Полёт над гнездом

№ 2012 / 1, 13.01.2012, автор: Евгений МИНИН (г. ИЕРУСАЛИМ, Израиль)

А боль­ной взял и умер.

Та­ть­я­на Ус­ти­но­ва. «Ан­гел про­ле­тел»

 

Глав­врач Ти­хо­ми­ров чи­тал га­зе­ту, хо­тя ду­мал о чём-то сво­ём. Опе­ра­ция про­шла ус­пеш­но. Ста­ри­чок, лё­жа под нар­ко­зом, ци­ти­ро­вал Льва Тол­сто­го и рас­ска­зы­вал о сво­их не­на­пи­сан­ных кни­гах.

Воз­вра­ща­ясь к се­бе, Ти­хо­ми­ров за­гля­нул в па­ла­ту – мед­се­с­т­ры на ме­с­те не бы­ло, а боль­ной уже не ды­шал ка­кое-то вре­мя. То есть не ды­шал сов­сем. Ти­па взял и умер.

Кровь уда­ри­ла в го­ло­ву глав­вра­чу. Он са­да­нул две­рью, по­слал к та­кой-то ма­те­ри са­ни­тар­ку, ко­то­рой не по­вез­ло по­пасть­ся ему по до­ро­ге, за­сел в ор­ди­на­тор­ской и за­ку­рил, че­го ни­ког­да се­бе не поз­во­лял. На сто­ле ле­жал пла­то­чек, и Ти­хо­ми­ро­ва за­му­ти­ло от за­па­ха мя­ты и хлор­ки.

– Чей пла­то­чек! – за­орал он, буд­то толь­ко и ждал этой воз­мож­но­с­ти по­орать. – От­ку­да пла­то­чек, чёрт бы вас взял!.. «Пла­то­чек», мать ва­шу!.. Си­нень­кий, скром­ный! Уз­нал бы чей, убил бы!.. Раз­бро­са­ли, как… Ара­ми­сы пе­ред д’Ар­та­нь­я­на­ми. Это что?! Боль­ни­ца или бор­дель?!

«Бор­дель», – спо­кой­но ска­за­ла во­шед­шая мед­се­с­т­ра Та­неч­ка и, сняв ха­лат, на­ча­ла сни­мать коф­точ­ку.

– Вы мне от­ве­ти­те за са­мо­управ­ст­во, – вски­пел Ти­хо­ми­ров, уви­дев кра­си­вую грудь Та­неч­ки.

– А, ста­ри­чок этот, Ива­нов – так ему вре­мя при­шло… ему уже за во­семь­де­сят бы­ло.

– Так он же был пи­са­тель, а они – бес­смерт­ны! – и тут Ти­хо­ми­ро­ва осе­ни­ло – ос­та­вив по­лу­раз­де­тую Та­неч­ку, врач схва­тил га­зе­ту – он где-то се­го­дня ви­дел эту ред­кую фа­ми­лию. Ага, вот – шорт-лист Нац­бе­с­та – Ива­нов, Пе­т­ров и Си­до­ро­ва. Яс­но, всё яс­но – ус­т­ра­ни­ли кон­ку­рен­та. Ми­ли­цию вы­зы­вать? ОМОН, Ин­тер­пол или сра­зу же Шой­гу? Нерв­ни­чая, уда­рил по му­сор­но­му ве­д­ру. Что-то там, вну­т­ри му­сор­но­го ве­д­ра, по­ка­за­лось Ти­хо­ми­ро­ву по­до­зри­тель­ным, и он сно­ва на­щу­пал но­гой пе­даль­ку. Крыш­ка по­слуш­но под­ня­лась, как буд­то пасть рас­пах­ну­лась. Там ле­жа­ли ру­ко­пи­си. Бо­же мой, за­ме­та­ют сле­ды. В их ча­ст­ной кли­ни­ке под та­ким чу­дес­ным на­зва­ни­ем «До­ро­га в рай» ста­ли тво­рить­ся страш­ные ве­щи. По­до­шла са­ни­тар­ка ста­рой за­кал­ки: «Док­тор, на вас ли­ца нет! Что с ва­ми?» Са­ни­та­рок в кли­ни­ке за­ка­ля­ли так, что­бы они не­на­ви­де­ли всех боль­ных, вра­чей, мед­се­с­тёр и свою ра­бо­ту. Для то­го что­бы за­кре­пить это цен­ное для са­ни­та­рок со­сто­я­ние, им ма­ло пла­ти­ли, а ра­бо­ту по­ру­ча­ли тя­жё­лую и не­бла­го­дар­ную. С тех са­мых пор так и по­ве­лось – раз са­ни­тар­ка, зна­чит, «ста­рой за­кал­ки». «Мо­жет, вас за­ме­нит док­тор Пе­т­ров?»

Ти­хо­ми­ро­ва вто­рой раз в день осе­ни­ло: «Вот кто убий­ца – Пе­т­ров!! Он хва­с­тал­ся, что у не­го ро­ман. Ус­т­ра­нил кон­ку­рен­та, гад пол­зу­чий. А ру­ко­пись спря­тал в му­сор­ном ве­д­ре».

«Пе­т­ро­ва ко мне!! – за­орал Ти­хо­ми­ров. – Не­мед­лен­но!»

Вспом­ни­лось, как ста­ри­чок-пи­са­тель по­ти­рал су­хие стар­че­с­кие ру­ки и спра­ши­вал пе­ред опе­ра­ци­ей: «А не сы­г­рать ли нам в шах­ма­тиш­ки по­сле нар­ко­за??» Не вы­шло!

Вбе­жал ис­пу­ган­ный Пе­т­ров: «Что слу­чи­лось?»

«За что де­да убил, гад, под­си­жи­ва­ешь ав­то­ра?! Где твой ро­ман? На Нац­бест по­тя­ну­ло!» – орал вне се­бя Ти­хо­ми­ров.

«Да ка­кой ин­цест, – за­кри­чал пе­ре­пу­ган­ный Пе­т­ров, – я толь­ко с Та­неч­кой!.. А ро­ман за­кон­чил­ся, за­в­т­ра за­яв­ле­ние по­да­ём, же­ним­ся мы с Та­неч­кой!! Вот. Те­перь она бу­дет не Си­до­ро­ва, а Пе­т­ро­ва».

Ти­хо­ми­ро­ва в тре­тий раз за один день осе­ни­ло. Для не­го это уже бы­ло слиш­ком.

«Си­до­ро­ву ко мне!» – за­орал он Пе­т­ро­ву.

«Си­до­ро­ва, змея под­ко­лод­ная, – кри­чал на пе­ре­пу­ган­ную мед­се­с­т­ру, – это ты, под­поль­ная Ага­та Кри­с­ти, уг­ро­би­ла кон­ку­рен­та – из­ве­ст­но­го пи­са­те­ля Ива­но­ва?! Это твои ру­ко­пи­си в му­сор­ном ве­д­ре?!»

– Ка­кие ру­ко­пи­си – это мои кон­спек­ты! Я вче­ра ме­дин­сти­тут за­кон­чи­ла – все кон­спек­ты вы­бро­си­ла, ку­да мне их та­щить, до­мой, что ли?

У Ти­хо­ми­ро­ва сра­зу всё ра­зом от­лег­ло. Зна­чит – опе­ра­ция про­шла удач­но и боль­ной умер по соб­ст­вен­но­му же­ла­нию. – Он умер про­сто по­то­му, что умер.

– Там… при­шли. К это­му… к по­кой­но­му – мед­се­с­т­ра при­хо­ди­ла в се­бя от во­плей глав­вра­ча. – Вы… вый­де­те или ска­зать, что­бы обо­жда­ли?..

– А что ждать – по­кой­ник всё рав­но ни к ко­му не вый­дет, – вздох­нул Ти­хо­ми­ров. – Пой­ду сам.

 

В чёр­ном «За­по­рож­це» си­де­ла за­пла­кан­ная внуч­ка умер­ше­го – топ-мо­дель Кла­ра Хри­зан­те­мо­ва. «Возь­ми­те ту ко­шеч­ку, – кив­ну­ла она Ти­хо­ми­ро­ву, – по­мо­же­те мне её по­ст­ричь. Страх как люб­лю стричь ко­шек».

 

Про­снул­ся врач толь­ко ут­ром. Ря­дом ле­жа­ла Кла­ра.

Он ле­жал и ду­мал: «Не­уже­ли мне так по­вез­ло? И не­уже­ли на са­мом де­ле так про­сто?»

Она ле­жа­ла и ду­ма­ла: «Как мне по­вез­ло. Гос­по­ди, спа­си­бо те­бе, ка­жет­ся, вправ­ду по­вез­ло!»

Кош­ка ле­жа­ла и ду­ма­ла: «Вот по­вез­ло-то. А ещё и кол­ба­с­ки, мо­жет, да­дут!»

В ча­сах ку­ко­ва­ла ку­куш­ка и ду­ма­ла: «А мне-то как по­вез­ло! По гнёз­дам ле­тать не на­до».