов поместил стих Дмитрия «Волонтёр». Типа положительно представить автора. Я оставил отзыв:
«Дмитрий, стишок на 3 балла. В бумажную книгу не пойдет. Похоже, его Б.Сивко скомпоновал. Вот это что: “Мы – невиновные, мы – не при чём”? ИИ помогал?»
Он ответил (в шутку?):
«Да, ИИ».
Стих невзрачный – в книжке бы ему точно не место. Зачем Григорий подставил парня? С такими «доброжелателями» и врагов не надо. Медвежья услуга.
Это была присказка о далеко не рядовых членах СПР.
А что же сам Дмитрий, качество его сочинений, количество, как распространяет по России и за рубежом? Может, негодует, лёжа на печи, как и многие члены СПР, что государство его за бесплатно не печатает? И вообще: может, действительно вред один от его рифмовок?
Открываю ВК Видео «Чат-рулетка». На экране – Дмитрий, дядька лет за тридцать, простачок такой, уши в стороны. «Г»экает и «шо»кает – мол, я с Ростова (и действительно жил в Ростовской области). Приём такой – девчонок завлекает. И мальчишек. В общем, школьников и кого постарше. Завлекает удивлением. И школьники действительно делают для себя открытие – смотрят на него широко открытыми глазами.
Как старший брат, Дмитрий ненавязчиво спрашивает, кого из поэтов они знают, просит прочитать стихи из школьной программы. И они откликаются, читают. Не все, некоторые. Большинство: «не помним». В ответ он им – тоже стихи. И известных поэтов, и свои. Сменив южнорусский говор на хорошо поставленный голос. Сказать, что детки в восторге – это ничего не сказать. Они визжат! И просят еще. Девушки утирают слёзы, когда он читаем им стихи о любви: попадание в самое сердце!
Один из поэтов на ежегодно проводимом в нашем городе фестивале иронической поэзии «Русский смех» со сцены сказал: «Мне не нужны ваши аплодисменты, мне нужен ваш смех». Да, искренний смех, как и слёзы, – из души. Аплодисменты – часто по обязанности.
И молодёжь подписывается на каналы Дмитрия. На ю-тубе у него больше миллиона подписчиков, в тик-токе полтора, в ВК полмиллиона, а ещё десятки тысяч в телеграме, на дзене и других площадках.
Хорошо ведь, что школьницы (с наращенными ресницами, накрашенными губами, ногтями по четыре сантиметра) запомнят русских поэтов, будут узнавать их творчество. А ребятам будет о чём поговорить с девчонками при встречах.
Вот его стих «Мама», который он читает школьникам. И который они сами просят. Проникновенный:
Ты девять месяцев на дне
Живёшь в кромешной тишине.
И появляешься на свет,
Кричишь, и полностью раздет.
Затем ты учишься стоять,
И норовишь её обнять.
За жизнь благодаришь сполна,
И произносишь слово: «Мама…»
Уже через декаду лет
Придёшь с иголочки одет.
И, сев за школьную скамью,
Напишешь: «Мама, я тебя люблю».
Пройдёт ещё десяток лет,
И ты – суворовский кадет.
И на плацу в своём строю,
Воскликнешь: «Мама, я тебя люблю!»
Через ещё полсотни лет
Она покинет белый свет.
Но, вспомнив Мамочку свою,
Ты скажешь: «Я её люблю…»
А вот отзывы слушателей и читателей:
«В поэзию пришли актёры-поэты: Д.Кравченко и другие – можно по-разному относиться к их стихам, но они своими выступлениями действительно способствуют возрождению интереса к поэзии, пусть не все их слушатели, а лишь некоторые из них потом начнут читать Тютчева, Баратынского, Ахматову… И это уже хорошо. Дмитрий Кравченко – на своём месте и весьма полезен».
«Я считаю стихи Дмитрия Кравченко великолепными, чистыми, до глубины сердца! Сколько молодежи он влюбил в поэзию!!!»
«Настолько замечательные стихи, что сразу же выучила их вместе с внуком !!!!»
«Респект и уважуха автору. Сам пишу. Рифмы отличные, размер выдержан. А содержание – душевное».
«Дмитрий Витальевич, вы поцелованы богом».
«Пробирают до глубины души»
Но есть и такие отзывы:
«Дмитрий обижается на критику. Видимо, накрученные на юмористических выступлениях в чат-рулетке малопонимающие в поэзии подписчики вскружили ему голову».
Можно сказать, Дмитрий «собирает стадионы» – его в чат-рулетке смотрят, бывает, более двух с половиной тысяч человек. А в записи – еще больше. И он собирает залы (не полные, но и это немало). А это – тоже «несение поэзии в массы».
О качестве его стихов. Вот Александр Бобров считает, что это не поэзия. Мол, почти проза. При этом жаркая дискуссия на эту тему разгорелась в ВК Боброва. Более двухсот отзывов! При обычных у Боброва десять – двадцать.
Шли жаркие споры и на ВК СПР, где стих «Волонтёр». И под статьёй вышеназванного Владимира Берязева.
Выскажу два своих мнения.
Первое: я делю стихи на три сорта. Первый, когда читаешь, вникаешь в каждое слово, смакуешь каждую строчку. Наслаждаешься, душой чувствуешь образы. Второй, когда слушаешь, как автор читает. И при этом исправляет интонацией огрехи стиха, ритм, рифмы. И третий – это уже не стихи , а нечто, поющееся со сцены: ни рифмы, ни понятного смысла, ни о чём.
Второе (и кто-то со мной согласится): иногда про один стих можно сказать, что его написал Мастер. Я оцениваю у поэтов отдельные стихи. Ведь у многих пишущих стихов на пять баллов – единицы. Большинство сочинений – на три – четыре балла.
У Дмитрия есть отличные стихи. Есть и вопросы к его сочинениям: где-то хромает ритм, где-то рифма. Где-то Дмитрий переходит на почти прозу. Где-то – образы искажены. Ещё отмечу: похоже, для «завлекаловки» Дмитрий читает школьницам про постели, простыни, «твой первый и последний стон». Не надо.
Ещё одно направление, как Дмитрий распространяет свои сочинения. Он профессиональный чтец: получил образование по сценарному мастерству. Выступает по городам России. Список длинный. В прошлом году – более пятидесяти городов. В этом году уже одиннадцать выступлений. Даты заездов выложены в Интернете. Цена билетов от 0,5 до 2 тысяч рублей. И люди приходят. В основном в возрасте после тридцати.
Заработок. Честный. А сколько в интернете плача от лежащих на диване сочинителей: «Дайте, дайте погоны писателя, без них не пишется, по России мы не распространяемся, кто бы издал».
Читает Дмитрий стихи хорошо поставленным (бархатным) голосом. И, главное, стихи его с философским смыслом! Вот стих, который слушатель назвал романтичным:
Улыбнитесь девушке в метро.
Возможно, день её испорчен,
И улыбка – как билет до Сочи
Или яблок целое ведро.
Улыбнитесь девушке в метро.
И улыбка всю тоску отгонит
В этом душном мчащемся вагоне,
Полном, как прибрежное бистро.
Улыбнитесь девушке в метро.
Улыбнитесь, ну же, улыбнитесь!
И пускай меж вами лягут нити,
Сотни нитей вымышленных троп.
Улыбнитесь девушке в метро.
Хотите ей или кому другому.
Улыбнитесь хоть всему вагону!
Хоть огромной станции метро.
Даже если сломано перо,
Если мир ваш рухнул в одночасье,
Подарите окружающим вас счастье –
Улыбнитесь девушке в метро.
Дмитрий сейчас живет в Москве, а основная его литтусовка, которую он называет «моя семья» – «ЛитГост» – работающая более десяти лет литературная гостиная. Организовал он её в Ростове, а продолжил ее деятельность в Москве. Здесь билеты – до трех с половиной тысяч. И покупаются.
Делает Дмитрий и бесплатные выступления.
Заканчивая, коснусь упомянутых авторов, написавших о Дмитрии.
Кусачий публицист Александр Бобров. Как-то года три назад его критиковали в отзывах на сайте «Российский писатель» – за его резкость. И я, хотя мы серьёзно конфликтовали до этого, написал: «Но Бобров нам нужен». Нет в России ещё такого смелого, кто бы давал должную оценку сидящим на больной русской культуре любимовым, богомоловым и им подобным.
И сейчас я так же говорю о Дмитрии Кравченко: он, добровольный распространитель и популяризатор русской поэзии, несущий ее новому поколению, молодежи, – нам нужен. Его стихи приносят его слушателям радость. И пусть они будут.
А Владимиру Берязеву – привет! Может, ещё о чём-нибудь, о ком-нибудь подискутируем.
Литературным начальникам СПР: если уж вам пришлось (по должности) представлять писателя – думайте, прежде чем это делать.
“Сменив южнорусский говор на хорошо поставленный голос” – объясните ради Бога, Николай, как можно сменить говор (наименьшую территориальную разновидность языка) на голос (физиологический процесс, превращающий воздушный поток в вибрацию).
” Вот стих, который слушатель назвал романтичным…” – и дальше приводится полностью СТИХОТВОРЕНИЕ. Николай, вы знаете, что такое СТИХ? Поинтересуйтесь хотя бы в интернете.
Стихотворение про Кавказ поразило до глубины души: графомания, какой ещё поискать. Как, впрочем, и всё, что приведено в этой статье.
Признаю, не академически написал.
А что по теме статьи:
– Нужен Дмитрий Кравченко России или нет?
***
Вы не прочитали внимательно мой комментарий. Там есть слово “ГРАФОМАНИЯ”. Графоманов в стране и так сотни тысяч. Нужны поэты, или лучше вот так: Поэты. А прививать любовь к поэзии на дешёвых графоманских стишатах – дело неблагодарное. Этим портится вкус молодых людей, и дальше привить им любовь к поэзии (Поэзии – так лучше) будет невозможно: большая литература требует вдумчивого, напряжённого постижения, а привыкшим “глотать” словесный поп-корн это не по силам. Что касается плохого вкуса, то никто лучше Евтушенко не сформулировал его опасности: «Плохой вкус — это рычаг политики. Манипулировать людьми с плохим вкусом легче. Старый приём — и в искусстве, и в политике — формировать плохой вкус, а потом ссылаться на него, как на «мнение большинства». Классический пример из прошлого — шельмование при помощи «писем трудящихся» Шостаковича, Пастернака, Ахматовой, Зощенко». Для меня это очевидно. А зачем вы, Николай, писали эту статью и тратили своё время – непонятно. Кому-то и Асадов хороший поэт, может, эта статья для них? И на всякий случай: в юности между Асадовым и Бродским я выбрал Бродского, может, и поэтому стал к.ф.н.
Ну что ж, других поэтов больше нет. А этого мы приручили)
Мерзко, особенно про бархатный голос в сочетании с плохими строчками
А Бобров-то прав.
Стихи Дмитрия Кравченко – полное дерьмо.
Он вообще не поэт.
Других виршей Дмитрия не читал, а процитированные ниже плинтуса.
Виталий Мухин