С КОНДАЧКА НЕ ПОДОЙДЁШЬ

№ 2016 / 23, 01.06.2016

В день Пасхи, совпавшем с 1 Мая, я шла по бульвару и не узнавала его: пироги на любой вкус, игры (хоккей на траве, прыжки на батуте), скульптуры вдоль дорожек, а народу-народу, и дети, и взрослые… Наверное, такими были пасхальные дни в Москве в XIX веке и в предыдущие столетия. Вот оно – знакомое по старым книгам представление о жизнерадостной, яркой, православной Руси. Увидела лоток с книгами и поспешила к нему: от Литературного института, не иначе, раз за деревьями бульвара проступает знакомый фасад и металлическая ажурность ворот и ограды. Издательство ACT, Редакция Елены Шубиной, предлагает новинки. Впрочем, тут и роман «Мысленный волк» ректора Литературного института Алексея Варламова (М., 2015. Новая русская классика). И роман бывшего студента, а ныне популярного прозаика Романа Сенчина «Зона затопления» (М., 2016. Проза Романа Сенчина). Здесь же известный писатель и журналист Павел Басинский, его книга цепляет глаз именами персонажей: «Святой против Льва. Иоанн Кронштадский и Лев Толстой: история одной вражды» (М., 2016). К покупкам не могла не добавить роман Гузель Яхиной «Зулейха открывает глаза» (М., 2016), о котором вся пресса прожжужала всем уши. А я до сих пор не читала! Восполним упущенное.

 

Русская классика плюс античность

 

Так вот и появились на письменном столе четыре солидных фолианта. К ним добавила с книжного стеллажа однотомник Плутарха «Сравнительные жизнеописания» (Сост. С. Аверинцева. Коммент. А.Столярова – Новосибирск: Новосибирское книжное издательство, 1991). В этом «пятикнижии» при чтении я обнаружила перекличку не просто авторов, но разных исторических эпох: античность, XIX век, начало XX века, 30-е годы XX века и начало нынешнего XXI века. Не будем вдаваться в подробности сюжетов, остановимся на некоторых главных моментах, в которых чувствуется пульс или струение жизни цивилизаций.

 

16 Plutarh

 

 

Разум или вера?

 

Как засвидетельствовал московский прозаик Михаил Попов, постмодернизм «сдулся», а прозаик и драматург Юрий Поляков продолжил мысль и вместо «нового реализма», противопоставленного некогда постмодерну Поповым, с шутливой серьёзностью ввернул термин – новейший реализм. Почему бы нет?! Постмодернистские опусы исчезли, и новый реализм несколько одряхлел. Читатель заскучал и жаждет чего-нибудь новенького. Павел Басинский учёл, что нет ничего более нового, чем хорошо забытое старое, и возродил в книге «Святой против Льва» распространённый в античности приём сравнительных изысканий, благодаря коему Плутарх «создал галерею образов великих людей Греции» (КЛЭ, т. 5, стр. 806. М., 1968) и Рима. Как полководцев он сравнил Александра (Македонского.Р.Л.) и Цезаря. Как ораторов и писателей – Демосфена и Цицерова. Плутарх, сопоставляя двоих, наглядно выявлял характер каждого. Демосфен, например, не отказывался от царских даров; Цицерон был бескорыстен. А корыстолюбие в ту пору процветало, и наместники не просто воровали, а грабили провинции. Будучи консулом, Цицерон, отмечает Плутарх, «подтвердил вещие слова Платона о том, что лишь тогда избавятся государства от зла, когда волею благого случая сойдутся воедино сильная власть, мудрость и справедливость». «Сравнительные жизнеописания» стали памятником не только античной, но и мировой литературы, о чём свидетельствует такой факт, как заимствование У.Шекспиром сюжетов у Плутарха для трагедий «Кориолан», «Юлий Цезарь», «Антоний и Клеопатра».

 

16 Basinsky

 

П.Басинский перенёс от Плутарха из I-го века в XXI-й век не сюжет, а «приём сравнительных изысканий» биографий Льва Толстого и Иоанна Кронштадского.

Вообще-то вражды между писателем и мыслителем Львом Толстым и отцом Иоанном, более полувека служившем в соборе Андрея Первозванного, не было. При жизни императора Александра III, любившего писателя и не дававшего его в обиду, претензий к Льву Николаевичу не возникало. После смерти Александра III его приёмник на троне Николай II, более религиозный, нежели покойный отец, и даже претендовавший – неудачно – на место патриарха РПЦ, перестал быть защитой для гениального мыслителя. Тут-то Синод и разразился негодованием. Биографии двух самых популярных людей в России второй половины XIX-го века автор книги удачно дополнил приложением документов: «Определение Святейшего Синода от 20–22 февраля 1901 года», Ответ Л.Н. Толстого на Определение Синода, статья Л.Н. Толстого «К духовенству» и «Ответ о. Иоанна Кронштадтского на обращение гр. Л.Н. Толстого к духовенству», и другие.

В ответе на определение Синода Л.Н. Толстой писал: «Верю я в следующее: верю в Бога, которого понимаю как дух, как любовь, как начало всего. Верю в то, что Он во мне и я в Нём. Верю в то, что воля Бога яснее, понятнее всего выражена в учении человека Христа, которого понимать Богом и которому молиться считаю величайшим кощунством. Верю в то, что истинное благо человека – в исполнении воли Бога, воля же Его в том, чтобы люди любили друг друга и вследствие этого поступали бы с другими так, как они хотят, чтобы поступали с ними, как и сказано в Евангелии, что в этом весь закон и пророки» (книга П.Басинского, стр. 510).

Задолго до Толстого назвал Христа человеком в Византии патриарх Несторий (Константинополь, с 428 года по 431 год); был изобличён в ереси, отлучён от церкви и отправлен в ссылку, где умер в 436 году. Святейший Синод обошёлся с графом Л.Н. Толстым помягче – только отлучил от РПЦ, но не обвинил в ереси и не отправил в ссылку.

Толстой понимал Бога аналогично Алексею Лосеву, как свидетельствует вдова философа Аза Тахо-Годи:
«...Только в надзвёздной красоте – бессмертие, только там нетленная, неизменная жизнь, что Бог прежде всего бесконечность. Значит, человек и Бог будут бесконечно стремиться к соединению» («Лосев», М., ЖЗЛ, 1957, стр. 25).

Вот и Толстой с его гениальным умом постигает Бога умозрительно и не берёт во внимание, что народ воспринимает православие через миф (сам же говорит о народных легендах и поговорках о Боге). О. Иоанн Кронштадтский бросается защищать «сословие» духовенства, якобы, от нападок Толстого: «Русские люди! Хочу я вам показать безбожную личность Льва Толстого..(стр. 537), потому что не берёт во внимание существенную разницу между верованием графа Толстого и простого мужика. А разница заключается в дихотомии мышления: разум (Толстой, Лосев) и иррациональная вера (отец Иоанн и народ).

В сущности произошло недоразумение. В добавок ко всему Л.Н. Толстой не сдержал своего раздражения против чрезмерной бюрократизации в среде духовенства. Получился общественный взрыв обоюдного негодования в 1901 году.

За годы советской власти духовенство в России избавилось не только от бюрократии, но также почти от всех монастырей и многих церквей, в том числе собора Андрея Первозванного в Кронштадте. После чтения книги П.Басинского я включила Радио «Радонеж» и услышала, что религия должна нести человеку теплоту. Такая трактовка православия, можно не сомневаться, помирила бы гр. Л.Н. Толстого и о. Иоанна Кронштадтского.

 

 

От В.Распутина к Р.Сенчину

 

Вернёмся к Плутарху, точнее, к утверждению Платона, которое консул Цицерон стремился сделать реальностью в жизни древнего Рима. Государства тогда избавятся от зла, когда «сойдутся воедино сильная власть, мудрость и справедливость» (Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Стр. 347–348).

Книга Романа Сенчина «Зона затопления» не обделена вниманием критики; более того – удостоена премии «Большая книга», и заслуженно. Прозвучало: Сенчин идёт в фарватере Валентина Распутина, то есть повторяет тему «Прощания с Матёрой», с чем он как бы и соглашается, посвятив произведение Валентину Григорьевичу.

 

16 Senchin

А всё же, как представляется мне, Сенчин не повторяет, а развивает большую проблему, поставленную предшественником в романе с аналогичным сюжетом.

В газете «Слово» (№ 7, 8–21 апреля 2016 года) писатели-сибиряки из Иркутска (А.Гурулёв, В.Забелло, В.Козлов, В.Семёнова, В.Скиф, В.Сидоренко, К.Житов) в статье «Валентин Распутин не призывал к распаду СССР» опровергают клевету либералов, что, дескать, Распутин, выступая на Первом съезде народных депутатов СССР 1 июня 1989 года, призывал Россию выйти из Союза, чтобы освободиться, мол, от периферии и хорошо зажить. Это обычный приём либералов – прятаться за чужую спину и сваливать свои неблаговидные деяния на других. В мартовские дни на ТВ прошла передача «Вечер с Владимиром Соловьёвым» в жанре ток-шоу, где Борис Славин, помощник президента «Горбачёв-фонда», зачислил Распутина в число сторонников «освобождения России от Союза». Сибиряки защищают знаменитого земляка от несправедливых нападок (наводят, понимаешь ли, тень на плетень, если по пословице. – Р.Л.). После убедительных примеров авторы коллективной статьи делают вывод: «Распутин остаётся верен себе как консерватор и государственник-патриот и неизменно выступает (речь шла о последних годах его жизни. – Р.Л.) против всякого рода разрушений и разрушителей».

Жаль, что они не привели как пример «Прощание о Матёрой», где эти же мысли выражены Распутиным уже не в публицистике, а в художественно-метафорической форме. Прощание с деревней, уходящей на дно водохранилища, для её жителей – большая беда. Писатель подводил читателей к выводу, что потеря большой и сильной страны (СССР) – беда ещё большая и для всего населения. Народная, словом, беда!

Роман Сенчин в «Зоне затопления» показывает, что происходит с россиянами уже после распада Союза. Ситуация – возобновление строительства Богучанской ГЭС – в угоду олигарху Боняску, решившему продавать электричество китайцам и получать огромную прибыль, жителей старинных сибирских деревень переселяют в город. 6 тысяч жителей терпят крах ради прибылей одного человека!

Конечно, на ум приходит утверждение Платона, и просто напрашивается осмысление изображённых событий в свете афоризма: в государствах не будет зла, если сойдутся воедино сильная власть, мудрость и справедливость. Глава восьмая «Ничего личного» – потрясающе убедительная демонстрация, что в РФ после распада Союза граждане бесправны перед сильной властью (в данном случае местной). Какая уж тут справедливость, если строптивых Масляковых, требовавших компенсации за свой лесопильный заводик «нагибают». Младший сын Дмитрий до конца оставался в селе Большаково в ожидании выплаты, что позволило бы семье завести в городе какой-то бизнес, а не пополнять ряды безработных. Из ближайшей колонии приезжают зэки, избивают парня, угрожают убить и только после вынужденного согласия Дмитрия самому поджечь семейную лесопильню оставляют его в живых и исчезают. Дмитрий с тремя сломанными рёбрами и со сломанной челюстью – инвалид! – попадает в городе в больницу. Но родители опасаются за его жизнь (угрозы не прекращаются), забирают его в квартиру под свою опеку.

Роман Сенчин подтвердил прогноз Валентина Распутина, что распад нашей великой державы станет бедой для народа. Так и случилось.

Можно было бы продолжить размышления в русле афоризма Платона над книгами Алексея Варламова «Мысленный волк» и Гузели Яхиной «Зулейха открывает глаза»; пожалуй, лучше это сделать как-нибудь в другой статье. Тема «государство и справедливость» – очень уж серьёзная, как и всё у этого древнегреческого мыслителя. К Серебряному Веку (у Варламова) и к коллективизации 30-х годов (у Яхиной) с кондачка не подойдёшь.

В самом деле, новейший реализм налицо – вдобавок к русской классике опирается на античность.

 

Руслана ЛЯШЕВА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *