Где требовалось поднять дух

Рубрика в газете: Из цикла «Генералы Победы. Неизвестное», № 2025 / 28, 18.07.2025, автор: Вячеслав ОГРЫЗКО

Мало кто прошёл через такие испытания, как генерал Кузьма Галицкий. В его жизни всё было: клевета людей, которых он считал друзьями, незаконный арест, обвинения в стяжательстве. Но он всегда верно служил Родине.

 

 

Первый раз тучи над Галицким сгустились летом 1938 года. Он тогда командовал 90-й стрелковой дивизией и подумывал об учёбе в Академии Генштаба. И вдруг его обвинили в шпионаже и арестовали. Следствие длилось целый год. Но оно доказательств вины комдива не нашло.

После выхода на волю Галицкий вернулся в армию, но долго нового назначения не получал. Лишь 23 декабря 1939 года его утвердили командиром 24-й Самаро-Ульяновской дивизии (вместо убитого П.Е. Вещëва). С этим соединением ему предстояло прорвать знаменитую линию Маннергейма.

Галицкий, едва оказавшись на фронте, сразу понял, что обычный штурм мало что даст. Поэтому он избрал другую тактику. Галицкий дал команду образовать небольшие штурмовые группы из пулемётчиков и сапёров и поручить им взломать самые укреплённые участки финской обороны.

Позже 24-я дивизия была переброшена в Белоруссию, в Молодечно. Там она встретила новую войну.

Что тогда испытал Галицкий, как смог 16 июля рассказал полковник Андрей Чехарин, написавший во время короткой передышки представление на генерала к Золотой Звезде Героя Советского Союза.

«24.6.41 г. во встречном бою с 19 танковой дивизией немцев в р-не Субботники, – рассказал Чехарин, – в то время когда дивизия впервые вступила в бой с немцами и противотанковый дивизион не выдержал наступления немецких танков, стал бросать орудия и укрываться в лесу, генерал-майор Галицкий, наблюдавший за боем, лично подъехал к ним на броневике, вылез из машины и личным примером увлёк артиллеристов к орудиям.

Артиллеристы, чувствуя возле себя Генерала, ожесточённо дрались, не пропустив ни одного танка пр<отивни>ка в наш район, вынудив пр<отивни>ка обратиться в бегство, оставил на поле боя до 30 подбитых танков.

В первом же бою 24 с. д. отбросила немецкую танковую дивизию.

В бою под Трабами 26.6.41 г. генерал-майор Галицкий, находясь со своей дивизией один перед сильным противником (в то время, как другие дивизии на этом направлении, смешав свои боевые порядки, побросав всё, бежали), проявляя инициативу, организовал наступление на танковую дивизию и во время танковой контратаки пр<отивни>ка, когда наша пехота стала в беспорядке отходить, генерал-майор Галицкий взял группу командиров со своего наблюдательного пункта и лично с группой остановил пехоту, укрыв её в щели и пропустив танки, повёл пехоту в атаку на немецкую мотопехоту.

Проявляя мужество и отвагу, генерал-майор Галицкий, не имея связи с командованием, не зная обстановки на фронте, а зная, что немецкие войска быстро продвигались к МИНСКУ, всё же решил не отходить, а уничтожить оставленные 24 стр. дивизией 19 танковую дивизию и мотобригаду немцев, что им и выполнено к 29.6.41 года.

Во всех боях Галицкий появлялся на наиболее опасных участках, всегда показывая образец преданности родине, бесстрашия и героизма.

Когда дивизия попадала в критическое положение, генерал-майор Галицкий, появляясь среди бойцов и командиров, воодушевляя их, напоминал им о данной ими присяге нашей родине, сплачивал их вокруг командного состава и жёстко карал предателей нашей социолистической родины.

В боях в р-не Рубежевичи генерал-майор Галицкий, приняв смелое решение, в течение двух суток своей дивизией прорвал укрепрайон, занятый немцами на старой границе СССР–Польша. В этих боях, как и во всех предыдущих, генерал-майор Галицкий прекрасно разработал операцию и, лично руководя боем с передовых линий, своим бесстрашием воодушевлял полки на борьбу там, где требовалось поднять Дух и бросить пехоту в атаку.

Благодаря мужеству т. Галицкого дивизия прорвала укрепрайон, сохранив свою матчасть.

Благодаря большой проделанной работе лично генералом Галицким дивизия сохранила себя организационно и поэтому вела и ведёт сейчас партизанские действия в тылу немцев, громя его тылы, нарушая связь и уничтожая мелкие подразделения пр<отивни>ка».

Однако по горячим следам Галицкому никакой награды не дали. А потом в верхах решили, что генералу будет достаточно вручить орден Красного Знамени.

Почему ему так и не дали летом 41-го года Героя, можно лишь гадать. По одной из версий, помешала этому утрата штабом боевого знамени 24-й дивизии. Но, во-первых, это произошло значительно позже описанных Чехариным событий. И, во-вторых, командованию об этом стало известно ближе к концу 1941 года. Скорее на решение начальства повлияли другие факторы. Первый: пребывания Галицкого в 1938–39-м годах под арестом. И второй фактор: как давать Героя командиру, чья дивизия тем не менее оказалась в окружении?!

По выходу из первого окружения Галицкий был назначен командиром 67-го стрелкового корпуса. Но во время обороны Гомеля он получил два ранения: первое – 13 августа, второе – буквально на следующий день, 14 августа. Его потом эвакуировали в Свердловск.

Из госпиталя Галицкий выписался в начале февраля 1942 года. Он получил назначение в 1-ю ударную армию на Северо-Западный фронт и стал заместителем у командарма Василия Кузнецова. И тут ему страшно не повезло. Буквально на десятый день пребывания на фронте генерала вновь тяжело ранили и отправили лечиться на Урал.

Впоследствии генерал получил назначение в Тамбов. Ему приказали принять под своё начало 1-ю резервную армию.

Осенью 1942 года Галицкий в очередной раз вернулся на фронт, а именно на Калининский фронт уже в качестве командующего 3-й ударной армией. С частями этой армии он блестяще провёл две наступательные операции: Великолукскую и Невельскую. А осенью 1943 года последовал его перевод в 11-ю гвардейскую армию. И с этой армией генерал освобождал Литву и форсировал Неман.

29 октября 1944 года командующий 3-м Белорусским фронтом Черняховский посчитал нужным представить Галицкого к Золотой Звезде Героя. В наградном листе он написал:

«Войска 11 гв. армии под командованием генерал-полковника ГАЛИЦКОГО К.Н., прорвав сильно укреплённую, глубоко эшелонированную оборону противника в полосе Минской автострады, во взаимодействии с войсками 5 армии, разгромили Богушевско-Оршанскую группировку противника. В последующем, стремительно развивая наступление, проходя с боями в среднем по 25 км в сутки, умело и решительно маневрируя на поле боя и тесно взаимодействуя с подвижными войсками фронта, войск 11 гв. армии с боями прошли до 600 км, выйдя на ближние подступы к границе с Восточной Пруссией, преодолев при этом первую приграничную полосу, заранее подготовленной и хорошо развитой обороны противника. На своём боевом пути 11 гв. армия форсировала крупные речные преграды БОБР, БЕРЕЗИНА, НЕМАН. Форсирование этих преград и в особенности р. НЕМАН было проведено организованно и смело. За умелое руководство проведёнными 11 гв. армией операциями, отличившиеся размахом, решительностью действий, смелостью маневра на поле боя и своими результатами, Генерал-полковник ГАЛИЦКИЙ К.Н. достоин присвоения звания «Герой Советского Союза».

Однако это представление Черняховского кто-то затормозил. А потом Черняховский погиб.

Но война продолжалась. Галицкому вскоре поставили новую задачу – готовиться к штурму Кёнигсберга. Его 11-я армия должна была овладеть южной частью города. За выполнение этого приказа он, напомню, и был 19 апреля 1945 года удостоен звания Героя Советского Союза. Ну а потом был ещё один штурм – уже последнего опорного пункта обороны немцев на Земландском полуострове крепости Пиллау.

После Победы Галицкий был оставлен на Балтике, где на основе его 11-й армии Кремль сформировал Особый военный округ. Правда, уже в марте 1946 года генерала перевели на Западную Украину командовать Прикарпатским округом.

Новое перемещение Галицкого случилось в 1951 году, когда у Москвы появились вопросы к генералу Николаю Пухову и возникла нужда заменить командующего Одесским округом.

Сам Галицкий рассчитывал со временем занять большой пост в Москве, и весной 1954 года его мечта исполнилась, но лишь отчасти. Да, он получил вызов в столицу. Но куда его бросили?! Генерала направили в малознакомую ему сферу – в войска ПВО.

Что тогда произошло? Кремль возмутили два случая безнаказанных полётов иностранных самолётов над территорией нашей страны. Политбюро сняло с должности несколько маршалов и генералов. Было решено сменить командование всех ключевых районов ПВО.

27 мая 1954 года Политбюро постановило:

«10. В целях укрепления руководящего состава войск противовоздушной обороны страны и прежде всего Московского, Ленинградского и Бакинского районов ПВО – НАЗНАЧИТЬ:

– Командующим войсками Московского района ПВО генерал-полковника ГАЛИЦКОГО, освободив его от должности Командующего войсками Одесского военного округа…» (РГАНИ, ф. 3, оп. 50, д. 14, л. 23).

Галицкий был в смущении. Он себя готовил совсем не к этому. Большая часть его службы прошла в пехоте. А тут под его начало переходили части истребительной авиации, в которой генерал не разбирался.

Назначение Галицкого на новую должность совпало с началом новой масштабной реорганизацией ПВО. В частности, Московский район ПВО предполагалось преобразовать в Московский округ ПВО. При этом реформа не должна была ограничиться одной сменой вывески. Предстояло изменить схему управления войсками, а главное – технически перевооружить все части. А Галицкий к этому оказался не готов. Не удивительно, что Кремль командующим созданным Московским округом ПВО утвердил не его, а более восприимчивого к новым веяниям времени Батицкого. И в итоге генерал оказался без работы.

Новое место службы генералу кадровики подобрали лишь весной 1955 года. Ему предложили должность командующего Северной группой войск в Польше. Но он с учётом того, что имел опыт командования Прикарпатским и Одесским военными округами, рассчитывал всё-таки на большее. Правда, в утешение Галицкому, принимая во внимание его прежние заслуги, 11 марта 1955 года присвоили звание генерала армии.

Судя по всему, осенью 1957 года у Галицкого обострились отношения как с новым министром обороны Малиновским, так и с новым послом Советского Союза в Польше Петром Абрасимовым. Возможно, кто-то решил, что он человек оказавшегося в опале Жукова. Как бы там ни было, Галицкий оказался под бдительным прицелом чинуш. И в январе 1958 года его из Польши убрали. Но в Москву он возвращён не был. Ему приказали заменить в Закавказском военном округе маршала Рокоссовского. А сразу по прибытии генерала в Тбилиси кто-то стал раскручивать целое дело против него.

26 июня 1958 года секретариат ЦК КПСС объявил военачальнику строгий выговор. Но действительно ли генерал был замешан в чём-то предосудительном или его специально подставили, до сих пор неизвестно.

На посту командующего Закавказским военным округом он продержался три с половиной года. А потом последовало увольнение. Хотя сам генерал уходить в отставку не планировал.

Все взыскания с Галицкого сняли лишь в конце 1968 года. В архиве сохранилась записка председателя Комитета партконтроля при ЦК КПСС Арвида Пельше от 19 ноября 1968 года. Читаем:

«Секретариат ЦК КПСС 26 июня 1958 года объявил т. Галицкому К.Н. строгий выговор с предупреждением и занесением в учётную карточку за недостойное поведение, выразившееся в присвоении имущества в бытность его пребывания за границей и за нарушение законов при строительстве собственной дачи.

Кировский райком КПСС г. Москвы 26 сентября 1968 г. возбудил ходатайство перед КПК при ЦК КПСС о снятии с т. Галицкого К.Н. указанного партийного взыскания.

Тов. Галицкий Кузьма Никитович, рождения 1897 года, член КПСС с октября 1918 года, партийный билет № 01312590, генерал армии. В момент привлечения к партийной ответственности являлся командующим Закавказским военным округом. С 1962 года находится в отставке. Принимает активное участие в партийной и общественной жизни. Является председателем военно-научного общества при ЦДСА на общественных началах.

За участие в Великой Отечественной войне награждён рядом орденов и медалей, за штурм Кёнигсберга удостоен звания Героя Советского Союза.

Комитет Партийного Контроля при ЦК КПСС поддерживает ходатайство Кировского райкома КПСС г. Москвы о снятии с т. Галицкого К.Н. строгого выговора с предупреждением и занесением в учётную карточку, объявленного ему постановлением Секретариата ЦК КПСС от 26 июня 1958 года.

Проект постановления Секретариата ЦК КПСС прилагается» (РГАНИ, ф. 4, оп. 20, д. 462, л. 206).

 

 

Умер Галицкий весной 1973 года.