Когда не ценим бытиё

(Вопросы задавал Вячеслав Огрызко)

Рубрика в газете: Интервью, № 2026 / 9, 06.03.2026, автор: Ирина ПИЧУГИНА (г. Шебекино, Белгородская обл.)

– Ирина Николаевна, о вас вся страна заговорила пару лет назад после выхода «Шебекинского дневника». Давайте с этой книги и начнём нашу беседу. Когда Вы оказались в Шебекино? И когда к Вам пришла мысль взяться за дневник?

– Спасибо за вопрос, уважаемый Вячеслав Вячеславович. Если вам в руки попадёт новая книга «Моё разноцветное детство», вы не будете удивляться отчаянным переездам из города в город всей нашей большой семьи. Так вышло, что мы легки на подъём и очертя голову кидаемся в приключения… Мой дед, пограничник, со своей семьёй изъездил весь СССР с востока на запад и обратно, жил и работал во всех концах страны. Не отставали и мои папа с мамой, да и родных подбивали на совместные переезды. Можно ли удивляться нашему с мужем решению в конце концов оставить Москву сначала ради Курска, затем и Белогорья? Шебекино, город химиков, очень удобен, красив и уютен. На довоенные сорок две тысячи жителей в нём несть числа школам, дворцам искусств. Здесь построены: крытый современный бассейн, ледовый дворец, спортивные комплексы, музеи, рестораны… Да ещё и расположен он среди лесов по берегу речки Нежеголи, но в получасе езды от стольного града Белгорода!

Мы влюбились в эти места. По-моему, это сквозит в бесконечных лирических отступлениях о красоте и достопримечательностях нашего края, составляющих антитезу суровым и жутковатым будням.

Кто к нам вошёл в счастливый дом?

А двери кто спалил дотла?

Кто учинил такой разгром?

– Встречайте, это я – Война!

Кто гонит нас из наших мест?

Кто горечью поит до дна?

Кто ставит на могилах крест?

– Конечно, это я – Война!

Война не хочет разбирать, кто перед ней: дитя или взрослый. Мрачный жнец взмахивает косой, оставляя слёзы и пожары. Моя же задача показать гордость и самообладание приграничных независимо от ранга их и статуса. Я говорю о тех, кто не пал духом, кто живёт, работает, восстанавливает и преданно любит свою землю. Когда около шестидесяти тысяч человек – весь город и окрестности – вдруг снялся с насиженного места и, выбирая жизнь, уехал от «огневого вала» ВСУ, тогда в соцсети ВКонтакте я ринулась описывать происходящее, чтобы Россия узнала о нас, о нашем шоке, нашем горе, чтобы помогла и протянула руку.

И сработало! Мы оказались «на слуху», город не достался врагу, он восстановлен и живёт. Не так, как раньше, но всё равно красив!

А из горьких или пламенных постов сложилась книга «Шебекинский дневник».

Как говорят, лиха беда начало. В издательстве «Яуза» вышел уже второй том под девизом «Я вам расскажу о Шебекино смелом». Она о 2024-25 годах, о Белогорье и Курской трагедии. Во втором томе я, кроме того и по мере скромных сил, старалась связать происходящее у нас с хронологией событий в мире. Старалась приподняться над частным, чтобы угадать общее…

А хроника 2026 года пишется мною в сети и сейчас. Выйдет ли книгой? Там видно будет. Но события накатывают, как волны на берег в шторм… Теперь, на фоне ужасных событий на Ближнем Востоке, у нас смутно звучат предупреждения о новом собранном у границ Белгородчины «кулаке» ВСУ, состоящем из тысяч наёмников из Южной Америки и Азии…

Что принесёт весна?

– Одно время Вы занимались мемуарами своего деда о войне. Нельзя ли поподробней рассказать об этом? И насколько в работе над «Шебекинским дневником» вам помог опыт, приобретённый в подготовке мемуаров деда к печати?

– Мой дед по отцу, уралец, артиллерист Первой мировой войны, Михаил Павлович Пичугин, в свои пятьдесят лет был мобилизован на фронт Великой Отечественной. Комиссаром прифронтового госпиталя он прошёл Ржевский котёл и был свидетелем изумительного геройства Уральского и Сибирских полков, он видел победы и промахи, оценивал и размышлял. Плен, концлагерь, побег и участие в партизанском движении на Могилёвщине – вот его боевой путь. Всё это записано им в самодельных тетрадях, на пожелтевших от времени листах папиросной бумаги. Современному человеку невозможно понять, осознать степень скудности жизни тех послевоенных лет. Школьником, мой отец, выполнял домашнюю работу между строчек газеты, потому, что тетрадей элементарно не было. Расшифровать, связать воедино, отредактировать и постараться вывести в свет дедовы записки – так я понимала свой долг перед ним, перед памятью тех, кто пал подо Ржевом, кто воевал в белорусских лесах.

Спасибо издательству «Вече», книга «Комиссар и комбриг» увидела свет в прошлом году.

Дед вспоминал о страшном пережитом, мысли о былом не оставляли его, он выплеснул их на бумагу в назидание потомкам. Я же выкладывала ежедневные «были» прифронтового приграничья, чая привлечь и заинтересовать жителей мирной части России, повернуть их лицом к неумолимой действительности, явно существующей независимо от их сознания или желания, увы. Донести эхо событий, отталкивающих жутью и ранящих душу, а поэтому инстинктивно отвергаемых частью населения – вот чего я добивалась. Изначально получала и «баны», и суровые отповеди… Мне писали всякое. «К чему говорить об этом? Зачем раскачивать лодку?»

Но постепенно правда жизни просочилась в сердца и умы. Она ведь как вода –путь найдёт всегда.

– Вы еще написали повесть о любви пограничника к дальневосточной казачке. Эта история тоже связана с вашей семьей?

– О, да. Это нежная история любви, развёрнутая на фоне политических потрясений первой половины ХХ века. Это действительная жизнь, да, так всё и случилось с моими бабушкой и дедушкой по матери. Конечно, как и в любом художественном тексте – фантазия и обобщения, романтизм и обаяние красоты мира смягчают повествование, но жёсткая историческая основа приземляет, не даёт свернуть в сторону от исторической правды.

События книги «У смерти на краю. Тонечка и Гриша», изданной в 2025 году в издательстве «Вече», разворачиваются на Дальнем Востоке, но охватывают почти всю страну – так, как проходила служба моего героического деда Григория Степановича Марусенкова, одним из первых принявшего удар фашиста ранним утром 22 июня 1941 года в Бессарабии.

Читатели часто спрашивают у меня, вижу ли я эту книгу экранизированной? Когда я её писала, то со мною происходило то же самое, что и с героем «Театрального романа» М. Булгакова – мне казалось, что действия разворачиваются вот тут, прямо передо мной, оставалось только детально записывать, что вижу. Вероятно, этот эффект булгаковской «коробочки» и привёл к сходным ощущениям читателей. Мне радостно и лестно, что по этой книге студенческий театр БГТУ им. В.Г. Шухова создал потрясающую душу литературную композицию, которую неоднократно представлял на своей сцене.

Между тем, мне кажутся небезынтересными для современного человека показанные в книге картины жизни погранзастав на Сахалине, предвоенные и военные годы в Приморье, условия существования пленных японских офицеров в лагере СовГавани, выбранный ими «путь чести»…

Книга эта – коллизия любви и жестокости судьбы. Не случайно движителями событий, режиссёрами их являются мистические Любовь и Рок.

– Вернёмся к дневнику. Я слышал, что с первым вариантом вы постучались в издательство «Вече». Это так?

– В 2024 году по совету уважаемой Ольги Усковой я обратилась в издательство «Питер», предлагая рукопись «Шебекинского дневника». Там с должным вниманием отнеслись к ней, но отвергли, указав мне, что мой рубленный «телеграфный стиль» неуместен в серьёзной книге, что текст написан детским языком и подлежит тотальной редакторской переделке. Я была готова к подобным замечаниям и привела пример стиля В.М. Дорошевича, классического публициста, яркого и любимого читателем своего времени. Я сравнила в плане образности и доходчивости его летящую «рубленную строку» с сочными, но несколько медлительными и «тяжеловесными» периодами В.А. Гиляровского, указав, что, по моему разумению, стиль последнего незаменим для описаний мирного времени, но грохот, взрывы и необходимость мгновенной реакции войны зовёт на помощь усечённые и нервные обороты языка первого…

Безуспешно. Мне отказали. После этого я повела переговоры с издательством «Яуза». Оно к тому времени уже определило свой путь помощи и содействия авторам СВО. Мы заключили договор. Не сказать словами, как я счастлива, что судьба свела меня с этими замечательными людьми: Павлом Михайловичем Быстровым и его творческим коллективом, с боевыми авторами СВО! Спасибо!

Также хочу выразить огромную благодарность издательству «Вече», которое на фоне публикации классики безмерно помогает продвижению книг новых патриотически настроенных авторов, например – Натальи Корнильевой, книгу которой «Дни окаянные века сего…» «Вече» издало в 2025 году. Рада, что подсказала издательству этого уникального автора. Корнильева образно, великолепным живым языком повествует о причинах и протекании «майдана» в бывшей советской республике. Картины, которые она разворачивает перед нами, забыть невозможно…

Очень советую прочитать, многое сразу прояснится, а сомнения уйдут.

А о своих книгах я уже упомянула выше.

– Теперь расскажите хотя бы вкратце о том, чем занимались до Шебекино. Вы ведь по образованию, кажется, переводчик. А удалось ли вам поработать как переводчику?

– Я по образованию педагог. Окончила отделение английского и французского языков Московского государственного педагогического института иностранных языков имени Мориса Тореза (ныне лингвистический университет). Преподавала в Московском технологическом институте лёгкой промышленности (ныне Российский государственный университет имени А.Н. Косыгина), работала переводчиком при Институте Химфизики АН СССР, переводила работы по высокотемпературным проводникам. Пробовалась на должность военного переводчика, так как это моя вторая специальность, но тут грянула «перестройка» и военные институты принялись усиленно и безжалостно сокращать. Мы с мужем оказались на обочине жизни и тотально перепрофилировались. Сейчас живу в Белгородской области, в городе Шебекино, являюсь одним из руководителей предприятия по производству алкидных лаков и строительных красок.

– Что из уже написанного об СВО легло Вам на сердце?

– В своё время «Литературная Россия» публиковала мой восторженный отзыв о книге врача анестезиолога К.Ю. Леушина «по обе стороны войны». Она посвящена его работе на СВО, в частности – у нас в области и на Донбассе. С автором я знакома лично, высоко ценю его и уважаю. В процессе работы с издательством «Яуза» мне посчастливилось узнать многих талантливых писателей СВО: Е. Блынскую, А. Лисьева, Е. Журавли, Д. Леонова (псевдоним Дин Ветербле), Д. Туленкова, Д. Артиса и других. Их искренний тон, желание донести до читателя атмосферу горячки боя, горечь потери друзей, жестокость схватки, неотвратимость судьбы, рождение твёрдого мировоззрения в необстрелянном бойце и глубочайшее удивление – как люди не могут просто жить в мире, трудиться и растить детей, почему всегда находятся те, кто наживается на смертях совсем им незнакомых и дальних! Мысли, до боли знакомые русскому человеку, спокойному и мирному, но поставленному безжалостной судьбой вечно отражать нападки и оберегать свой образ жизни.

– Сами вы сейчас над чем работаете?

– Продолжаются военные действия – продолжается и их хроника. Как мечтаю я отойти от описаний ранений, смертей, налётов и разрушений у нас, а теперь уже и в мире… Разум придавливает тебя фактами, а сердце мечется в надеждах… В каждом из нас уживается и взрослый, и ребёнок с их осознанием реальности, но и мечтой.

Коль очи видят мирозданье,

А не опущены к земле,

Тогда снисходит осознанье,

Что в миге дар тебе и мне!

Что жизнь – прекрасное мгновенье!

Мы смертью платим за неё.

И совершаем преступленье,

Когда не ценим бытиё.

Как противоядие от горестей действительности, ныряю в солнечное и смешливое воспоминание былого. Уже готова первая часть книги «Моё разноцветное детство». Счастье, голубое небо, полёты души и святая вера в то, что всё непременно уладится, будет хорошо – как этого не хватает в унылой литературе настоящего дня! Это не наивность с моей стороны – это насущный духовный хлеб, без него синее вино печали и отчаяния мутит голову, туманит очи и, как теперь выяснили физиологи, приводит к органическим поражениям тела – ни более ни менее, как к болезням. Получается, умение радоваться сродни физической крепости тела! Не случайно древние греки приветствовали друг друга и прощались, восклицая: «Хайре!» – «Радуйся!» Вот и я, по мере сил, но с энтузиазмом пытаюсь рассеять мглистое облако воспевания безнадёжности бытия, ранее носившее лукавое имя «экзистенциализм», прилетевшее к нам с холодных мысов туманного Альбиона, а ныне по-хозяйски рассевшееся над моей землёй. «Чёрный ворон, я не твой!»

Вопросы задавал Вячеслав ОГРЫЗКО