Китайские «Сто лет одиночества»

№ 2018 / 19, 25.05.2018, автор: Григорий ШУВАЛОВ

Одним из главных литературных событий года, безусловно, станет решение Нобелевского комитета об отказе от вручения в этом году Нобелевской премии по литературе.

Ситуация прискорбная, несмотря на то, что последние решения комитета были спорными: сначала премию дали Светлане Алексиевич, потом Бобу Дилану. С другой стороны, за годы своего существования премия выработала определенный авторитет, вручение премии вызывает интерес не только к творчеству лауреата, но и к литературе той страны, которую он представляет. Так произошло в 2012 году, когда лауреатом Нобелевской премии стал китайский писатель Мо Янь.

Китайскую литературу в России знают плохо, особенно современную. Кто-то может назвать китайских поэтов эпохи Тан – Ли Бо и Ду Фу, кто-то – выходившего в «Библиотеке всемирной литературы» «китайского Горького» – Лу Синя, помнят трактаты китайских философов – Конфуция и Лао Цзы, а также «Книгу перемен». После вручения Нобелевки Мо Яню о китайской литературе заговорили во всем мире.

Мо Янь

На сегодняшний день на русском языке вышли три романа Мо Яня: «Страна вина», «Большая грудь, широкий зад» и «Устал рождаться и умирать». И вот появился четвёртый и, пожалуй, самый главный: в издательстве «Текст» вышел роман «Красный гаолян: История одного рода». Роман не новый, на китайском он вышел ещё в 1987 году, однако на русский его перевели только спустя 6 лет после получения Мо Янем Нобелевской премии.

Нобелевский комитет так сформулировал причину вручения награды: «за галлюцинаторный реализм, смешанный со сказаниями, историей и современностью». Термин «галлюцинаторный реализм», или в другом переводе – «галлюциногенный», мало что даёт для понимания природы творчества Мо Яня. Стилистически роман Мо Яня близок магическому реализму, что естественно, поскольку один из любимых авторов Мо Яня – Габриэль Гарсиа Маркес, не случайно роман называют китайскими «Сто лет одиночества», хотя всё происходящее занимает порядка 50 лет. Нельзя не заметить и огромное сходство с социалистическим реализмом, в частности первая часть романа «Красный гаолян» очень похожа на роман Фадеева «Разгром». У Фадеева действие происходит на Дальнем Востоке во время Гражданской войны, у Мо Яня – в Китае времен японской оккупации Второй мировой, в обоих произведениях партизанский отряд гибнет из-за предательства. Также роман можно отнести и к «литературе поиска корней» – направлению китайской литературы, напоминающему нашу «деревенскую прозу». В романе Мо Яня действие проходит в дунбэйском Гаоми – сельскохозяйственном уезде на востоке Китая, соответственно, очень много места уделено уходящей деревенской жизни – изготовление вина, свадебный обряд, похороны, всё это показано с глубоким знанием дела. Отдельно можно отметить особый китайский натурализм, описания зверств японцев, например, экзекуцию китайского крестьянина или сцену изнасилования, невозможно читать без содрогания.

 

Центральный образ романа – гаоляновое поле. Гаолян – злаковое растение рода сорго, цветущее красными соцветиями и достигающее высоты 4 метра. Невольно гаолян становится свидетелем страшных бед, обрушившихся на китайскую деревню во время Второй мировой войны. На гаоляновом поле происходят военные столкновения, в нём скрываются партизаны и разбойники, на подстилке из листьев гаоляна предаются любовной страсти, ими же выстилают могилу, гаолян употребляют в пищу, из его зёрен делают вино. Всё происходящее так или иначе связано с гаоляном, он становится символом традиционного духа дунбэйского Гаоми. Описания гаолянового поля проникнуты живым поэтическим чувством. Не случайно, автор вновь оказавшийся в родных местах негодует, когда видит вместо красного гаоляна поле, засеянное зелёным гибридом: «Я ненавижу гибридный гаолян. У меня такое чувство, что он никак не может вызреть. Его серо-зелёные глаза так и остаются полузакрытыми».

Сложно устроен нелинейный сюжет романа, несмотря на наличие главного героя – дедушки рассказчика командира Юй Чжаньао, стремящийся к многолинейности. Данный эффект создаётся благодаря фокусировке рассказчика на персонажах романа – дедушке, бабушке, отце. Собственно, сам роман состоит из пяти частей, которые можно рассматривать как отдельные повести, объединённые общим сюжетом. Особняком стоит третья часть романа «Собачьи тропы», являющаяся по сути вставной новеллой. В ней рассказывается о противоборстве собачьих стай под руководством трёх вожаков – Красного, Зелёного и Чёрного. За реализмом повествования скрывается аллегорическое противоборство трёх политических партий военного Китая – прояпонской (Чёрный), Гоминьдана (Зелёный) и Коммунистической партии Китая (Красный), которая в итоге одерживает вверх. Вообще, читать китайские тексты без знания исторических и культурных реалий Китая дело неблагодарное, поскольку значительную часть информации человек западной культуры просто не считывает. Впрочем, даже первый план романа Мо Яня удовлетворяет ожиданиям самого требовательного читателя, что не отменяет необходимости комментированного издания, которое, надеюсь, со временем появится.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *