ПАТРОН, ПЫЛЯЩИЙСЯ В СТВОЛЕ…

№ 2007 / 12, 23.02.2015
ПАТРОН, ПЫЛЯЩИЙСЯ В СТВОЛЕ…

     

***

     


     Уснув, теряешь память, счёт потерям, 
     И за повтором следует повтор. 
     Отец вернётся ночью, в дождь со снегом, 
     И на площадке вытряхнет пальто. 
      
     Умоется, повесит полотенце, 
     Зайдёт ко мне и света не зажжёт, 
     И в темноте не сможет оглядеться, 
     Увидит лишь, как я опустошён 
      
     И как надломлен осенью багряной, 
     Раздавлен и разломлен пополам, 
     Как жду, когда ветра его нагрянут, 
     Чтоб волю дать моим колоколам. 
      
     Я буду спать, спокойно и безвольно, 
     В рубцы потерь зимою разодет, 
     И не проснусь, пока в душе не взвоет 
     Любви и жизни эксцентриситет. 
     

     

***

     


     Не скажу, что заранее всё просчитал, 
     Не имею сего дарованья. 
     Что мне делать с тобой? 
     Отхлестать по щекам – 
     Слишком дёшево, правда, родная? 
      
     Я приснюсь тебе блёклым, 
     сошедшим с холста, 
     Заштрихованным хлябью сырою, 
     И мерцающая надо мною звезда 
     Будет всем и всему посторонней. 
      
     Ты, конечно, не сможешь притронуться 
     к ней, 
     Попытаешься… только напрасно 
     Будешь руки тянуть в эту россыпь 
     огней. 
     Я скорее болезнь, чем лекарство. 
      
     Отболей же, стрелой выпуская строку 
     Прочь от чувств, поелику греховных. 
     Я таким, как ты помнишь, воскреснуть 
     смогу, 
     Только если омоюсь в трёх водах. 
     
***

     


     Я насмотрелся странных пантомим, 
     Где стул стоял, угрюм и колченог. 
     Он тоже был свидетелем твоим, 
     Но для чего? 
      
     И тот патрон, пылящийся в стволе, 
     Обозначал колеблющийся ноль. 
     Когда б я нужен был своей стране, 
     Он стал бы мной. 
      
     Мы б основали целый континент, 
     Гондвану древних снов, спешащих вдаль, 
     Но сколько б я ни грезил о тебе, 
     Ты не считай. 
      
     Истлела память, воздух закоптел, 
     Но голос мой, в котором ты жива, 
     Напомнит мне, чего я так хотел 
     И не желал. 
     
***

     


     И зачем я над чёрной свечой колдовал, 
     Лил в подсвечник вино и беззвучно 
     шептал? 
     Заметался за утлым окном котлован 
     И была его осень предсмертно желта, 
     Потому что не знал он, к чему тяготел, 
     Или к веникам ив, иль к дождей костылям. 
     Я проснулся от жажды в сухой темноте, 
     Словно сон мой из каменных глыб состоял. 
     Помню треск их – он душу мне оледенял, 
     Но дымящейся плоти шматок отогнул, 
     И все те, кем я стать бы хотел для тебя, 
     Выходили колоннами по одному, 
     Становились в ряды под кинжальным 
     огнём 
     И хвостами циклонов над полем трясли. 
     Если страшно тебе, мы их снова пугнём. 
     Только ты хоть разок испугаться рискни. 
     

     

***

     


     Сжата клешнями спальных районов, 
     За бороздою лежит борозда. 
     Смотришь на Родину с гор Воробьёвых – 
     Скурвилась. Башенками поросла. 
      
     То ли бывало – статуи, шпили. 
     Точное время – фабричная рань. 
     Внуки и правнуки Джугашвили 
     Шли простирнуться на Иордань… 
      
     Никонов град! Был и ты аввакумов. 
     Нам ли бояться рябого кнута, 
     Царство приезжих – безвестно откуда. 
     Пункт пересадки – незнамо куда. 
      
     Что ж ты творишь, ненасытное чрево, 
     Спьяну крестя все четыре стены? 
     Хочешь забыться пивом ячменным, 
     А надираешься – просяным. 
     

     

***

     


     Упражняясь в бранном стиле 
     Подаваясь в корчмари 
     Ничего мы не достигли 
     Ничего мы не смогли 
     Сплёвывая слизь мартини 
     Проклиная блуд гостей 
     Ходим ночью по квартире 
     И боимся лечь в постель 
     Словно сон последним станет 
     И сместятся полюса 
     Золотыми лепестками 
     Обметает нам глаза 
     И уснём, в руках сжимая 
     Лет истлевших мокрый бинт 
     Их лишь рана ножевая 
     Новой кровью окропит 
     Здесь, где каждому пигмею 
     Придан сущий педагог 
     Город вечного похмелья 
     Недосыпа и долгов 
     От пелёнок до могилы 
     Участь наша решена 
     Мы дождёмся, брат мой гиблый, 
     Крыльев, неба и пшена. 
     

     Сергей Сергеевич Арутюнов родился в 1972 году в городе Красноярске. Окончил Литинститут им. Горького, семинар Т.А. Бек и С.И. Чупринина, лауреат премии им. Б.Л. Пастернака (2004). Ведёт семинар творчества в Литературном институте. К настоящему моменту издал четыре книги стихов, одну книгу прозы и одну переводов, автор многих статей и рецензий. 
      
      
                

Сергей АРУТЮНОВ

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *