Там далеко-далеко есть Земля…

№ 2012 / 47, 23.02.2015

Что тут ска­жешь… Каж­дый из нас меч­та­ет о сча­с­тье. Ищет его, пы­та­ет­ся за­хва­тить, а ког­да на­хо­дит, по­рой, не зна­ет, что с ним, сча­с­ть­ем этим, де­лать. Вро­де вот оно, поль­зуй­ся на здо­ро­вье.

Что тут скажешь… Каждый из нас мечтает о счастье. Ищет его, пытается захватить, а когда находит, порой, не знает, что с ним, счастьем этим, делать. Вроде вот оно, пользуйся на здоровье. Но не выходит. То ли умения пользоваться счастьем не хватает, то ли ожидание его наступления настолько затянулось, что «перегорело», утихло, подустало. Такая несуразная коллизия социальной действительности…


Прозаик Игорь Савельев, дважды финалист премии «Дебют», премии И.П. Белкина и премии «Ясная Поляна», очень тонко изображает нить поиска и стремления к счастью. Умение его подчеркнуть, иногда в ярко символичной форме, определение счастья и законы его постижения доказывает, что современная российская проза – проза по сути оптимистичная, по крайней мере, с огромным потенциалом на оптимизм.





В сентябре у Савельева вышла книга «Терешкова летит на Марс».


Признаюсь, выхода книги я ждал не меньше, чем автор.


«Марс» в романе и выступает прообразом счастья. Вся сюжетная линия построена на полётах и перелётах, удачно переплетаясь со вставкой об авиакомпании АРТавиа. Так, улетает в Америку Наташа – девушка главного героя. Соединённые Штаты здесь только на первый взгляд выступают мощной державой, развитой страной, демократическим государством, где неплохо было бы получить образование, пройти стажировку в престижном вузе. На самом же деле, Америка – это Марс. Далёкая неизвестная «планета», манящая и притягивающая к себе, зовущая и завораживающая своими таинственными кратерами – крупными мегаполисами с небоскрёбами и тихими городками с кафешками и барами. Наташа, в большей степени, едет не учиться, как бы ни любила учёбу. Она уезжает за счастьем, отправляется на поиски новой жизни. И героиню можно понять. Обычный провинциальный город, каких в России – тьма, скукота и однообразие, однообразное проведение жизни, подобно остальным, – институт, пять лет, работа в лучшем случае. А здесь новые горизонты. И неважно, что тот же Питсбург, может, не отличается ничем от Уфы или Самары, главное – ожидание, момент веры и надежды, что за границей всё интереснее, всё по-другому, а значит, лучше.


Стремится совершить «полёт» и главный герой Павел. Свой «Марс» он ищет достаточно долго. С ранних лет хотел стать архитектором, цель была, но как-то быстро она потускла. Вместо будущего архитектора Паша превращается в студента социально-гуманитарного факультета, где всегда недобор, куда поступить, «долететь» проще простого. «Потом Паша не раз думал: а чего он был так обдолбан воплями матушки, что не решился поступать в хоть чуточку более приличное и интересное место». Да, его отговорила мать, не поддержала, побоялась, что, выбрав тот же архитектурный или филфак, не дай Бог, не поступит, в армию уйдёт. А что такое армия для большинства современных молодых людей – падение, деградация, потеря года. Какой же здесь «полёт»? Так что, понимание находит и мать. Возможно, когда-то она не достигла своего «Марса», обожглась, поэтому хочет сейчас помочь сыну, не осознавая, на самом деле, что для любой ракеты нужно топливо, что любая планета не покорится сама по себе – нужна поддержка с энергией, иначе КПД спадёт до нуля.


На нуле колеблется и Паша. Но, главное, без апатии, с острым, ещё не успевшим угаснуть желанием снова покорить высоты, занять место на пьедестале. Потому так скоро он и соглашается на работу в АРТавиа – авиакомпании, сотрудничающей с вип-клиентами. Да, он соглашается. А что ещё остаётся делать. Работать нужно, сколько можно сидеть на шее у родителей. Наташа в Америке, хочется и самому доказать, что может, что не хуже, что силён и способен. К тому же, как ещё долететь до «Марса», если не работать в авиакомпании. Полёт, перелёт и вот она – «красная» планета.


Так Паша в конечном итоге знакомится с «марсианкой» Ольгой. Вип-клиентка, дочь влиятельного человека, цель одна – убедить, что АРТавиа действительно солидная фирма, безопасный и комфортный полёт.


Паша летит. Как-то незатейливо он сближается с Ольгой, влюбляется, хоть и не признаётся сам себе. Время идёт, время вместе с Ольгой. Каждый, может показаться, достиг своего «Марса». Наташа смакует в Штатах, Павел окрылён общением с «марсианкой». Но…


Полёт прекращается. Кладут в больницу мать Наташи, операция. Наташа возвращается из Америки. «Не знаю. Маме нужна поддержка, у неё никого нет, а я – тут…». И ложны, на самом деле, оправдания Наташи, что возвращается она не только из-за матери, а потому, что Америка – чужая страна, что возможности девушка переоценила, что тяжело, что не по силам. По силам! И справилась бы Наташа, если бы действовала не в одиночку. Но опять же, как в одиночку? «Так, может, я смогу что-то сделать? <…> Я могу! Серьёзно, я с радостью!» – предлагает Паша. Но всё напрасно. Ведь и Павел сам прерывает полёт. Отношения с Ольгой достигают пика, наивысшей точки наслаждения, конечной формы проявления страсти. «Но сейчас он не парился на этот счёт. Знал, что хватит его минуты на три. Что почти плачущая Ольга далека от удовольствия. Плевать. Он грубо брал своё». Да, Паша достиг своего «Марса», но не смог удержаться, оборвал нить наслаждения и возможной дальнейшей «счастливой», по его понятиям, жизни.


Улетает с «Марса» и Оля. Вступает невольно на грешную Землю, не представляя ещё, чем грозит это хождение по зелёной планете. «Папа не поможет. <…> Он на меня… накричал… Бросил трубку… Сказал… что я его обманываю…»


Не задерживаются на «Марсе» все. Верит ещё Игорь, друг Паши, писатель, что примут его рассказы в «Новый мир» или «Знамя», не отчаивается Данила, хочет продолжать работу – снова искать счастье. Но найдут ли, удержатся?..


На протяжении всего романа очень символично упоминаются сводки падения самолётов. «В тот день, 19 февраля 2007 года, в Красноярске аварийно сел «Боинг-757»; «Ту-134 авиакомпании «ЮТэйр», выполнявший рейс Сургут – Самара – Белгород, зашёл на посадку в районе села Кошки, промахнулся мимо полосы, пропорол грунт, перевернулся и разрушился» или «В эту ночь самолёт Ту-214 авиакомпании «Дальавиа», вылетевший из Москвы в Хабаровск, вынужден будет вернуться в Домодедово и совершить экстренную посадку». Падение самолётов точно соотносится и с падением самих героев. Почему так?


Ответ прост. И кроется он всё в том же русском одиночестве. Герои Савельева, как ни крути, одиноки. Они суетятся, бегают, рвутся за счастьем, но любые шаги их – обособленны и только с виду кажутся едиными, сосредоточенными, коллективными. Уехала бы из Америки Наташа, если бы уверена была наверняка, что в России имеется реальная опора, тот, кто маму поддержит? Порвал бы Паша отношения с Ольгой, если ощущал единое целое с ней, в истинном смысле. Бегал бы безнадёжно по редакциям Игорь, зная, что найдётся человек, который поможет, советом поддержит, даст наставления? Герои – сами по себе. Век индивидуализма настал, коллективное бессознательное осталось позади. А в итоге – всё та же суета сует.


Здесь очень точно в противовес общему настроению романа приводится сцена с Валентиной Терешковой. Она в прямом смысле предлагает совершать полёты на красную планету. «Человечество должно быть обеспокоено, что из далёкого космоса к нам прилетают разнообразные посланцы…» Она верит и имеет на это право. Она говорит «человечество», она думает о всех людях сразу. Да и сам президент её поддерживает, она ощущает опору. И здесь Терешкова не объект для зависти или возмущения. Это идеал, к которому нужно стремиться. Это не «Марс», а проводник к «Марсу». Наверняка и Терешкова испытывала когда-то неудачи, но с неудачами справилась, победила. Может, действовала сообща. Не тонула в собственных амбициях.


Но на этом фоне затрагивается ещё и тема власти. Заинтересовано ли само государство в своих гражданах. Оно поддерживает Терешкову, одобряет её порывы к дальнейшему покорению космоса. Но это – Терешкова. А наши герои остаются в подполье. «Путин замолчал». Так начинается роман. Герои никому не нужны, ни Павел, ни Ольга с Наташей не видят связи со страной. А без этого, пожалуй, трудно что-то делать для России, отсюда и неудачи, потому и потери. «Траур не объявят, потому что погибло так мало людей». Так роман заканчивается. И вот он – упрёк государству. Оно само – обособленно, не хочет замечать связи с людьми. О чём ещё можно говорить, спрашивается. Если нет заинтересованности государства в людях, как люди могут быть заинтересованы друг в друге, как тогда можно захватить частичку «Марса»…


Савельев – молодец. Точно изобразил, что нужно народу и что мешает ему в достижении нужного. Но так завуалировал это, так спрятал, что читатель должен быть благодарен за возможность самому попытаться достичь далёкой красной планеты.


Надо сказать, «Терешкова летит на Марс» не единственное произведение Игоря о поиске счастья. Повесть «Бледный город», впервые опубликованная в журнале «Новый мир» (2004, № 12), а после выпущенная отдельным изданием во Франции, также описывает скитания героев по стране в поисках адреналина, новых впечатлений, другой жизни. «Бледный город» – повесть про автостоп. Стихийно развивающееся увлечение молодёжи. Голосуешь на дороге, останавливается фура, договариваешься с водителем и – поехали. Не платишь, как правило, денег, но поддерживаешь разговор, сам вступаешь в беседу. Вот она романтика для героев. Сирость и однообразие обыденной жизни заставляет их отправляться в приключения. Сейчас уже не времена сказок, когда можно было сражаться с Соловьём-разбойником, не военное время и обязанность защищать Родину от иноземного захватчика. Путь поиска светлого будущего приходится искать самому. Будущее – размыто и эфемерно, у каждого оно своё. Автостоп – тот же путь, необычный по своей природе, опасный и неожиданный.


«Просто из каждой поездки любой автостопщик привозит с десяток басен и басенок. Это – чьи-то судьбы. Это – случаи, когда весёлые, когда не очень». Герои опять-таки одиноки. Чужие истории наполняют их собственную жизнь, чужие переживания побеждают собственные. И здесь, казалось бы, и происходит то самое коллективное соединение, общественный акт – герои вместе. И вот он «Марс», вот он – желаемый пункт: Нижний Новгород или Екатеринбург, вот оно счастье. Но счастье мнимое, больше наигранное, искусственное. Счастье – для конкретного человека, для отдельно взятого автостопщика. Ведь это только на первый взгляд кажется, что автостопщиков много, что действуют они сообща, а значит, и счастье реальное.


Но есть свои правила, и дорога их предъявляет. Ребята, путешествуя одной командой, должны находиться вдалеке друг от друга при голосовании. Иначе машина не остановится. Кому захочется подбирать сразу двоих? И снова разобщённость, всё тот же исход. «Вадим никогда не отказывался становиться последним. Вот хлопнет дверца, и друга твоего увезут. И ты вдруг понимаешь, что остался один на этой жестокой и бесконечной трассе! И тут же острое-острое чувство одиночества, в «мирной жизни» не такое явное, пронизывает тебя».


Героям нравится одиночество. Они привыкли к нему настолько, что научились получать наслаждение. «Это ведь только словечки в автостопе все американские… А по сути это: русская дорога и русская тоска».


И в этом, в свою очередь, беда героев «Марса». Они не понимают своего одиночества, а следовательно, не могут его и полюбить, не могут воспользоваться им, захватив в объятие счастье – навсегда.


Спрашивается, а почему герои Савельева постоянно перемещаются. Уезжают, улетают, меняют место жительства. Понятно, что ищут отголоски счастливой жизни, но что их не устраивает в жизни реальной? Она что, настолько ужасна?


На эти вопросы Игорь Савельев косвенно отвечает в повести «Гнать, держать, терпеть и видеть» («Новый мир», 2007, № 1). Здесь автор изображает страшное, по правде говоря, поселение «Лодыгино». Это «глухой окраинный посёлок, давший имя огромному кладбищу». «Говорят, здесь есть даже школа. И при этом самый естественный вопрос, рассеянный, который прозвучит из бесконечных катафалков, идущих и идущих мимо домиков: Как, в Лодыгине живут люди?»


И ничего, живут, не жалуются. Арсений Иванович, дед, прошедший войну, тётки и остальные мужики. Несколько домов, беспробудное телесное пространство. «Продукты привозят… Единственное — туго с выпивкой». Но всё равно ухитряются. Гонят самогон, продают, покупают, пьют. А что ещё делать?


Герои, конечно, не в восторге от Лодыгина, но ощущение, что приехали всего лишь в гости, что не надолго бодрит их, успокаивает. «Пугало всё: и её деревянное смущение, тоже и дом, развалина-халупа с газетами в нужнике. Туалет кишел паучками и всякой нечистью; неужели всех такое ждёт?!»


На самом деле, в повести на фоне жуткого Лодыгина переплетаются ещё и судьбы героев. Тема взаимоотношений, дружбы, обиды и предательства – всё налицо, всё, как в простой жизни. Лодыгино – типичное поселение, где происходят привычные вещи. И нет ничего удивительного в этих трущобах с развалинами, пьющих поселенцах, убогих просторах и безнадёги. Это неизбежность, это правда, это реальный мир. Радует одно, герои в этом мире жить не хотят. «Они брели по лесу днём, брели по лесу ночью, когда громадно-багровая, словно насосавшаяся крови, луна выползла сбоку, напугала всех. Пути назад всё равно не было». Героям чуждо Лодыгино, они не хотят даже думать о единении с ним. Они как бы исключаются из «лодыгинской природы». И здесь же вспоминается название повести. Примеры глаголов-исключений по спряжению. Из первого склонения герои, подобно глаголам, переходят во второе. Из захудалой чужбины бегут навстречу светлой жизни. И впереди у них тот же автостоп, та же дорога, тот же «Марс».


Савельев верит в своих героев, что важно. Он не оставляет их, он с ними заодно. А значит, можно надеяться, что в конце концов каждый найдёт своё счастье.


И герои, и сам автор, все…

Сергей КУБРИН,
г. ПЕНЗА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *