Быки на старте

Очерк нравов книгоиздателей Республики Коми

Рубрика в газете: Их нравы, № 2019 / 22, 14.06.2019, автор: Владимир ПОДЛУЗСКИЙ (СЫКТЫВКАР)

Здравствуйте, уважаемая редакция!
Двадцать пятого декабря 2015 года в «ЛР» я опубликовал эссе «Упавшая вертикаль». Оно было посвящено ситуации вокруг ареста лочти двух десятков высших руководителей региона. С тех пор прошло более трёх лет. Десятого июня прежние властители Севера получат немалые тюремные сроки. Однако за эти годы моральный климат в республике отнюдь не улучшился. Ситуация с изданием за счёт бюджета книг как нельзя лучше показывает чудовищное падение в регионе нравов. О том, собственно, и мой очерк.


В пятницу вечером на Коми республиканском канале «Юрган», вмонтированном во всероссийский «Триколор», прошёл сюжет, в котором всячески восхвалялось местное книгоиздание. В прошлом году на него выделяли целых (!?) семь миллионов рублей. (Годовая зарплата шефа телеканала). Не исключаю, что материал срочно записан в связи с моим майским эссе на одном из литературных сайтов об издательской политике региона. Или с неожиданной, днём раньше, отставкой первого вице-премьера северного правительства Ларисы Максимовой. За утрату доверия. Сам господин Зелинский, недавний шеф Агентства по печати, а ныне начальник Управления информационного обеспечения Администрации губернатора, с экрана бодро утверждал, что такой Экспертный совет по изданию социально значимой литературы, как в республике, мало где есть. Трудно с высокопоставленным чиновником не согласиться. Скорее, вообще нигде нет. Не по форме, а по содержанию. Его «успехи» я кратко обрисовал в том громком эссе. Хотя полный перечень достижений вполне тянет на вторую «Калевалу». Многое сознательно опустил. Другие факты были бы более интересны дотошным следователям, нежели литературоведам. Хотелось бы напомнить господину Зелинскому, что мы с ним в 2016 году встречались не раз по этому поводу. Увы, с тех пор мало что изменилось.


Подобные мои рассуждения накануне рандеву звучали в присутствии министра Михаила Порядина, его заместителя Евгения Морозова и тогдашнего начальника Управления по связям с общественностью Захара Волокитина. Двенадцатого августа тезисы я систематизировал и представил Евгению Морозову. По его просьбе. Зам министра, занятый предвыборными хлопотами, переадресовал меня к Евгению Зелинскому. Тот любезно, возможно, чтобы быстрее отвязаться, показал состав Комиссии по отбору социально значимой литературы на гранты республики. Без особого удивления гость высокого кабинета увидел фамилии с ярко выраженными националистическими взглядами. Их обладатели любят при случае с некоторым вызовом упрекнуть русских в незнании коми языка.
Таковых оказалось больше половины. Возможно, они были бы почти на месте, если бы существовали два автономных Совета и две параллельные Комиссии – по русской литературе и национальной. Пусть пока вас не смущает разночтение структур.
Немалая часть «экспертов» достаточно случайные люди. Боюсь, последних лет сто они и не открывали русскую классику. Почему так думаю? Да за год до ареста бывший Глава В.Гайзер в интервью назвал своих любимых писателей. Всё западные постмодернисты. А куда конь с копытом, туда и рак с клешнёй. Никому в голову не придёт, скажем, поставить на приёмку космических ракет …зоотехника с кнутом, лишь из-за того, что ракеты ревут на старте, как разъярённое стадо быков. А на книги можно?
Тот же господин Зелинский, экономист по образованию, немного пробовавший себя в журналистике, откровенно признался, что не достаточно знает региональную литературу. Правда, к его чести, он заявил, что по моей рукописи (о ней ниже) специально звонил знакомым в Санкт-Петербург. Надо полагать, знатокам. Те якобы заявили, что Подлузский достоин издания.
Никто и никогда из большинства членов такой комиссии, собранной на скорую руку скорее для галочки, чем для продвижения достойного и поистине художественного «продукта», посаженным в Лефортово «отцом», бывшим замом сразу двух арестованных Коми губернаторов, Гайзера и Торлопова, Черновым, не станет голосовать за истинно русские книги. Особенно талантливые. Хотя бы из зависти. Национальной солидарности. О, вы не видели, что это такое в условиях северной республики. Зато охотно поднимут руку за проходные, а значит, и не соперничающие с коми литераторами, книги.
Раздельные органы по отбору социально значимой литературы крайне нужны и полезны для обеих ветвей здешней словесности. Как бы ни пугали меня в те лихие времена украинским языковым синдромом. Коми отбирают для печати собственных классиков. А русские – своих скромных авторов. Бюджет при этом честно делится фифти-фифти. Но и отвечать за последствия обеим командам придётся по полной.
Как же формировать в двуязычном Сыктывкаре Совет или Комиссию, ответственные за издание русских книг? А может, такие бюрократические надстройки откровенно вредны. Способствуют коррупции. В идеале, нужно приглашать не кровно заинтересованных писателей, издателей и библиотекарей, привычных к постоянным чисткам полок от недавно изданных томов. (Эксперимент в Коми явно не удался). Лучше обратиться к именитым профессорам, литературоведам из Литинститута, Московского и Санкт-Петербургского государственных университетов, и поручить им рецензирование рукописей. Желательно анонимных. (Зелинский в беседе такой вариант не отвергал). Процедура хотя и дорогая, зато надёжная. Почему в местные спортивные команды можно зазывать прославленных игроков, не взирая на цвет кожи, а для оценки литературы, морального фундамента общества сойдут и те, что с дипломами, полученными в двух шагах от своего жилья, сидят у печки и пьют любимый сур, закусывая шаньгами? Да ещё упорно игнорируют положенное им «по общественному чину» сочинение рецензий на предлагаемые рукописи. А если бы всё же писали? Тогда, не исключаю, при их талантах, опусы вполне могли бы соперничать по колориту с марко-твеновским рассказом «Как я редактировал сельскохозяйственную газету».
Зелинский коллегам пробовал официально намекнуть на необходимость рецензий. Тут же раздались голоса – заплати! Даже у чиновников с солидными окладами глаза заблестели. Я дважды присутствовал на подобных советах и комиссиях. Показалось, что никто и не читал будущих книг. Ставили оценки на глазок. По принципу: нравится им лично, по давнему знакомству, автор или нет. При чём здесь талант или его отсутствие? Невольно я почувствовал, что крестики-нолики в специальных реестрах прямо на заседании рисовались для блезира. Наверное, давно уже всё было решено за пыльными кулисами. Счастливые авторы и боссы более чем мелких издательств, возникших на месте уничтоженного Черновым довольно крупного государственного, до искр потирали ладони. Зная местные обычаи, не исключаю: раздумывали – кому и когда накрывать поляну. При таком ленивом и чисто символичном участии, часто замешанном на сведении счётов, читатель вряд ли дождётся шедевров. А они ой как нужны республике, мечтающей о процветании. Региону, который никак не выпутается из вчерашних криминальных оков. Ведь на днях, после почти четырёх лет, прошедших с ареста, должны получить солидные тюремные сроки около двух десятков вчерашних властителей Коми.
С великой осторожностью пора уже относиться и к так называемой коммерческой литературе, почему-то выдаваемой на Совете за художественную. При том казна в проекты, например, типографские, вкладывает свой процент, уповая на их социальную значимость. Не слышал, чтобы потом предприниматели делились с государством дивидендами. Стоит поумерить восторг и русскоязычными авторами, лихо тачающими свои опусы на ломаном, гремящем из-за плохо пригнанной фонетики, как телега по булыжнику, языке, а потом ещё и получающими за косноязычие премии и звания.
Считаю, что девиз книгоиздания в Коми должен быть один: «Книг следует выпускать немного. Но чтобы каждая была по художественности на вес золота, с хорошим тиражом, прекрасным оформлением и вошла в историю русской или финно-угорской литературы. «Всё, что не звучит в Москве, должно считаться графоманством в Сыктывкаре!
В конце концов мы с Зелинским решили, что я выступлю с докладом на специальном совещании. Ваш покорный слуга согласился при условии, что там обязательно будет министр по делам печати (должность звучала несколько по-иному) Михаил Порядин. В прошлом шеф информационного обеспечения Сочинского олимпийского комплекса. Увы, Михаил Юрьевич 17 сентября прийти не смог, и я доклад читать отказался. (Не все же поэты самоубийцы). Изложил только тезисы. Какую они вызвали бурю негодования, я уже писал в вышеупомянутом эссе. Сама ПРАВДА, благодаря бандитскому наследию (от слова наследить), стала зачастую в Коми преступлением. Особенно в глазах тех, кто пригрелся под сенью сразу двух отправленных на нары губернаторов. Хорошо, хоть у меня сердце выдержало после операции. Хотя психокиллеры старались вовсю. Возможно, за тридцать серебряников. Бог им судья.
Весь документ по электронке я вечером переправил Михаилу Юрьевичу, а с самим министром (ныне и.о. первого зама председателя правительства и шефом администрации Главы Коми) переговорил по телефону. К счастью, после нескольких встреч со мной и прочтения моего романа в стихах «Тарас и Прасковья», М.П. вручил свою визитку с прямым телефоном. Нашёл чиновника аж в Казани. Честно рассказал, с какой яростью встретили моё выступление, с позволения сказать, литераторы и примкнутые к ним узами Совета чиновники. Не колеблясь, назвал фамилии. Не забыл восседавшие там официальные кадры, призванные блюсти права человека. Или русский поэт, заброшенный судьбой в Сыктывкар, в глазах оных уже не человек?!
За месяц до столкнования с «классиками» с ведома Михаила Порядина я присутствовал на Комиссии по отбору литературы (во многом параллельная Совету структура, чьё решение господин Морозов определял тогда как окончательное). В качестве независимого Наблюдателя. В своём напутственном слове просил голосовать не за набившие оскомину имена. Часто, как с печалью говорил мне в кардиоцентре народный поэт Коми Владимир Тимин, дутые. А только за истинное качество рукописей. С учётом приложенных к ним аннотаций и рецензий. Членов Союза писателей России. Хотя и написанных по перекрёстному принципу – ты мне, а я тебе. Всё равно тогда отобрали чуть ли не каждый год издаваемых коми авторов – Елену Козлову, Елену Афанасьеву, Алёну Ельцову и Каллистрата Жакова, откровенно в литературоведении иногда называемого коми Фаустом. Один поэт даже посочувствовал: «Что ж ты себя не пропагандировал? Глядишь, и проголосовали бы». Невдомёк привычным к морозам доброжелателям, что настоящие русские поэты живут по совести, а не по выгоде.

 

9 комментариев на «“Быки на старте”»

  1. Автор поднимает не просто проблему, остро характерную для всех республик. Он, как хирург, вскрывает гнойник, вполне реально грозящий перерасти в гангрену. И, если и
    оная разовьется, спасти сможет лишь ранняя, не щадящая ампутация. Или же исход — фатальный для всего тела, по которому и так уже расползлась короста безграмотности, примитивизма мышления, обывательщины, лености ума. Без достойной литературы люди теряют способность принимать самостоятельные решения, а уж о том, чтобы адекватно влиять на неадекватные действия случайных властителей и государственных хапуг, и речи быть не может. Особенно в условиях разгула националистических настроений, навязываемых туго сображающему большинству понятно кем. Очень не простой вопрос. Но разве мыслимо его опускать? Общество жаждет исцеления живым, талантливым словом. Владимир Подлузский, будучи серьёзным литератором и публицистом, предлагает серьёзные рецепты, достойные особого внимания державных мужей, если они патриоты истинные, от холодного ума и горячо небезразличного сердца. И, само собой, с чистыми руками!

  2. Боюсь спросить: «А не собирается ли Сыктык.., простите, Сыктывкар переходить на латиницу? »
    То-то будет весело, то-то хорошо!

  3. Прочитал эссе и совершенно по новому взглянул на пословицу «Язык до Киева доведёт».

  4. «Дружбе народов».
    Коль острить, то уж писали бы: » Сыктым». Если есть знакомые узбеки, спросите, что означает. Вы шутник? Или свихнутый на фашистских идеях кондуктора Антонеску румын? Раз бредите о латинице для российских регионов. Как говорится, плавали, знаем. Такое не забывается. Приднестровье, 1992 год. Оголтелые националисты Кишинёва с ненавистью ко всему, что хотя бы намеком напоминало бы русскость, ввели государственным румынский язык, графику соответствующую. А наши, приднестровцы, не захотели становиться румынами. Когда националистическая вакханалия достигла апогея, потекла кровь, сотни невинно убиенных стариков, женщин, детей вознеслись к небесам, откуда сейчас наблюдают, как некоторые шутники позволяют себе юродствовать на животрепещущую тему. Мы тогда отстояли Россию на крохотном клочке земли, наш балканский плацдарм, да так всыпали националистам, что в Кишинёве и по сей день не вешают по стенам плакатов, типа: «Эй, русский, чемодан, вокзал — Россия», » Русский Иван, убирайся в свой Магадан!», «Омоем кровью русских младенцев наши тротуары!». Это действительно имело место, уж поверьте мне, некогда начмеду третьего приднестровского батальона гвардии. И когда уже здесь, в Сыктывкаре, довелось услышать, чтобы русские писатели убирались публиковаться вон из Коми, то охватил ужас. Вот тебе, бабушка, и дружба народов… Враг не дремлет. И я, на всякий случай, ставлю в известность, что рука моя тверда до сих пор, бью в десятку легко, хоть уже и ветеран боевых действий. Любой националистической перверсии могу выписать конкретную пилюлю. Кстати, на латыни, как заведено у врачей. Русский язык не троньте!!!
    » Гюрзе».
    На фото — бычье. Грубое, неотесанное. Неужели не понятно? Готовое рвать и метать по первому свистку заокеанского шефа. Это намёк вам, кто ещё желает шутить с огнём. Не напоминает отражение в зеркале? Кстати, «Гюрза» — радиопозывной командира «бешенной роты», спецподразделения разведки, наводившей ужас на боевиков во вторую чеченскую кампанию. Читайте роман » Небесный воин». Автор — Ваш покорный слуга.
    В завершение хочу извиниться за резкость тональности, не думаю, что под анонимными комментариями скрываются люди не достойные. Хочется, во всяком случае, в это верить. Мы русские, а значит, с нами Бог!

  5. Губернаторы Коми Гайзер и Торлопов, а высокий их охранник. Фото сделано, когда Торлопов был губером, а Гайзер его замом. Торлопов в центре. Он держит лапу на черепе своего зама, будущего Главы Коми.

  6. На фото участники совещания молодых писателей Республики Коми! Надежда
    местной литературы.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *