ИЗУМЛЯЕМСЯ ВМЕСТЕ С ОЛЬГОЙ РЫЧКОВОЙ

№ 2007 / 11, 23.02.2015

ЖЁЛТАЯ ПРАВДА 
      
     Жёлтый (в сочетании с чёрным) цвет обложки «романа-провокации» Ирины Майоровой «Про людей и звездей» (ЗАО «РОСМЭН-ПРЕСС»), конечно, не случаен. Как и кокетливые женские трусики, обложку украшающие. И обещание рассказать «правду о звёздах – это захватывающе интересно и крайне опасно». Как вы уже догадались, под звёздами (или «звездями») имеются в виду не космические тела, а популярные личности из мира шоу-бизнеса. Автор книги раньше вела светскую хронику в одном из «российских изданий», поэтому о жизнь кумиров ей известно гораздо больше, чем рядовым зрителям и читателям. Так что трусики и прочее бельё «звездей» будут вывернуты наизнанку со всей тщательностью. 
     Занятие это небезопасное, поэтому автор предусмотрительно не указывает настоящие имена народных любимцев. Как правило, она меняет в них одну-две буквы: и узнать можно запросто, и придраться не к чему. Угадайте, кто скрывается за певицей Аксу? А кто такой телеведущий Махалов? Певец Баксов? Актриса Люсьена Гурденко? Ирина Майорова вместе со своей героиней, журналисткой Улей Асеевой из вымышленной газеты «Бытие» (кстати, название ничего не напоминает?), специализирующейся на светских скандалах и сплетнях, приглашает заглянуть за эстрадные кулисы и даже в неглубокие (как правило) души эстрадных «звездей». 
     Например, желающие могут узнать всю подноготную «вчерашнего короля всех концертов и забойных элитных вечеринок» «двухметрового Фёдора Хиткорова»: «После того, как жена-бизнесменша застала его в постели с симпатичным пареньком и разбитной девицей (как они одновременно оказались в его койке, Федя и сам сказать не мог) и подала на развод, слава «мега-звезды» отечественной эстрады пошла на убыль. Сейчас он пребывал во втором, а то и третьем эшелоне, но пока Хиткоров судорожно бултыхался, удерживаясь за край больших сцен, он оставался объектом Улиного внимания. Вот окончательно свалится в оркестровую яму или куда пониже – тогда «до свидания». Асеева даже на его телефонные звонки отвечать не станет – а чего тратить время на отработанный материал?» Впрочем, и сама Уля – 25-летняя провинциальная выдерга без образования, пробившаяся в столичную «тусу» благодаря наглости, напору и тому подобным ценным в мегаполисе качествам, – тоже интересна Феде и прочим постольку-поскольку. «Ты им нужна до тех пор, пока их пиаришь да про их конкурентов грязные сплетни в газету проталкиваешь», – замечает бывший Улин жених. 
     Сами творческие достижения «звездей» «Бытию» до лампочки. В книге есть эпизод, где Хиткоров просит Асееву написать про его новый клип. «Ну и кому это интересно? Ты же знаешь, Федя, чтобы на первую полосу попасть, скандал нужен. А о клипе… ну так, заметулька в колонку. Без фотографий», – парирует Уля. Но Хиткоров находит выход: выдумывает историю об украденном перстне – подарке жены, который «стоит миллион баксов». Хотя на самом деле «пропажа» проиграна в казино… 
     Однако перед нами не просто расширенный вариант «жёлтых» газетно-журнальных статеек. Авторская миссия заключается не в разоблачении продажного и беспринципного мира шоу-бизнеса, а в разоблачении продажного и беспринципного мира «жёлтой» прессы. Светские хроникёры по части цинизма способны не только потягаться с шоуменами и шоувуменами, но и дать сто очков вперёд. Уля считалась подругой популярной певицы Пепиты (догадались, кто это?). Пепита проводила Асееву на закрытые тусовки, куда журналюг и близко не подпускали, делала подарки, а однажды пожалела Улиного коллегу – перепившего фотографа Робика Булкина – и отвезла его к себе домой, чтобы тот проспался и пришёл в себя. Хотя никакой корысти или сексуального интереса у неё нет. Единственное, о чём просит Петипа подругу, – чтобы вызванный на замену Робику фотограф её не снимал: «Я, пока твоего Булкина тащила, платье помяла, да и макияж от потенья-пыхтенья поплыл…» Однако через день фотография помятой певицы украшает центральный разворот «Бытия» с заметкой Асеевой «Пепита пустилась во все тяжкие»… 
     В общем, ложь, «подставы», клевета – лучшие друзья некоторых светских журналистов, и теперь читатели будут знать, из какого сора растут «заметульки» в «жёлтой» прессе. Портрет грязного шоу-бизнеса и пишется грязью. Вот только для кого это станет откровением? Для читателей «Бытия» – «торговцев рынков, консьержек, дворников, приехавших в Москву на заработки из бывших союзных республик, а также вахтёрш и охранников, занимавших нехитрым чтивом тягучее, как гудрон, рабочее время»? А может, не стоит лишать их любимого занятия: какое-никакое, а чтение… Всё лучше, чем водка или что похуже. А можно пойти дальше и обнародовать историю про издательско-писательский мир, в котором своего сора навалом. Из которого растут истории про бесчестных журналистов, которые малюют враки про продажную эстраду, которая, в свою очередь… Копаться в грязи можно долго. Пока не достигнешь самого дна. 
      
      
      
      
     Мистика для дамочек 
      
     Сначала я думала, что «Камень, ножницы, бумага» (издательство «Октопус»Ольги Шатохиной – это просто дамский роман. История не слишком удачливой (и в личной жизни, и в карьере) московской журналистки Вероники, которая «работает ведущим редактором в информационном агентстве «Круиз». Получает, если повезёт, долларов четыреста в месяц, – вместе с гонорарами. Информационное агентство редко бывает хлебным местом, тем более такое маленькое, как «Круиз». Правда, оно живучее, перетерпело даже достопамятный дефолт 1998 года, погубивший престижное издание, в котором Вика работала музыкальным обозревателем. Минул не один год, но о том времени Вика вспоминать не любит. Тогда она не только потеряла хорошую работу, но и окончательно похоронила надежду пробиться на сцену со своими рок-балладами в качестве самобытной певицы по имени Вера Ника. Она пела собственные композиции, аккомпанируя на рояле или синтезаторе. Тонкие ценители хвалили…» 
     Что касается личной жизни, то в прошлом остались так и не родившийся ребёнок и муж-самоубийца, выбросившийся с крыши 17-этажного дома. Из близких у Вики только подруга Лера да домашний кот. Родственники не в счёт: родители постоянно подтрунивают над дочкой, а сестре Наташе не даёт покоя отдельная квартира Вероники. Забегая вперёд: Наташа даже попыталась объявить Вику сумасшедшей, чтобы завладеть её столь драгоценной в столице жилплощадью… 
     И без того не слишком радостную жизнь осложняет телефонный звонок: некто требует от героини, чтобы её бывший сослуживец Валера по прозвищу Хиппи «вернул то, что взял», иначе «хуже будет». Хотя Вероника видится с Хиппи очень редко и не в курсе его дел и долгов. С этого звонка начинается цепочка странных и опасных событий: Вику преследуют зловещие тени, ей угрожают смертью, в её квартире буквально из-под ковра вырастает ужасная собака (ещё покруче собаки Баскервилей!)… К тому же среди её знакомых начинается волна внезапных, ничем не мотивированных самоубийств, которые происходят по прочтении таинственной рукописи. Чтобы разобраться в этом непонятном ужасе, героине понадобится двести с лишним страниц, на протяжении которых она избежит смерти, встретится с «воскресшим» экс-супругом (который, оказывается, и не думал умирать, но в финале всё-таки отправился на тот свет окончательно) и обретёт женское и человеческое счастье со своим старым знакомым… 
     «Камень, ножницы, бумага» получился довольно эклектичной смесью «мистики» и «дамскости». С одной стороны, автор детально и живо показывает суматошную сложную жизнь маленькой женщины в огромном городе – с бытовыми неурядицами, трудовыми заморочками, вечными поисками любви и денег. С другой – реальное бытиё перемешано с «потусторонним» не всегда тщательно. Повествование напоминает, скорее, слоёный торт из нескольких коржей – «жизненных» и «мистических». Для поклонников «бесовщинки» «женская» составляющая может показаться слишком пресной, для любительниц дамских романов вся эта мистика – чересчур «острой». Видимо, автора вдохновлял бессмертный роман «Мастер и Маргарита». Нового «Мастера» не получилось – получилась «дамская мистика». Кстати, в последнее время подобных произведений становится всё больше. Однако тенденция: от гламура – к «высокому»? 
      
      
      
      
     ТУАЛЕТНЫЙ РОМАН 
      
     Да, а что такого – у Булгакова был роман «Театральный», а у Никиты Питерского – туалетный. Действие книги «Семь кабинок» (ЗАО «РОСМЭН-ПРЕСС») разворачивается в женском туалете ночного клуба. Правда, туалет закрыт на ремонт, но это не мешает ему бурно функционировать – пусть и не по прямому назначению. Именно там назначают интимные свидания сотрудники ночного клуба (на всякий случай уточняю: разнополые). Именно там представители криминального мира Олег и Штрих ищут-ищут и никак не найдут оставленный для них диск с очень важной и ценной информацией. Именно там… Хотя проще обратиться к аннотации: «Авантюристка, наркоман, гламурные женщины и профессиональный убийца попадают в нелепую и опасную ситуацию, становясь поочерёдно то палачами, то жертвами. Это не просто детективная история, но и рассказ о том, какими люди бывают ошеломительно смешными и ошеломительно глупыми – в самые неподходящие моменты своей жизни…» 
     Насчёт «ошеломительно смешного» аннотация загнула – ничего такого в романе нет. А вот что касается «ошеломительно глупого», она права на все сто. Это касается и натужного сюжета, выстроенного по принципу «рояль в кустах» (причём не один рояль, а много), и стиля. Персонажи сталкиваются друг с другом как-то ошеломительно нелепо и ведут себя соответственно. Бандит Олег, пришедший в туалет за диском и застукавший там милующуюся парочку, изъясняется высоким (чуть ли не одическим, как во времена Ломоносова) штилем: «…Я только что залез рукой в унитаз и копался там чуть ли не в фекалиях! Так я себя ещё никогда не унижал! И если ты думаешь, что мне нравится, когда от моих рук воняет всяким дерьмом, ты сильно заблуждаешься. Не ты одна делаешь что-то не по своей воле, а из-за сложившихся обстоятельств. Я бы лично предпочёл, чтобы вас тут вообще не оказалось! Созерцать твою наглую физиономию мне совсем не в кайф… Но так уж получается, что нам ещё какое-то время придётся побыть вместе. И если ты не хочешь, чтобы я превратил тебя и твоего дружка в две холодные синие тушки, тебе лучше заткнуться!» После такого диалога Олегов напарник Штрих «замер, не в силах понять, как у Олега получается так красиво говорить». «Мне и самому, кстати говоря, это не совсем ясно», – самокритично признаётся автор. 
     Впрочем, Никите Питерскому, похоже, много чего не совсем ясно. И самое главное – что такое книги и как их писать. В «Семи кабинках» помимо «туалетного действа» есть постоянные экскурсы в прошлое героев, изложенные столь же «ошеломительно». Вот портрет хозяйки ночного клуба (и, соответственно, туалета, в нём находящегося) Валерии Павловны: «Валерия Павловна любила читать гламурные журналы. Собственно, читать там особо нечего, – короче просматривать. Ей нравилась красивая жизнь – тех, на картинках, и её собственная. Между ними было много общего. Она тоже обожала косметические процедуры, до болезненности. Spa, например». После такого топорного письма надписи к фотографиям в упомянутых гламурных журналах начинают казаться просто литературными шедеврами. 
     Совет тем, кто успел посмотреть одноимённый фильм Дмитрия Месхиева: искать десять отличий между кино и книгой, как предлагает обложка, не нужно. Раз вы уже потратили полтора (или сколько длится фильм) часа экранного времени, наступать на те же грабли ещё раз не стоит. Тем более, на чтение уйдёт больше времени. А тем, кто кино не смотрел, браться за роман не надо тем более – послушайтесь народной мудрости и учитесь на чужих ошибках. Думаю, читатели «Семи кабинок» это подтвердят. 
      
      
      
     

Ольга Рычкова

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *