КРАСОТА — ПОВСЮДУ КРАСОТА…

Рубрика в газете: Культура, № 2000 / 29, 21.07.2000, автор: Станислав ЗОЛОТЦЕВ (г. Псков)

…Даже там, где, казалось бы, ей вовсе нет и не может быть места. Весна в моём родном Пскове — сезон множества выставок и вернисажей: живопись, скульптура, керамика, декоративное искусство… Но, признаюсь, ни одна из множества выставок минувшей весны (проходивших и в картинных галереях, и в музеях, и даже в холлах банков) не поразила моё воображение так, как та, что прошла в небольшом полуподвальном зальчике, принадлежащем областному отделению Фонда культуры. Царило на этой выставке дерево: изящнейшие столешницы, шахматные столики с диковинными фигурами, изузоренные дивной резьбой буфеты-“горки”, кресла, шкатулки, полыхающие всеми цветами радуги, — словом, апофеоз искусства краснодеревщиков. Но радовали глаз новизной решений и колоритом в той экспозиции и произведения гончаров, и творения мастеров художественной ковки: подсвечники-“шанда-лы”, каминные щипцы и решётки; удивляли мастерством полотна вышивальщиц… Не могу назвать шедеврами пейзажи, изображавшие старинное псковское зодчество, но чувствовалось, что их авторы — отнюдь не дилетанты в своём искусстве. По правде, такие “смешанные” выставки, их высокий уровень — не редкость в Пскове. Поражало, однако, другое, а именно:

В с е    у ч а с т н и к и    т о й    в ы с т а в к и — о с у ж д ё н н ы е, люди, находящиеся в различных местах лишения свободы в Пскове и области…

“У меня такое ощущение, что в “зоне” находятся едва ли не самые одарённые и мастеровитые россияне!” Конечно, в этих словах Ю.А. Крупинина, руководителя областного отделения Фонда культуры, есть доля печально-шутливой гиперболизации, но — лишь доля. Юрий Александрович (как и автор этих заметок) — член попечительского совета при Псковском СИЗО-1 (если не ошибаюсь, это всего лишь третий такой орган во всей системе исполнения наказаний в России), потому и объективного знания в его откровении тоже немало… За те несколько лет, что я знаком и сотрудничаю как литератор с подвижниками (иначе их не назовёшь), руководящими службой этого следственного изолятора, и достаточно регулярно прихожу в старинный “тюремный замок”, — сколь-либо крупных “мафиози”, крутых дельцов или главарей банд там не наблюдалось. А вот простого люда, трудовых мужчин и женщин, попадающих туда либо за мелкие расхождения с законом, либо просто по недоразумению, ребят из неблагополучных семей, с голодухи укравших что-нибудь, там сколько угодно… Очень много здесь и действительно талантливых или просто одарённых в различных производственно-творческих профессиях, промыслах и искусствах. Равно как и в других местах заключения на нашей древнерусской земле. Недаром тот же руководитель областного отделения Фонда культуры Крупинин издал уже несколько книг стихов и прозы, написанных зэками…

Не случаен и тот факт, что при Псковском СИЗО образовался попечительский совет, в который вошли и юристы, и предприниматели, и служители Церкви, и представители культуры. Как и то, что этому изолятору в последние годы были посвящены десятки очерков и прочих публикаций в нашей и зарубежной прессе — полные удивления и восторга. Это — действительно исключение в нашей системе “исполнения наказаний”, всё ещё несущей на себе “родимые пятна” ГУЛАГа. Надо было очень постараться его офицерам и их “команде”: так реконструировать и модернизировать “тюремный замок”, создать такие условия для заключённых — чтобы последние (особенно самые юные) откровенно заявляли: здесь живётся много лучше, чем на воле… В том же направлении немало делается и в других строгих учреждениях Псковского УИНа. Чтобы “тюрьма не пахла тюрьмой”!

Вот почему и стали возможны такие художественные выставки, как та, описанием коей я начал свои заметки. СИЗО для всех областных мест лишения свободы два уже года выпускает (на оборудовании, подаренном международной организацией “За тюремную реформу”, PRI) газету для заключённых — “3она”. (Начинали — благословил Солженицын.) Её — особенно правовую информацию — читают зэки и сами пишут для неё: опять-таки и стихи, и прозу. Половина жителей Пскова ест пельмени — вкуснейшие! — произведённые в пельменном цехе изолятора… Два раза в неделю приходит в “тюремный замок” легендарная псковичка, лучший мастер по художественной вышивке в области Зинаида Павловна Варюшина, садится в “клубном” зале изолятора, окружённая осуждёнными женщинами, — и ведёт с ними уроки “живописи иглой”. Люди, которых от веку на Руси зовут “несчастными”, учатся творить Красоту… А из всех прав человека это — главное!