Достиг я высшей власти…
«Борис Годунов». Премьера оперы Модеста Мусоргского на Новой сцене Мариинского театра (6–8 февраля 2026 г.)
Рубрика в газете: Моменты Мельпомены, № 2026 / 7, 20.02.2026, автор: Мила ТОНБО (г. Санкт-Петербург)
«Снега, снега, снега… А ночь долга,
И не растают никогда снега.
Снега, Снега, снега… А ночь темна,
И никогда не кончится она.
Россия тишина. Россия прах.
А, может быть, Россия – только страх.
Верёвка, пуля, ледяная тьма
И музыка, сводящая с ума.
Верёвка, пуля, каторжный рассвет
Над тем, чему названья в мире нет».
(Георгий Иванов, 1931)
Вот этими строками можно начать и закончить рецензию на премьеру «Бориса Годунова» в Мариинском театре 6-8 февраля 2026 г. (да, теперь у нас не «премьера», а премьеры – 5 спектаклей за три дня. Наш спектакль заключительный, пятый, но с Ильдаром Абдразаковым в титульной партии!). Всё так и было: снега, страх и «музыка, сводящая с ума» над тем, чему названья в мире нет… Снег на сцене идёт непрерывно около двух часов (мультимедиа). При этом народ в простых серых платьях, а «божьи люди» – те и вовсе в лохмотьях, с нагими ногами (да, не босые, а нагие почему-то под каким-то хроническим даже для России снегопадом… Отсыл к двум неурожайным годам периода правления царя Бориса? Так там вроде бы дожди шли, не снег…).
Опера Мусоргского «Борис Годунов» – настоящий русский бренд в мире, поиски истоков и тайн русской души, предтеча царства Романовых. История её постановок хорошо изучена, но неисчерпаема. Работу над «Годуновым» Модест Мусоргский начал в октябре 1868 г., используя текст трагедии Пушкина и «Историю государства Российского» Н.М. Карамзина. Главная тема – период правления Бориса Годунова (1598 – 1605 гг.). Дальше будет Смута. Либретто написано композитором: его привлекали отношения царя и народа:
«Я разумею народ как великую личность, одушевлённую единой идеей. Это моя задача. Я попытался решить её в опере».
Что ж, задачка во все времена не в один вариант решения. Многополярная, как сейчас говорят, подверженная актуализации. И подлежащая цензуре. Вокруг этой темы всегда было много «танцев» и вариаций.
Опера (композитор называл её «музыкально-сценической композицией») была завершена в конце 1869 г. (первая авторская редакция, или «неискажённая», поставленная в 2026 г. в Петербурге) и представлена в Дирекцию императорских театров. Театральный комитет не принял «композицию». После отказа Мусоргский внёс изменения: добавил «польский» акт с любовной линией Лжедмитрий – Марина Мнишек и эффектный финал – монументальную сцену народного восстания под Кромами. Однако и эта редакция 1872 г. была отвергнута (?). Оперу удалось поставить два года спустя. Премьера состоялась 27 января 1874 г. на сцене Мариинского. Несмотря на восторженный приём публики, критика встретила спектакль резко отрицательно (в 1882 г. снят с репертуара).
Ренессанс «Бориса Годунова» связывают с постановкой А. Санина (редакция партитуры Римского-Корсакова) 1908 г., когда царя в ней спел в Париже Фёдор Шаляпин. Это был настоящий фурор. Европа приняла Мусоргского, его «Бориса», впитала в себя навсегда гений Шаляпина. Да и время было уже иное – в мире бродил дух волнений и призрак неминуемых перемен… Актуализация?
Музыковеды расскажут вам о восьми (!) авторских редакциях оперы. Кроме них известны две редакции Римского-Корсакова (1896 и 1908), сводная редакция П.А. Ламма–Б.В. Асафьева (1928) и оркестровка Д. Шостаковича (1940). А ведь ещё есть и комбинации всех этих редакций! Неудивительно, что музыкально и сценически «Борис Годунов» неисчерпаем: всегда загадка, что вы увидите на сцене и какую музыку услышите – благодатное поле для постановщиков. В этом тоже один секретов популярности «Годунова» во всём мире. Сегодня опера в репертуаре ведущих театров мира и России – тайна «этих русских» по-прежнему не разгадана. В советские годы «Борис Годунов» в поздних редакциях ставился часто: тема власти и бунтов волновала советских аппаратчиков с трактовкой не в пользу царизма.
Новая постановка Мариинского театра в целом выдержана в предельно консервативном стиле – «режоперой» (официальный новояз) и театральными новациями спектакль не назовёшь. Спектакль вышел неожиданно короткий, без антракта: 2 часа 20 минут, плюс стандартная задержка от маэстро Гергиева (народ его любит, не «бунтует» и даже будто рад – больше времени «потусить» в буфетах или постоять в пробках на подступах к театру. А тут ещё снег идёт – можно и помедитировать на чёрный занавес…).
Режиссёр Орлин Анастасов (род. в 1976 г. в г. Русе (Болгария)), режиссёр-постановщик и оперный певец (бас, пел партию Бориса Годунова на сцене Мариинского в постановке А. Тарковского (реконструкция 1990 г.)). Художник по декорациям и костюмам – Денис Иванов (род. в 1990 г. в г. Стара-Загора (Болгария)). Дирижёр – наш Валерий Гергиев. Спектакль в четырёх картинах. Каждая картина очерчена значительной паузой (слышно, как передвигают массивные декорации) и чёрным занавесом в хлопьях снега (народ в зале сразу начинает дружно шмыгать носами и шуршать конфетками/блистерами).
Костюмы
По костюмам, признаюсь, вопросы. Сколько «парчи и золота» на боярах и духовенстве – дух захватывает, как на эстрадных шоу. При ближайшем рассмотрении понимаешь, нет не золото-парча (разве что в сцене коронации на Годунове), а некие чудесные современные (?) блестящие материалы, как на рождественских скатертях китайского производителя. Вот так воспринимаются платья на контрасте с тем, что выставлено в фойе театра – костюмы из постановок «Бориса Годунова» предыдущих лет, расшитые вручную жемчугом и золотой нитью – гармоничная классика. У нас же всё какое-то вычурное, длинное и визуально тяжёлое. После спектакля, однако, вычитала у авторов постановки детали: я ничего не поняла! Это «дорогие материалы», это поталь!.. Посыпаю голову пеплом… – буду теперь знать, как правильно называется то, что мне не понравилось. И пишут, технология «заливки» какая-то уникальная… Ну, даст бог, будет служить долго и не осыпется после премьерных химчисток. Ну, а шуба в финале у Годунова – зачётная!
Дальше – больше. У боярства и духовенства немыслимо безобразные одинаковые бороды (в основном рыжие (?)) в пояс и ниже – мысленно благодарила Петра Великого, что «пожертвовал ими» для нашего блага. Много крестов: в соборе, у духовенства, на рясе Пимена и, кажется, вообще у каждого персонажа на сцене. Даже жемчужный кокошник царевны Ксении заканчивается крестом!.. Народ же поголовно в сером, а то и вовсе нагой. Приставы царя отчего-то смахивают на янычаров: свирепые, в чёрном, с хлыстами (?) – очень было жалко наш народ… Сколько можно! Прямо «турецкое иго» какое-то.
Декорации монументальны. Правда, кремль и Новодевичий не белокаменные, как мы думали, а серокаменные. Собор величественен. И тёмен как-то (по-византийски?). Парит над сценой величественный иконостас… Эффектно. Кресты, кресты… Они повсюду. Только в первой картине удачно подсвеченный лик Спасителя на хорах даёт надежду: Бог всё видит. И ты прощаешь все эти сценические переборы.
Часть первая. 1598 г. Двор Новодевичьего монастыря
Умер царь Фёдор Иоанович (1557 – 1598), сын Ивана Грозного, последний представитель московской ветви Рюриковичей. За свою богомольность и набожность канонизирован РПЦ как «святой благоверный Феодор I Иоаннович, царь Московский». Наследника нет… Фактическим правителем при царе Фёдоре был Борис Годунов, зарекомендовавший себя сильным государственником. Борис не слишком знатного рода – завистников-соратников у него предостаточно. Интриги при дворе. Обычное дело. Пошёл слух: мол, по приказу Бориса был убит в Угличе царевич Димитрий, младший сын Ивана Грозного. Годунов обижен «неблагодарностью» и слухами, удалился в Новодевичий. Его сторонники сгоняют на площадь народ «просить Бориса на царство». Народ шугают те люди в чёрном с хлыстами (приставы-янычары?). По ходу, они и есть сторонники Бориса… Народ, расходясь: «Кто такой Борис?..», «Ну, раз надо – пойдём…». Народ безволен.
в сцене коронации
…Бориса Годунова все-таки «умолили» – духовенство, приближённые, ну, и народ. Венчают на царство. Пышная эффектная сцена: бояре с длинными бородами, духовенство с крестами, ну, и уже «ликующий народ» для полноты картины. Борис (Ильдар Абдразаков) особенно величественен, статен, органичен. Шапка Мономаха ему не тяжела – огонь в глазах. Он полон решимости править государством справедливо. А нам всем повезло – такой бас поёт теперь в России, завидуй, Европа.
Историческая справка. Земский собор избрал на трон Бориса Годунова (1552-1605). Он стал первым избранным царем всея Руси. Стараниями царя Бориса в январе 1589 г. вселенским патриархом был поставлен первый Московский патриарх – митрополит Московский и всея Руси Иов. Во внешней политике государь был едва ли не первым в попытке установить тесные связи между Россией и Европой. После Ивана Грозного иностранные послы были крайне удивлены тёплым приемом в Москве. Борис заявил: «Все нации равны передо мной». Царство Годунова пришлось на период небывалых природных катаклизмов. Из-за проливных дождей, непрекращающихся 10 недель подряд (1601 г.), в стране случился неурожай. В довершении из-за ранних заморозков погибли посевы. Потом ещё один похожий год. Голод. Голод страшный… Два длинных года. Люди ели лошадей, кошек и собак. Были случаи людоедства. Хаос. Грабёж на дорогах… Крестьянское восстание 1601–1603 гг. Многие начинали думать, что всё происходящее с ними – кара Божья, что царствование Бориса Годунова незаконно и греховно. Царь Борис, стремясь помочь голодающим, не жалел средств: открыл московские зерновые закрома, раздавал казну обнищавшим. И что же? На слух о «царской халяве» народ из глубинки бросил свои какие-никакие дворы и потянулся в Москву. То, что ещё было живо на полях этих бедолаг, тоже погибло. Хлеб дорожал, «копеечка» девальвировалась. Царских хлебных запасов не хватало…
Часть вторая. Келья в Чудовом монастыре, 1603 г.
Справка: Чудов монастырь, один из древнейших в Москве, основан в 1365 г. в восточной части Кремля. В народе его называли «у Чуда». Здесь трудились преподобный иконописец Максим Грек; монах и поэт Епифаний Славинецкий и др. В 1672 году здесь крестили Петра I. Во время Отечественной войны 1812 г. в монастыре находился штаб французов. Монастырь был разрушен в 1929–1932 гг. В 2020 г. на его месте был открыт Музей археологии Чудова монастыря.
…Старец Пимен пишет летопись: «Да ведают потомки православных / Земли родной минувшую судьбу». Сцена довольно органична, келья, правда, отчего-то на верхнем ярусе, как девичья светёлка. Идёт повествование о несчастной судьбе царевича Димитрия и намёк на роль Годунова в его гибели. Добротная партия Пимена в исполнении Юрия Воробьёва. Гришка здесь (Роман Широких) – тихий, невысокий, немного запуганный чернец. Но это ещё и жаждущий приключений юноша, сомневающийся в своём раннем постриге – ему «гулять» охота. Красивый полётный голос Романа Широких – из новой плеяды ярких теноров Мариинского театра.
Монах Григорий впечатлился историей старца (да и сны навязчивые довершили дело), вспыхнул сочувствием к судьбе царевича. Неужели будет месть? Гришка Отрепьев решает бежать от «несправедливости» за границу: «Пока не буду в Литве, не буду я спокоен».
Корчма у границы с Литвой. Разбитная шинкарка – просто роскошная игра (достойна драматического театра!) и звонкое чистое пение Анны Кикнадзе – указывает тайные тропы в Литву. Шинкарка (кстати, её костюм яркий – вырви глаз) вообще сочувствует путникам, к власти скептична.
Сцена в корчме (а главное, сама «корчма»!) представляется самой спорной в спектакле. При этом игра всех путников у границы филигранна плюс уверенный притягательный вокал (великан Варлаам – Мирослав Молчанов и невысокий на контрасте Мисаил – Андрей Зорин), роскошное щемящее звучание русских народных напевов!..
Что же не так? А сама корчма. Это буквально – русская печь с ухватами и дымком из трубы на фоне заснеженного (опять!) елового леса (мультимедиа). Печь не просто выехала на авансцену, она выехала на довольно высоком подиуме (опасная малометражка!). Вытолкали её со скрипом два молодца в сером – главный цвет в постановке для людей «из народа». Печь похожа на «избушку на курьих ножках»: к залу передом, к лесу задом. Или на печь из сказки про Емелю-дурачка?.. Что это за «новация»? Запрос на «эмоционально-тёплую эстетику»? Так сегодня называют неожиданно модную русскую архаику даже на канале «Культура». Но тренды на любую архаику не могут быть долговечны, не так ли?
…О чём же думает зритель в зале? А зритель в зале поневоле беспокоится, не свалятся ли ненароком обитатели «корчмы» в порыве нешуточных страстей с «подиума». Ух… не свалились. И Гришке удалось сбежать – свои же и помогли. Только его и видали! Его больше и не увидят зрители премьеры (увы, первая редакция диктует).
Часть третья. Терем в Московском кремле
Царевна Ксения (Марина Шахдинарова) в кокошнике с крестом (!) оплакивает умершего жениха… Царевич Феодор (Прохор Пуликов, браво!) – великолепно сыгранная роль и чистый прозрачный голос ребёнка. Царевич занят картой России. Он будто перечисляет достижения отца. И справедливо: в политике Годунова вообще преобладали здравый смысл и расчётливость: строились города на Волге – Самара, Царицын, Саратов. В Сибири был заложен Томск. Посадский люд получил определённые налоговые облегчения… Недооценённый царь России?
Историческая справка. Борис Годунов женился на дочери Малюты Скуратова. Брак был счастливым. Только вот детей у них долго не было – пишут, лет 10. Выписал тогда Годунов из Англии доктора. И родила ему супруга двоих детей – Ксению и наследника Феодора. Надо ли говорить, как дорожил отец этими вымоленными и выстраданными детьми? Борис Годунов обучал их с раннего детства в традициях западного домашнего воспитания. Феодор и Ксения были хорошо образованы для своего времени. Ничего плохого о Феодоре не смогли сказать даже «верноподданные историки дома Романовых». Карамзин называл его «первым плодом Европейского воспитания в России». Феодор Борисович Годунов имел все шансы стать хорошим царём.
…Борис Годунов (Ильдар Абдразаков) откровенно любуется сыном (и картой!). Но и тяжкие думы о будущем своём и царствия своего не покидают его. А тут Шуйский (Евгений Акимов) с вестями о самозванце из Литвы… Много деталей, скрытых посылов. И рассказ князя – зримая пытка для величественного и сильного, казалось бы, царя. Царю стало дурно. Что-то нечисто?.. Это только начало: «О, совесть лютая, как тяжко ты караешь!»
Часть четвертая. Площадь перед собором Василия Блаженного (1605 г.).
Гришку предают анафеме и поют вечную память царевичу Димитрию. Это в храме. А на площади народ оживлённо обсуждает слухи: царевич спасся и войско его уже под Москвой… И снова диссонанс на сцене и в жизни: пышное царское шествие, а нищий народ молит: «Хлеба! Хлеба!..». На пути царя ещё и юродивый в железном колпаке (Андрей Попов): «Нельзя молиться за царя Ирода…» И десятки (!) серых «замученных мальчиков» вокруг толпятся…
Царь подкошен. Худо ему – он во власти слухов, суеверий, подозрений. Его «утешает» Шуйский, ловкий царедворец, призывает Пимена. Тот повествует (как-то уж неубедительно (здесь не о вокале)) о чудесном исцелении слепого старца над могилой Димитрия. Да… Мистическое – наше ВСЁ. Помогает больному разуму царя это не особо. Борису уже не встать… Он призывает любимое чадо проститься, наказывая: «Соблюдай ты чистоту свою, Феодор. В ней мощь твоя и сила, и разума крепость».
Сцена прощания с сыном, напутствия – до слёз, до мурашек. Ильдару Абдразакову, гордости мировой оперной сцены с чистейшим узнаваемым тембром, с ясной и тонкой фразировкой – БРАВО!
Борис зовет духовенство, чтобы успеть принять монашеский сан перед смертью – обычай богатых московитов. «Я царь ещё. Простите!..». Здесь хочется визуальной тишины: то что произошло только что, надо пережить и зрителю. А появляется мультимедиа…
Вместо эпилога
По ходу оперы выходит, самая притягательная штука в России – Корона, то есть власть. А ещё интриги при дворе да «приставы-янычары» угнетают и парализуют народ к какому-то осмысленному действию. Неужели так и было задумано авторами?
Кстати, оркестр в этот вечер звучал отчего-то глуховато (сказалось пятое выступление за три дня?). Зато вокал солистов (пели все достойно) и хора («претензий» к хору нет: дикция к пятому спектаклю была должной, и титры казались лишними) мог демонстрировать свою силу и красоту, не боясь потеряться в пышной оркестровке или громком звуке оркестра.
А народ?.. А народу версия насильственного убиения младенца пришлась ко душе. Дальше будет Смута. Придут Романовы на трон. Будет 300 лет их царствования. Но это уже совсем другая история.
Прекрасный материал – глубина, стиль, язык, любовь и уважение к Пушкину, создателям оперы и читателям, которые вряд-ли попадут в Питер. Спасибо Вам Мила огромное за то, что Вы тут присутствуете!!! Вы задаете планку – это дорогого стОит, поверьте!
Спасибо на добром слове! Мы то, что любим…
Рада, что материал понравился.
Прекрасный текст. Ощущение соприкосновения с русской культурой, русским духом, тем лучшим, тем прекрасным, что есть в русском человеке и в русском искусстве.
Спасибо большое за Ваше внимание и отзыв. Тронута.