ПАССИОНАРНОСТЬ ИЛИ САМОУСТРАНЕНИЕ

№ 2015 / 26, 16.07.2015

Как спасают литературные журналы России

 

На прошлой неделе в библиотеке иностранной литературы имени М.Рудомино состоялась научно-творческая конференция «Журнальная Россия», посвящённая феномену литературного журнала в отечественной культуре.

Нынешним летом под знаменем Года литературы это уже второе крупное (всероссийского, так сказать, замаха) мероприятие, связанное с пропагандой и спасением «толстяков», переживающих, как известно, нелёгкие времена: тиражи упали до минимума, подписчиков всё меньше, точек продажи почти нет, катастрофически не хватает денег (например, в апреле один из старейших российских толстячков «Звезда» объявил сбор народных средств на известном краудфандинговом портале planeta.ru – иначе, мол, придётся закрыть журнал уже в этом «сверхлитературном» году; ещё недавно были слухи, видимо, всё-таки преждевременные, о смерти журнала «Молодая гвардия»).

11

Напомним (а кому-то сообщим), что в начале июня при поддержке минкульта Свердловской области в Екатеринбурге проходил довольно масштабный по замыслу и финансированию фестиваль «Толстяки на Урале», где помимо собственно уральцев собрались представители не только, как это часто у нас бывает, более-менее либеральных изданий из коллекции «Журнального зала» («Знамя», «Октябрь», «Дружба народов»), но и, к примеру, зам. гл. ред. «Нашего современника». Помимо традиционных встреч писателей с читателями и прочих развлекательно-просветительских мероприятий, в рамках фестиваля состоялся круглый стол (с забавным и одновременно драматичным названием «Толстые журналы в тощие годы»), посвящённый «перспективам развития толстых журналов и их роли в современном литературном процессе». Однако, судя по всему, к общему знаменателю капитанам журнальных кораблей придти так и не удалось. Вот как описала противоречия в профессиональной среде главных редакторов литжурналов корреспондент РГ Ксения Дубичева:

«Дело, прежде всего, в принципиально разных финансовых моделях деятельности журналов столичных и провинциальных. Последние существуют исключительно на бюджетной основе, за счёт регионального финансирования, объём которого зависит от человеческого фактора, от пристрастий региональных властей. Так, например, содержание журнала «Урал» обходится бюджету Свердловской области в восемь миллионов рублей ежегодно. Кроме того, двумя траншами в этом году и следующем журнал получит дополнительные 4,5 миллиона на повышение гонораров, обеспечение журналами библиотек и т. д. Основу же финансирования журналов столичных составляют гранты, предоставляющие, если можно так выразиться, большую свободу маневра. Поэтому предложение добиваться твёрдых государственных гарантий для изданий у столичных «толстяков» понимания не нашло…»

(https://godliteratury.ru/events/tolstye-zhurnaly-v-toshhie-gody)

Возвращаясь к недавнему московскому собранию пассионариев литжурнального сообщества, отметим, кстати, что на этой конференции, инициаторами которой стали представители журнала «Знамя» Сергей Чупринин и Наталья Иванова, не было слышно и видно ни «Нашего современника», ни «Москвы», ни «Молодой гвардии» (не звали или сами не пошли?). Признаться, поднадоело уже упоминать словечки-штампы «либералы», «патриоты», но, к сожалению, это рассеяние и болезненное расслоение российской культуры продолжается… Однако самое, может быть, прискорбное, что и в этой относительно однородной среде, похоже, договориться о том, как же всё-таки конкретно и совместно действовать ради спасения журналов, не удалось. Речь идёт прежде всего о завершавшем конференцию круглом столе: «Толстые» литературные журналы: настоящее без будущего?». Чего же не хватает ведущим литераторам для выработки общего плана и стратегии?

Предлагаем вниманию читателей два живых отклика от непосредственных участников по следам прошедшей конференции (цитируем из фэйсбука).

 

Игорь ДУАРДОВИЧ,

зав. редакцией журнала «Вопросы литературы»

12«В итоге она (конференция «Журнальная Россия». – прим. ред.) оказалась полезной лишь тем, что мы в очередной раз зареклись не отступать и держаться до последнего. Такой вот общий итог. Сказано было много интересного, но суммировать это в некую новую стратегию не удалось.

Алёхин видит будущее как «цех» и утверждает, что «толстый» журнал способен выжить только в таком качестве, что, на мой взгляд, доказывается на примере «Ариона» как наиболее эстетически обоснованного и стилистически целостного издания, а потому и современного.

Конкретные и радикальные решения пытались предложить Бак и Архангельский. «Толстая» журнальная критика, по Баку, давно умерла, особенно на Западе, остались только одни ревьюеры (посмотреть «Нью-Йоркер», так там ни одной критичной рецензии). Бак предложил попробовать перевести «толстый» журнал в иное правовое поле, то есть перерегистрировать в «музей», что должно, по его соображению, моментально обеспечить денежные притоки. Архангельский мыслил также системно, несколько раз сделав акцент на слове «рынок», из журналов-де надо создавать единый пул, который занимался бы культурно-образовательными проектами, поддерживал и развивал культуру чтения, проводил фестивали и т. д.

Потом слово взял Василевский, высказав своё ощущение тоскливой бессмысленности всего происходящего, попросив не затягивать и рассказав о печальном и удручающем противоречии между собой-потребителем и собой-деятелем культуры. Очень его понимаю. Сначала он предложил поднять руки тем, кто подписан хотя бы на один литературный журнал. Три-четыре руки. А дальше на собственном примере продемонстрировал поведение современного потребителя. Таким же красноречивым на протяжении всей дискуссии было молчание ИгоряОлеговича (Шайтанова), а потом и отказ от предоставленного слова.

Наконец, Чупринин закончил на том, что мы не менеджеры, мы не приспособлены к такой жизни и мы умеем только то, что мы умеем – оценивать тексты и работать с ними. Пусть писатели пишут, редакторы редактируют и т. д. На другое у них просто не хватает ни времени, ни сил.

Да, во время конференции постоянно сыпались анекдоты. Мне запомнился вот такой, кажется, Архангельского. Встречаются два приятеля и один другому говорит: «У нас есть только два решения сложившейся ситуации – одно фантастическое, а другое реалистическое. С какого начнём?» – «Ну, давай со второго» – «Хорошо. Ангелы спустятся с небес и сделают всё за нас сами»…»

 

Валерия ПУСТОВАЯ,

зав. отделом критики журнала «Октябрь»

«…в сегодняшней дискуссии для меня нашёлся чувствительный контрапункт. Благодаря, с одной стороны, докладу Бориса Кутенкова, который назвал «Лиterraтуру» «младшим товарищем толстых журналов» и с некоторым вызовом настаивал на возможности литературного издания, поддержанного «энтузиазмом, вкусом и слаженностью редакторских действий» в условиях, когда денег не платят и у редакторов есть ещё основные места работы, – и, с другой стороны, выступлением Андрея Василевского, который сказал, что ему «ну так плохо», всё «ну так бессмысленно» и что давайте уже «не затягивать». Это легкомысленное суждение, от которого никому не стало легче, Василевский обосновал беспристрастным свидетельством о своём «поведении как потребителя культурного продукта».

13

Сергей ЧУПРИНИН, Наталья ИВАНОВА и Валерия

ПУСТОВАЯ на конференции «Журнальная Россия».

Фото: Анатолий Степаненко

 

Веду я себя, сказал Василевский, совсем не так, как предписывают «корпоративные обязательства». Журналов не выписываю, «Ведомости» читаю по бесплатному лимиту, а когда меня на радио «Культура» попросили рассказать о самом сильном культурном впечатлении недавнего времени, я не про роман рассказал – а про «Игру престолов».

Вы ж знаете меня, – сказал Василевский, и, да, знаем достаточно, чтобы понимать: к вот этому его комментарию на радио «Культура» неприменимы обычные корпоративные мерки.

Не скажешь ему:

– что есть ведь кому, помимо главреда «Нового мира», пиарить культовый сериал и что странно, выступая на профильном радио в качестве главреда журнала, предъявлять своё частное мнение как «потребителя», игнорируя просветительское значение опроса;

– что самое положительное следствие его ответа – может быть, скажут люди: чувак такой древностью рулит, а всё равно в тренде, дай-ка почитаю, что у него за журнал, – даже оно подтравлено соображением, что вот теперь и эксперты из профессиональных журналов должны доказывать своё право назначать избранных, показывая, что умеют любить то же, что и все.

14

Андрей ВАСИЛЕВСКИЙ

 

Ничего этого Василевскому не скажешь. Потому что ничего этого он не имел в виду. Его реплика не имела продолжения, коннотации, не вела к трактовке. Это голая реплика культурного героя, обнаружившего себя вне контекста, где он только и мог состояться как культурный герой. Она о том разделении жизни и функции, интереса и профессионального долга, которое губит всю систему, но в реплике Василевского было показано только как обнажённо личный опыт.

Этого осмысления личного опыта на конференции, пожалуй, не хватило – как и на многих других конференциях, посвящённых системным сбоям. Самое раздражающее в разговорах о кризисе искусства – не то, что они тавтологичны, а то, что они отстранены от говорящего. Как будто кризис искусства – это и впрямь проблема системы, а не вот тебя лично: твоего самоопределения и смыслополагания, твоей возможности делать то, что приносит радость, твоей надежды на понимание и, как следствие, полноту жизни.

Пассионарность Кутенкова и самоустраненность Василевского стоили друг друга. Это два ценных опыта личного проживания системного кризиса.

Пока энтузиазм и вкус удерживают в зоне журнальной культуры, можно работать.

Как только держать перестанут и внутренняя миграция во внежурнальные сферы состоится, можно последовать за своим перемещённым интересом…»

Как видим, «самоустранённость» Андрея Василевского так или иначе отметили оба наблюдателя. В этом плане вспоминается ещё одно почётное собрание «толстяков» – на телеканале «Культура» в передаче «Наблюдатель» у Андрея Максимова (эфир от 26.06.2015). Используя как повод ряд юбилеев (60 лет журналу «Иностранная литература», 60 лет журналу «Юность» и 90 лет журналу «Новый мир»), обсуждали опять же трудности «толстых» литературных журналов и их востребованность современным российским обществом вообще. По-моему, главный редактор «Нового мира» и здесь отличился. Как ни странно, анекдотом. Он пересказал, в качестве некоего оправдания трудностей журнала и спада читательского интереса, свой разговор с пожилой сотрудницей одной из региональных библиотек. Да, раньше журналы выписывали и читали в массовом порядке, но раньше, – жаловалась библиотекарша, – открываешь «Новый мир», и всё понятно, что там написано и о чём. А сейчас, дескать, ничегошеньки не понятно. Как же читать и выписывать? На самом деле, вышло у Василевского не столько оправдание, сколько самобичевание. Может, дело не в недалёкости сегодняшнего массового читателя, а в том, что слишком рыхло, заумно, и, в общем, действительно далеко от народа то, что печатается ныне в большинстве литературных журналов? Может, не хватает гражданственности, сердечности и, простите, драйва, какой был в том же «Новом мире», скажем, при Твардовском? Может, ощущение «тоскливой бессмысленности» («так всё плохо», «давайте не затягивать»), высказанное Василевским, передаётся простым читателям и становится оценкой самого журнала в их глазах?

Евгений БОГАЧКОВ

 

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *