Вспомнить всё до золотой крупицы

Рубрика в газете: Страна поэтов, № 2026 / 34, 28.08.2026, автор: Александр БАЛТИН

 

 

Поэт и сам не знает, откуда… его речь, как вспыхивает, зажигается в нём, почему гудит такой словесный расплав. Не знает, постепенно шире и шире используя возможный словесный инструментарий, и Геннадий Красников, создавая метафизический портрет поэзии, показывает, сколь велика и важна её напряженно-пульсирующая область, потерявшая, увы, значение в последние десятилетия:

 

Почему стихи? – вопрос возник,

потому, что люди позабыли,

что поэзия – наш праязык,

на котором все мы говорили

в незапамятные времена…

Оттого изводим мы страницы,

чтобы, память вытряхнув до дна,

как язык свой помнят только птицы,

вспомнить всё до золотой крупицы.

Вот зачем поэзия нужна.

 

Стих поэта упруго пульсирует мыслью, и золотая ассоциативная вязь отдаёт вариантом озарения…

Праязык… Изначальная природа поэзии.

«Диалектика» – в поэтическом объёме – рассматривает иные тайны поэзии, в том числе – волхвование рифмы, в которой самой уже заложено много мистики: почему пресловуто-затасканная любовь-кровь сходятся? Нельзя ли без крови? Одним счастьем обойтись?

Нельзя – утверждает «Диалектика» Красникова:

 

Река времён вбирает

все судьбы вперемешку,

и солнце в ней играет

с волной в «орла и решку».

Судьба тасует роли,

испытывает болью,

любовь – рифмует с кровью,

рифмует кровь – с любовью.

 

Туго, как виноградная гроздь, исполненные стихи поэта, вбирают множественность превосходных деталей мира, всегда показанных под углом (или лучом) поэтической самости, но всегда густота предметности пронизывается свечением вечности:

 

Вот и осень, значит, время начинать

с первым холодом прощального луча

то ли «Скучную историю» читать,

то ли, может, «Смерть Ивана Ильича»…

 

Под окошком жухнет ржавая трава,

винным уксусом пропах промокший лист,

в полудрёме тяжелеет голова,

вдалеке сигналит вечный машинист…

 

Вечность, встающая дымчато со страниц классических перлов русской прозы, соответствует в данном случае лучевидности осени. Грустной, конечно, элегичной.

В равной мере виртуозно владея рифмованным стихом и верлибром, Красников в последнем даёт вспышки онтологических озарений – парадоксальные, заставляющие задуматься:

 

После приобретения

болезней суставов

сосудов –

вытащить из картонной коробки

старые юношеские верлибры

весьма несерьёзные

и открыть неожиданно для себя

что в начале

мы знаем больше

чем в конце…

 

В начале… будто соединённые с космосом: идя дорогою взросления, старения теряем словно соединённость эту, набирая всё больше страха смерти, и не-знания её условий… 

Минимум слов дают максимальную картину выразительности:

 

Время летит

словно снег

на огонь…

 

Всё сгорает.

Огнь тяжёл.

 

Стихи, обладая необыкновенной витальной силой, способны осилить упорство всё сжигающего-стирающего времени, и Геннадий Красников, созидая свой поэтический сад, верно свидетельствует об этом.