В будущее возьмут всех!

№ 2026 / 41, 16.10.2026, автор: Юрий ТАТАРЕНКО (г. Новосибирск)

В сентябре в штаб-квартире Союза писателей России состоялся трёхдневный Форум литературной критики. Работа прошла в шести секциях: «Журнальная критика», «Колумнистика», «Книжные обозреватели», «Литература в соцсетях», «Книжный подкаст» и «Видеоблогинг».

 

 

На церемонии открытия известный прозаик Юрий Козлов отметил, что сегодня серьёзно заниматься критикой у литераторов очень небольшая мотивация. Тёзку поддержал Юрий Поляков, один из самых востребованных писателей и драматургов:

– Критика – очень важная составляющая литературы. Ранее её значение понимали на государственном уровне. При этом похвала плохой книги была недопустима. Хорошо помню обилие мест, где печатались критики: «Литературная газета», «Литературная Россия», «Вопросы литературы», «Книжное обозрение», «Литературное обозрение», толстые литжурналы. Выплачивались очень высокие гонорары. Увы, сейчас работа критика малооплачиваема. С этим нужно что-то решать, и уже сейчас. Надеюсь, появится новый журнал критики, хотя бы сперва в электронном виде, на сайте СПР, а также возобновится выход «Литературной учёбы».

Ещё один мэтр, прозаик и публицист Анатолий Салуцкий рубанул с плеча:

– Современные критики плохо представляют современную жизнь, особенно взаимосвязь литературы с исторической эпохой. Нет дискуссий по проблемам развития литжанров. К тому же сама литература отстранилась от обсуждения общественной жизни. Писатели становятся брендами, персональными издательскими проектами. Да, коммерция и литература должны поддерживать друг друга, но не сливаться в объятиях ни в коем случае.

Один из самых талантливых писателей поколения «40+» Сергей Шаргунов выступил взвешенно:

– Впереди – сближение островов, сшивание поколений. Есть 20, 30, 40-летние критики, и это хорошо. Есть мастера, авторитеты: Погорелая, Пустовая и другие. Хочется создавать пространство полемики. К примеру, на страницах журнала «Юность» хочется видеть полярные мнения о книжных новинках. Ведь русская литература – пространство, где кипят страсти!

 

 

Классики и современники

 

Страсти разгорелись в первый же день форума. Одной из самых интересных площадок стала секция критики поэзии, которую провели москвички Марина Кудимова и Надежда Кондакова. Компанию им составили Михаил Кильдяшов (Оренбург-Москва), Елена Сафронова (Рязань), Юрий Татаренко (Уфа-Новосибирск), Сергей Бирюков, Виктор Кирюшин, Юрий Поляков, Константин Уткин (Москва), Евгений Коновалов, Сергей Баталов (Ярославль), Лариса Вигандт (Барнаул), Дмитрий Красноухов (Екатеринбург).

Марина Кудимова была очень эмоциональна:

– Моё сообщение будет в виде плача. В своё время пушкинский «Евгений Онегин» вышел тиражом 5 тысяч экземпляров, было 40 рецензий на него – за один только 1833 год. «Братская ГЭС» Евтушенко была опубликована в журнале «Юность» в 1965-м, и за год появилось около 200 откликов. В прошлом году поэт Игорь Караулов выпустил том избранного, и до сих пор на него нет рецензий. Почему?!

При этом всем очевидно: поэзия – одна из базовых ценностей русской культуры, национальное достояние. Но поэтическое сообщество очень разобщено. Стихи не интересны издательствам. Люди из читающих превращаются в пишущих. Увы, современная поэзия как институция идёт ко дну, как «Титаник». Причина – катастрофическое снижение поэтической культуры, она не входит в сознание человека как метрическая часть природы. Мир атомизируется, поэзия претерпевает те же изменения.

Кто говорит о литературе? Сегодня критик – это культуртрегер. Соответственно, существует кружковое бытование. Вокруг – непонимание и невнимательность, о поэзии пишут некомпетентные люди.

В чём функция современного критика? Их две. Во-первых, это фиксация литпроцесса, рассказ о книжных новинках. Нередко поэты популяризируют самих себя. Но этот процесс иссякает. Вторая функция – предугадывание развития какого-либо автора. Но критика поэзии выродилась в блоги. А производство стихоподобных виршей сегодня безымянно. Последние, кто получили имена – Рыжий и Новиков. А ведь имена дают критики, и только они.

Мы живём в тонком, хрупком и, прямо скажем, ненадёжном мире. Не хотелось бы стать свидетелями смерти литературной критики. В мире сейчас вообще многое теряется. Но верю, что наш литературоцентризм никуда не денется, что мы будем продолжать писать о литературе, писателях, книгах.

 

Лариса Вигандт представила поэтическую антологию «Время жить в истории». Название объёмной, 544-страничной книги дала строчка питерского поэта и критика Александра Вергелиса. Под одной обложкой в серии «Библиотека журнала “Алтай”» собраны 54 автора. Как отметила Вигандт, все произведения в антологии – высокие образцы поэзии. Как минимум два с половиной десятка и впрямь хорошо известны широкому кругу читателей: Светлана Кекова, Алексей Пурин, Станислав Минаков, Иван Жданов, Полина Орынянская, Марина Кудимова, Владимир Берязев, Владимир Алейников, Владимир Косогов, Ксения Першина, Екатерина Малофеева, Ольга Корзова, Андрей Сизых, Роман Ненашев, Игорь Панин, Дмитрий Рябов, Константин Шакарян, Денис Попов, Ирина Каренина, Виктор Коврижных, Михаил Гундарин, Кристина Кармалита, Андрей Болдырев, Максим Бессонов… Электронная версия книги выставлена на сайте Алтайской краевой библиотеки имени Шишкова.

Ещё одну новинку, сборник критических материалов «Новая военная поэзия», вышедший в Екатеринбурге, представил журналист Дмитрий Красноухов.

Традиционно ярко выступил Михаил Кильдяшов:

– Философ и богослов Павел Флоренский однажды написал на Кавказ своей матери восторженное письмо: «Я познакомился с молодым поэтом, он называет себя Андрей Белый. Это восхитительные стихи – как будто появился фонтан из драгоценных камней. Столько чистоты и света! Прекрасная поэзия. Я, мама, хочу после этого заниматься литературной работой. Я хочу стать критиком». Флоренский, как известно, впоследствии критиком не стал. Но всегда оставался литературоцентричным человеком. Думается, те бутоны философии, богословия, культурологии, которые зрели во Флоренском, распустились во многом благодаря соприкосновению с новой, энергичной поэзией младосимволизма. Этот случай для нас показателен. Критика начинает возникать тогда, когда извергается вулкан поэзии. А в русской культуре он никогда не был спящим, никогда не потухал. Но тот желоб, по которому из вулкана течёт лава поэзии, должен прокладывать критик.

Есть критик для поэта, которого надо поддержать, подсветить, подбодрить. Есть критик для критика, чтобы вступить в полемику. Есть критик для издателя, который сегодня говорит: хочешь разориться – издай стихи. Но где же самая главная величина литературного процесса – читатель? И каков критик для читателя, самого широкого, не профессионально ориентированного? Можем ли мы представить, что в ближайшее время читатель, что обращается к поэту и прозаику, с таким же интересом обратится к критику? Это вопрос дискуссионный, но он определяется одним очень важным обстоятельством. Мы можем быть скептичными, говоря, что никто не читает, что читательский интерес только пробуждается, но очевидно, что читатель формируется системой образования в школах и вузах. Вся беда в том, что современный литературный процесс даже в профильных университетах практически никак не отражается.

Я выпускник филфака 2009 года. Последний поэт в нашей программе на тот момент был Бродский, последний прозаик – Довлатов. А самый живой, самый современный литпроцесс мы не захватили. То есть творящий писатель оказался вне поля зрения профессионалов.

Каков же выход? Надо перейти к реверсивному преподаванию литературы. С чего начинается изучение русской словесности для первокурсника? С древнерусской литературы и фольклора – с самого сложного. Для этого надо знать и культурологию, и историю, и философию. Так не лучше ли начать образование с современной литературы, которая говорит о том, что происходит здесь и сейчас? Молодой читатель по крайней мере погружён в событийность того, о чём написано. Но каких же авторов вводить в новую программу? Проблема в том, что мы не сформулировали, что идёт в отечественной литературе вслед за постмодернизмом. Думаю, появятся художники с накопленным огромным жизненным опытом, грядёт сакральный реализм. Появится армия читателей. Тогда и критика станет актуальной.

 

 

Гонорар – проявление уважения

 

Второй день форума открылся приветствием программного директора СПР Анны Поповой:

– Для чего СПР проводит форум? Ради общего блага. Сегодня мы учимся говорить на одном языке с создателями новых медиа: блогерами, журналистами, писателями, критиками. Важно знать и понимать, как формируются вкусы и интересы читателей.

 

В секции журнальной критики встретились Дмитрий Бак, Михаил Визель, Максим Амелин, Валерия Пустовая, Надежда Кондакова, Илона Шевцова, Анатолий Андреев, Сергей Бирюков, Елена Погорелая (Москва), Мамед Халилов (Ярославль), Сергей Беляков (Екатеринбург), Михаил Хлебников, Юрий Татаренко (Новосибирск), Елена Сафронова (Рязань), Арина Обух (Санкт-Петербург), Анатолий Подольский (Чебоксары).

Дмитрий Бак, начиная дискуссию, подчеркнул:

– Критика в толстом литературном журнале – эталон подлинного. Если она исчезнет, всё рухнет. Я преподаю 44 года и стремлюсь, чтобы студенты видели писателя в его литокружении и понимали, что такое контекст.

 

Елена Погорелая развила тему авторитетов в профессии:

– Зачастую современная рецензия – хорошая приманка для «читателя, пришедшего с мороза». И нет предела этому падению. Читателя современной поэзии нужно готовить в школах и вузах, но эта работа не ведётся. Рецензии в толстых журналах – материал для обсуждения в городских книжных клубах, участники которых никогда сами не возьмут в руки то же «Знамя». Таковы сейчас горизонтальные связи в культуре. Можно ли помочь критику в наш век скоростей писать и публиковаться чаще, чем раз в месяц? Начнём с того, что написание статьи в толстый литературный журнал – большая работа, занимающая много времени. И ускорить её не получается. Тем более, что современный литературный критик – многостаночник. Он может быть и блогером, и прозаиком, и интервьюером, и преподавателем. Критику можно помочь обрести площадки с подготовленной целевой аудиторией, где можно было бы регулярно выступать. Критика – всегда диалог. Правда, существует проблема коммуникации между критиками из разных идеологических лагерей. Форматов для критики сегодня немало – журнальные рецензии, подкасты, литблоги. Как говорится, пусть расцветают все цветы. Но надо, чтобы всё это имело финансовую поддержку. Существовать на голом энтузиазме непросто. Считаю, прежде всего Минобр должен быть заинтересован в контакте с современной литературной критикой. Никто не отображает смыслы современного мира точнее, чем литература. Поэтому разговоры о литературе, её анализ очень важны для молодого, растущего читателя – на языке, который ему понятен и интересен. А пока возникла интересная ситуация: книжный издательский рынок игнорирует систему образования, которая, в свою очередь, не обращает внимания на современную литературу.

 

Коллегам возразил Анатолий Андреев:

– Хорошо продаётся чтиво. Качественную литературу не покупают, поэтому издавать её невыгодно. Задача рецензента-блогера – привлечь внимание читателя к произведению любой ценой. Он – продажник. Потому и стал ключевой фигурой книгоиздательской индустрии, а не литпроцесса. Но рецензенты, в отличие от критика, за деревьями не видят леса. Прогнозирую неизбежное замещение книжных блогерами текстами, сгенерированными ИИ.

 

 

Максим Амелин внёс предложение:

– В США 300 литжурналов, и все они – при университетах. Может быть, стоит перенять этот опыт? Обидно видеть, как госкорпорации тратят на футбол и хоккей громадные суммы, а человек пишущий перебивается с хлеба на квас.

 

 

Михаил Хлебников продолжил:

– Нельзя не признать: у критика тернистый путь, и многие психологически просто-напросто выгорают. Прозаик может написать роман за три года. А критик не может выдавать материал так редко, он должен регулярно о себе напоминать, постоянно работая на высоком уровне. При этом никто никогда не скажет критику: старик, у тебя гениальная статья! У критики функция не служебная, а эстетическая. Книга прозы или стихов для критика – это повод для разговора и творения собственной вселенной. Поэтому мы до сих пор и читаем Белинского. К нам в журнал «Сибирские огни» постоянно присылают поэзию и прозу, но критики очень мало. В основном критику пишут те, кто зашёл в литературу давно. Молодые рецензенты после 3-4 опубликованных отзывов, не имея возможности в перспективе издать сборник критических материалов, уходят в самопиар – блоги и подкасты. Или начинают обслуживать премии. Ещё одна проблема: в журнальном пространстве исчезла критика на критику, нет дискуссии между критиками. Надо спасать ситуацию. К примеру, можно создать специальный гонорарный фонд. И это не громадные деньги, 2-3 млн рублей в год для каждого журнала. Платить за статью 30 тысяч, за рецензию – 15. Деньги – отчеканенная свобода, писал Достоевский. А гонорар – свидетельство того, что твой труд уважаем. Прошу считать моё предложение официальным обращением к руководству СПР. В самом деле, театры поддерживаются государством. Почему же из поля внимания властей выпала литература? Писатели обходятся гораздо дешевле театров!

 

 

Критик в роли навигатора

 

В заключительный день форума градус обмена мнениями стал ещё выше. Елена Сафронова, как всегда, была экспрессивна и при этом точна в оценках:

– Нередко так называемая критика – это обывательский взгляд на литературу. Качественных критиков нужно растить, и я готова вести семинары молодых критиков при СПР. На форуме прозвучало, что новая книга поэта Караулова за год не была никем отрецензирована. Считаю, этот упрёк явно не в адрес критиков. Конечно, есть мода говорить, что критики ничего не видят и не обращаются к ряду известных современных изданий. Но вообще-то критики не существуют ни в безвоздушном пространстве, ни в башне из слоновой кости. Если какая-либо институция издаёт стихи такого известного автора, как Игорь Караулов, почему бы не обратиться за отзывом к специалистам? Не было рецензий и на книгу Артёма Скворцова об Олеге Чухонцеве, замечательном поэте. Но я не знала об этом исследовании, я не могу всего знать. Авторам и издателям можно смелее обращаться к критикам, если определённая книга нуждается в рефлексии критика и общественном резонансе. К примеру, со мной несложно связаться через соцсети.

Кто сегодня является читателем профессиональной критики? Мне трудно ответить на этот вопрос. Я читаю критику с детства. Мне всегда нравился Белинский. В советское время даже в приключенческих книгах для молодёжи всегда были предисловие и послесловие, их писали профессиональные филологи и историки соответственно. И всегда это были интересные тексты. Так что мне кажутся странными заявления о том, что критика не рассчитана на широкого читателя. Продвинутый читатель просто не может пройти мимо серьёзной критики, если она написана не на «птичьем» академическом языке. Мне нравится, как пишет Иван Родионов. Интересен анализ «нового реализма» 2000-х у Валерии Пустовой. Хорош критический цех журнала «Вопросы литературы» – Елена Погорелая, Анна Жучкова, Игорь Дуардович. Увлекательно пишут два Михаила – Хлебников и Гундарин. Последний, по-моему, сейчас заменяет ныне покойного Андрея Немзера в плане интенсивности прочитывания. Есть Антон Осанов, человек радикальных взглядов, но это объясняется его молодостью. Тут можно вспомнить известную фразу: кто в 20 лет не был преобразователем, у того нет сердца, кто в 40 не стал консерватором, у того нет рассудка. На форуме было изрядное количество известных критиков и блогеров. Интересно выступили Кудимова и Кондакова, Амелин и Бак, Визель и Беляков, Баталов и Коновалов. Но мне не хватило присутствия Екатерины Федорчук из Саратова, занимающейся критикой православной прозы.

 

Автору этого материала хочется добавить в список ярких участников форума ещё и москвичей Дмитрия Гасина, Алексея Небыкова, Евгению Коробкову, Евгения Харитонова, а также нижегородца Дмитрия Терентьева.

О подготовке критиков высказался и Ильдар Абузяров (Казань):

– В море современной литературы критика помогает читателю сориентироваться, это своего рода навигатор. Именно критик ставит или не ставит знак качества на книжную новинку. А также рассказывает неискушённой аудитории, что же, собственно, находится внутри текста, какие, к примеру, аллюзии и вторые планы в нём есть. Но встречаются критики, которые просто обслуживают интересы той или иной группы, и тут уже о независимости суждений речь не идёт. Такой критик – плохой навигатор, он дезориентирует читателя. Мне интересно сочетать написание прозы и чтение критических отзывов, довольно много читаю именно критики.

Я преподаю в Казанском федеральном университете, учимся со студентами критически мыслить, писать рецензии. Это необходимая часть писательства – умение разбирать чужие произведения, понимая, как они устроены. Система подготовки литературных критиков оставляет желать лучшего. Да, есть набор в Литинституте. Но в целом по стране филфаки выпускают либо учителей русского языка и литературы, либо литературоведов-исследователей. Так что рецензентов не хватает.

Ещё одна проблема – низкая оплата труда критика, а зачастую и вовсе её отсутствие. Поднять престиж критика можно. Мне кажется, книжная индустрия должна взять на содержание критиков-профессионалов. Либо их поддержкой следует заняться государству – через разного рода дотации. Если писать критику станет престижным делом, сразу придут меценаты – одно цепляет другое.

Могу посоветовать ряд произведений, заслуживающих внимания критиков и любви читателей. В мартовском номере журнала «Урал» вышла повесть Марии Скрягиной «Витражи святого Дионисия». Также не могу не признать: Прилепин – большой писатель, Варламов – большой писатель. Очень понравился новый роман Шаргунова «Попович». Рад, что по всей стране стали модными читательские клубы. Это очень эффективный способ сблизиться писателям с читателями.

 

Иван Родионов (Волгоградская область) заявил:

– Идут споры, в чём основная функция литкритики – это навигатор в бескрайнем море литературы, реклама книжной новинки или экспертное мнение? Мне кажется, критика – это разговор с современностью. Критик не пишет в стол. А уж какую форму взаимодействия с читателем он выберет – его дело. Дефицита площадок для литкритики нет – интернет безразмерен, литпорталы то появляются, то исчезают. Будь хорошее финансирование – хорошей критики стало бы больше. Критик не может работать «для души» в свободное время. Почему бы не пригласить критика на ставку в вуз, на кафедру современной литературы? Такое практикуется в США, если не ошибаюсь.

Проанонсирую две книжных новинки. К концу года у меня выйдут сборник критических статей 2022-2026 годов и сборник эссе о классической литературе. Очень люблю Писарева и Щеглова, очень интересна ранняя критика Басинского и Данилкина. Ярко пишут молодые – Ямщиков, Швед.

 

На итоговой встрече активистов форума Сергей Шаргунов говорил о будущем, вырастающем из сегодняшних дней:

– Критика – отдельный вид литературы, где талантливые люди могут размышлять о прочитанном. То есть критика нужна как форма осмысления произведений и литпроцесса. Критика – искусство полутонов, это не просто разговор на уровне нравится, не нравится. У настоящего критика всегда своё мнение, которое он готов отстаивать. Стихийных критиков выращивают книжные клубы, их сейчас немало по всей стране. Но есть и глубокие исследования, анализ. Серьёзный критик – это вдумчивый, подготовленный читатель, способный рассматривать современное произведение в мировом контексте, находить смысловые рифмы внутри текста, разобрать внутренний сюжет книги. Сейчас пришла витринная аттестация вместо аналитики. Но интересны прежде всего те критики, у которых есть свой мир. Хорош тот, кто не облизывает, не затаптывает, а говорит взвешенно. Взлом окостенелой действительности – важное дело. Но ходить строем никого не затащишь. Лучше доказывать своим талантом то, чего ты стоишь на самом деле. Нужны лидеры нового поколения, не нуждающиеся в орденах.

 

У Анастасии Скорондаевой (Москва) – свой прогноз:

– Пусть о литературе пишет любой желающий, в будущее возьмут всех. А между серьёзными критиками и бойкими рецензентами начнётся взаимодействие.

 

Евгений Харитонов сообщил о важности грядущего симбиоза вдумчивого литературоведения и качественного блогинга. Надежда Кондакова тут же возразила:

– Блогерство это фастфуд! А критика в лучшем виде – это, извините, ресторан со звездой «Мишлен». Те же «Письма о русской поэзии» Гумилёва можно перечитывать всю жизнь. И «Поэты и поэтессы» Айхенвальда – упоительное чтение, это божественный русский язык. Таких книг очень не хватает!

 

 

День или ночь?

 

В финале встречи Сергей Шаргунов поинтересовался у коллег, как они воспринимают нынешнее положение литературных критиков – как день или ночь?

Первым ответил Дмитрий Гасин:

– Никак не тьма. На наших глазах рассыпаются многие стереотипы. К примеру, о том, что видеоблоги это поверхностные суждения, а критика в толстых литературных журналах – сплошь скучные академичные тексты.

 

Валерия Пустовая отметила:

– Критика выполняет просветительские задачи. Сегодня она ведёт разговор с заинтересованным читателем и помогает открыть глаза на целый ряд важных вещей.

 

Юрий Татаренко предложил пишущим о книгах и писателях засучить рукава:

– Проблем много. Поэтому скажу так: бессонная ночь – в работе и тревожных ожиданиях. И хочется вспомнить Шопенгауэра, говорившего: мне свет мрака не заслоняет.

 

Ильдар Абузяров пребывал в пессимизме:

– Ответ однозначный – ночь, к сожалению. Пока всё держится в основном на энтузиазме людей, пишущих о литературе.

 

Платон Беседин (Севастополь) резюмировал:

– На форуме литкритики мы два дня спорили, чем отличается подкаст от видеоблога. Сопротивляться прогрессу бесполезно, нужно всем интегрироваться в современные реалии. Хочется видеть в литпространстве большего количества читателей. Тогда, возможно, писатель станет значимой фигурой в обществе. Литература должна стать государственным делом. А ещё я убеждён в том, что писателю невозможно жить и работать без критики. Да здравствует слово!

 

Без сомнения, форум стал важным событием. Авторитетные критики из столицы и регионов встретились и поделились своим видением текущих сложностей, высказали ряд ценных предложений. Но что дальше? Кому предстоит принимать важные решения? И предстоит ли?

Отмечу и отсутствие на форуме около 30 известных критиков и колумнистов: Ольги Балла, Михаила Гундарина, Яны Сафроновой, Анны Жучковой, Бориса Кутенкова, Дмитрия Воденникова, Анны Трушкиной, Марии Поповой, Алексея Колобродова, Александра Карпенко, Павла Басинского, Вячеслава Огрызко, Александра Евсюкова, Елены Севрюгиной (Москва), Светланы Михеевой (Иркутск), Артёма Скворцова (Казань), Владимира Козлова (Ростов-на-Дону), Кирилла Анкудинова (Майкоп), Вячеслава Лютого (Воронеж), Андрея Рудалёва (Северодвинск), Никиты Елисеева, Вадима Левенталя (Санкт-Петербург), Ирины Кадочниковой (Ижевск), Константина Комарова (Липецк), Марии Затонской (Саров), Евгения Абдуллаева (Ташкент)…

Может, имеет смысл провести новую встречу критиков-профессионалов – уже с участием руководства СПР и власть имущих?