Вологодская междоусобица

№ 2016 / 4, 03.02.2016

Литературная Вологда переживает, кажется, очередной накал страстей. Впрочем, за ситуацией в минувшие годы я не следил, вполне возможно, что и раньше братья по перу ссорились не меньше и не реже. Но в этом году борьба, кажется, вышла на новый уровень (в частности, в прошлом номере «Литературной России» была напечатана статья Андрея Смолина «К восторгу графоманов»; перипетии борьбы Союзов анализировались в вологодской газете «Премьер»).

Истоки этой борьбы – в изначальной непримиримости двух Союзов – писателей России и российских писателей, известной ещё с 90-х годов. Если коротко: представители обоих Союзов считают друг друга (отбросим этикет) графоманами и обличают в присвоении и бездумной растрате бюджетных денег. История, кажется, обычная для многих регионов Российской Федерации.

В 2015 году причиной для ссоры стали два альманаха: «Литературная Вологда» (СПР) и «Вологодский альманах-2015» (СРП). В газете «Вологодский литератор» В.Н. Бараков напечатал почти разгромную критическую статью о «Вологодском альманахе», в ответ на что Антон Чёрный разразился «Открытым письмом профессору Баракову».

Собственно, можно было бы попытаться проанализировать упрёки обоих Союзов друг другу, но, на мой взгляд, дело это абсолютно бесполезное. Во-первых, потому, что сам принцип выяснения отношений, как правило, не даёт желаемого терапевтического эффекта (как в литературе, так и в жизни); а во-вторых, потому, что литература, изящная словесность играет в этих упрёках далеко не главную роль. Основным яблоком раздора тут является то, что можно назвать литературократией (кто главный, кто распределяет роли, ищет молодые таланты, устраивает литературные мероприятия) и примыкающий к ней финансовый вопрос. Как показывает жизнь, проблемы эти, увы, практически нерешаемые. Но я бы хотел обратиться к собратьям по перу (да не выразят собратья мне общее презрение за то, что я вызвался поучать и тех, и других) вот с каким рассуждением.

Мы живём в обществе наступающего постмодерна (не путать с постмодернизмом). Постмодерн, помимо прочего, характеризуется тем, что, в отличие от привычной для нас ситуации поиска смысла, истины, – ищет не их, а что-нибудь интересненькое. Для постмодерна, по сути, не нужен смысл, ему нужен сам процесс вовлечённости во что-нибудь – не важно во что. Для того, чтобы понять это, можно просто вспомнить нашу эстраду или ток-шоу.

Литература, увы, тоже не может быть свободна от этих процессов. Вернее, она от них уже не свободна. Задайтесь вопросом: если не считать писателей, имеющих российскую или даже мировую известность, кто попадает на полосы газет и интернет-ресурсов? О ком «говорят»? Исключительно о тех, кто участвует в литературных скандалах. Участие в скандалах – идеальный способ стать «современным» писателем. И если для имажинистов, например, скандал был средством стяжания известности, то в нынешней ситуации скандал является самой литературой. Посмотрите, даже писатели не читают писателей! В книге Захара Прилепина «Именины сердца: разговоры с русской литературой» есть очень интересный повторяющийся момент: Прилепин спрашивает у своих собеседников: а как Вы относитесь вот к такому-то или такому-то. На что многие из собеседников честно отвечают: не читал. Понятно, что причины для нечтения современников очень разные и уважительные. Но важен сам факт: писатели не читают писателей. Что уж тогда говорить о читателях!

А и вправду, почему бы не поговорить о читателях? Современному читателю (в большей степени имеющему дело с экраном, чем с бумажной книгой) гораздо интереснее прочитать про то, что «Улицкая назвала россиян «грязными больными дикарями», чем читать книги Улицкой; про то, за что забанили Прилепина на фейсбуке, чем читать книги Прилепина и так далее. Как-то раз я сидел на скамеечке в коридоре Вологодского филфака, а рядом ждали начала пары студенты. И вот один студент взял со шкафчика (в коридоре стоит) книгу Рубцова, открыл наугад и прочитал: «Звезда полей в мгле заледённой» и засмеялся. Действительно, не смешно ли – «заледённой», и слова-то такого нет! Это студент Вологодского филфака читает Рубцова. Рубцов для Вологды – практически небожитель.

Вот какие читатели.

Проблема в том, что у обоих Союзов есть общий враг, гораздо более опасный, чем идеологические, эстетические и прочие разногласия. Враг этот – стирание, вымирание литературы как таковой (в привычном для нас значении этого слова), отмирание интереса к литературе. Не к чтению – читают-то сейчас больше, чем раньше, а именно к изящной словесности. Не стоит ли направить свои художественные, критические и публицистические силы на этого реального врага, а не на мнимого, которым является другой писательский Союз?

Николай ДЕГТЕРЕВ

г. ВОЛОГДА

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *