Литературный критик: кто он и кому нужен?

№ 2021 / 47, 14.12.2021, автор: Александр КУРИЛОВ

Таланты истинны за критику не злятся:
Их повредить она не может красоты;
Одни поддельные цветы
Дождя боятся.
И.А. Крылов

По своему происхождению литературная критика – это надзор за литературой, её состоянием, характером, содержанием и качеством, а также движениями внутри неё и направлением в её развитии. Осуществляет она всё это, подвергая суду литературно-художественные произведения, в процессе которого определяет их достоинства и недостатки и выносит соответствующий приговор. Те, кто выбирает для себя, говоря словами А.Ф. Мерзлякова, «благородную должность» по надзору за «духовной пищей», что «готовят» писатели, и являются литературными критиками.
Критик не даёт оценку произведениям. Оценкой произведений занимаются издатели. Она соответствует величине выписанного авторам гонорара. Критик определяет ценность «духовной пищи», приготовленной писателями. Шкала литературно-художественных ценностей устанавливается теорией литературы, понятиями о сущности литературно-художественных произведений, их назначении, чем и руководствуется критик, прилагая теорию литературы к литературным произведениям, подвергая их тем самым литературному суду.

Однако, как отметил ещё В.Г. Белинский, есть «два рода» критики. Критика «первого рода» прилагает к литературным произведениям «качественно новую теорию, которая является шагом вперёд, открытием нового, расширением пределов знания или даже совершенным его изменением». Критика «второго рода» прилагает теорию существующую. Зато она «меньше рискует». Соответственно есть и «два рода» критиков, которые, выявляя и обозначая достоинства и недостатки новых произведений, делая выводы о их качестве, своевременности, необходимости и полезности, исходят каждый из своего личного представления о сущности литературы и её назначении.
Если критик видит в литературе вид развлечения, а в чтении книг средство ухода от повседневных забот, то высшей ценностью для него является занимательность, и основное внимание он обращает на развитие сюжета, коллизий, перипетий в судьбах персонажей.
Если для критика литература художественный аналог действительности, то высшей ценностью он полагает достоверность изображённого, его правдивость.
Если критик считает, что литературное произведение это художественное решение нравственных вопросов, то приоритетным для него является важность, значимость, актуальность и убедительность их решения. И т.д.
Кому нужен критик? Прежде всего, что естественно, писателям. Как публичный редактор, указывающий на недостатки произведений. Но не для того, чтобы писатели их исправляли или устраняли – «истинные таланты» (другим критики без надобности) на такое никогда не шли и не пойдут, убеждённые в том, что сказанное и изображённое ими иначе никак изобразить и выразить нельзя, – а для того, чтобы писатели избегали повторения подобного при создании новых произведений, извлекали необходимые уроки. И одновременно уберечь начинающих писателей от ошибок писателей состоявшихся, действующих.
Критик нужен обществу, как публицист, обращающий внимание на «нравственные вопросы», которые «художественно решаются» произведениями, «разъясняющий – повторим вслед за Н.А. Добролюбовым, – явления действительности, которые вызвали художественное произведение», и выделяя то, что «сказал» в нём автор, «хотя бы и ненамеренно, просто вследствие правдивого воспроизведения фактов жизни». Нравственное здоровье общества во многом зависит и от «духовной пищи», которой его «кормят».
Кому критик точно не нужен, так это читателям – любителям чтения, кто и дня не может прожить без «духовной пищи». Ведь читают в основном из любопытства, желая узнать для себя что-то новое, поучительное. Читающим нет дела до достоинств и недостатков литературных произведений, им важно только их реальное содержание.
Литература, в самом общем виде, это рассказы либо небольшие, либо пространные (повести, романы) о жизни людей разных стран и эпох, их поведении, поступках, судьбах, что главным образом и интересует читателей. Им не нужны критики, что смотрят на произведения, как на изделия, хотя и штучного производства, но тем не менее изделия одного «литературно-художественного цеха» по производству «духовной пищи». Однако читатели охотно знакомятся с суждениями других, таких же, как они, читателей, в том числе и специализирующихся на изложении своих мнений в печати, кого привыкли считать тоже «критиками».
Читательские суждения и мнения о тех или иных произведениях «доставляют случай», – как уже подметил в своё время «умный и весьма образованный человек», персонаж статьи-диалога В.А. Жуковского «О критике», – сравнивать собственные понятия (о прочитанном. – А.К.) с чужими… и, следовательно, представляя им с другой точки те предметы, которые они уже с одной или с некоторых рассматривали…». Конечно, знакомство читателей с критикою никак не противопоказано, однако они должны понимать, что критики смотрят на все «предметы», имеющиеся в литературных произведениях, исключительно с производственной, творческой точки зрения, даже когда касаются «художественных решений нравственных вопросов».

Александр КУРИЛОВ,
доктор филологических наук

11 комментариев на «“Литературный критик: кто он и кому нужен?”»

  1. 1. Странно, что нет ни одного комментария на статью д.ф.н. А. Курилова с вызывающим названием «Литературный критик: кто он и кому он нужен?». Ни одного со стороны наших «остепенённых» за 20-30 лет докторов филол. наук. Сказать нечего?
    2. Ответ дан в эпиграфе национального поэта И.А. Крылова, цитирую и комментирую:
    2.1. «Таланты истинны за критику не злятся:». Я сам по жанру «поэзия» принят в МГО СП РФ. Критики по ритмике,образности, логике, лексике своей поэзии не встречал (кроме криков «я вас не читала и читать не буду»)
    2.2. От И.А.Кр.: » Их («истинных», прим. Ю.К.) повредить она не может красоты;» Конечно, молчание критиков и критикесс — это уже Признание художественности поэзии.
    2.3. От И.А. Кр.: » Одни поддельные цветы
    Дождя боятся». И лично я за свои стихи и песни не боюсь «дождя», т.е. критики от «несостоявшихся поэтов».
    3. Кто себя увидел здесь, может «засветить» свой уровень. И хотя бы ответить на тезисы А. Курилова.

  2. А я обратил внимание на статью…Другое дело,что литература- в том числе и российская- ныне увядает,- по обьективным причинам.
    Мощное наступление современных форматов-ТВ, кино, цифры…
    Тиражи бумажной продукции мизерные-и книг и периодики.
    Да, литературный «цех» остался,но такое впечатление,что стал некоей Башней из слоновой кости.

  3. Критики бывают разные. Умные и не очень. Порядочные и не совсем. «Начётчики» (догматики) и свободНо мыслящие. Остроумные и скучноватые. РАЗНЫЕ. Кому они нужны и нужны ли? Были нужны (в меру) и писателям, и читателям. А ещё разному начальству: с их помощью начальство писателей могло наказать, а могло и помиловать. Сейчас они не очень нужны, но пусть будут, мне не жалко. Лично я ещё со школьной скамьи много книг прочитал, в том числе, и книг критиков. Но мне как будущему литератору больше помогли для профессионального роста сами книги разных жанров (я пытался понять, как они «сделаны») и книги писателей о литературном творчестве. «Просто писатели» писали проще и понятнее профессиональных критиков, а потому мне больше нравились. Но были и критики «любимцы», например, В. Г. Белинский. Я восторгался его стилем, языком, экспрессией. Я с удовольствием прочитал бы о своём творчестве умную статью профессионального критика, но, увы, таковых было мало. Или хвалят (спасибо, конечно), или пишут не о литературе, а о «окололитературной движухе», в которую меня, было, засосало в 2005 — 2012 годах. Причём, толком ничего не зная, сочиняли небылицы. Я отошёл «в тень», мне хватало маразма в системе образования, в которой я проработал много лет (до 31 августа 2021г.) Я стал «неработающим пенсионером»! Неработающий писатель — это, кажется, оксиморон»? Впрочем, равнозначным будет и оксюморон. Но, увы, мои надежды спрятаться от маразма не сбылись! Впрочем, это уже не про литературу…
    С Новым годом всех!

  4. ЛОПУСОВ

    Однажды в редакцию «Московского вестника» нагрянул искромётный Юрий Лопусов и прямо с порога давай при всех меня хвалить. Со мной не раз подобное случалось, что всегда неприятно поражало присутствующих. Серб, говорил Лопусов, написал стихотворение есенинской глубины и процитировал несколько строчек:

    …Есть ли жизнь за гробом — Богу лишь известно.
    Если существует тот и этот свет,
    если нету смысла в этой жизни грешной,
    то в загробной жизни тоже смысла нет.

    Воцарилась гробовая тишина… Мне ничего не оставалось, как только сострить, что Есенин до такого б не додумался.

  5. правка

    ПРОВОКАЦИИ

    В московской литературной тусовке мне вечно сопутствовали провокации.

    После выхода в журнале «Московский вестник» поэм «Тосты и тесты «Московского вестника», «Точки над i», «Точки под i» Валентин Устинов (к сожалению, ныне покойный), войдя в конференцзал московской писательской организации, где все собрались (не помню по какому поводу), сказал: «Поэмой «Точки над i» Серб себя обессмертил. Устинов говорил искренне, тем сильнее это подействовало на окружающих, по которым его слова пробежали, как рябь по воде. На провокацию это не было похоже, но последствия…

    Вскоре ко мне кто-то подошёл со словами, мол, не слушай Устинова… не тот масштаб, не авторитет и проч…

    Не успели утихнуть страсти вокруг поэм в «Московском вестнике», который, кстати, недавно прекратил существование по воле нынешнего начальства МГО СП, как меня накрыла волна новых провокаций. Это история с альманахом поэзии Владимира Кострова, о чём писала «Литературная Россия», а также слух о том, что Валерий Ганичев (тоже покойник) готовит мне премию. Последнее было сказано, как и в случае с Устиновым, в редакции «Московского вестника» при стечении за бутылкой авторов журнала и членов редколлегии. Озвучил эту новость гонец с Комсомольского проспекта, зашедший к нам в гости. Не знаю, сам он это придумал, или с подачи самого Ганичева… Последовавшую немую сцену мне пришлось прервать самым прозаическим образом. Если это правда, сказал я, мы эту премию здесь же все вместе и пропьём.

    Никакой премии я, естественно, не получил, зато многие потом при встрече в ЦДЛ спрашивали меня: «Ну как, дал тебе премию Ганичев?..»


    Николай Сербовеликов

  6. В свой адрес я слышал как лестные отзывы типа «гений», так и не менее лестные «тоже мне гений!..», «тоже мне литературно-общественный деятель…»

  7. * * *

    В.Огрызко

    Бьют за талант, и сильно бьют,
    уничтожают,
    не в порошок тебя сотрут,
    так закопают.
    А это главный твой успех,
    когда один ты против всех.

  8. ***

    Их расплодилось бесполезно,
    Непотопляемых писак,
    Как нерезаных собак,
    Беснующихся повсеместно.
    Размножилось по всему миру,
    Как в чистом поле сорняков,
    Терзающих глухую лиру,
    Их заклеймить не хватит слов.
    Я, как читатель одной книги,
    Могу сказать,
    Я также автор одной книги,
    Не знаю, где её достать.
    Я для себя, едрёна мать,
    Пишу, чтоб было что потом читать.

  9. С мечтою тайной о фуршете
    На съезд сбежался наш кодляк.
    Что лучше может быть на свете,
    Чем вместе выпить на дурняк.
    Не терпят власти графоманов,
    Которых не за что любить,
    Хоть и лишили гонораров –
    Не удаётся их добить.
    Власть правильно всё понимает.
    Там, наверху, не дураки,
    Порой и сами сочиняют
    Не хуже прозу и стихи…
    На съезде, после регистрации,
    Чтоб даром время не терять,
    Впадаю, как всегда, в прострацию
    И начинаю возникать.
    Ничто меня не вдохновляет,
    Слоняюсь по углам…
    Никто меня не возбуждает,
    Кроме присутствующих дам.
    Писать умеют единицы,
    Я богу своему молюсь…
    Сегодня надо бы забыться…
    И, чувствую, что надерусь.
    От всех бездарностью разит,
    И каждый третий в зале спит.
    Пред мирозданьем в бренном мире
    Всё и бездарно, и убого,
    И немощна под богом лира…
    Поэтому — молИмся богу.

  10. Вопросы … и ответы графоману на карьеру в союзе писателей
    * * *
    — Зачем нужна литература?
    — Чтоб умный хохотал и дура!
    Ты просишь у меня совет?
    Бери же грамотный ответ!

    — Ум где искать? У Канта или грека?
    — Ищи всегда в библиотеках.
    — А на эстраде что найду?
    — Смешки про жизнь и ерунду.

    — А кто такой, что есть писатель?
    — Ну тот, который слов создатель.
    — А литератор? Это кто?
    — Ну тот, кто в стареньком пальто,
    Так, чтоб философ нищеты
    Жил на гроши своей мечты.

    — Ну, а зачем Свет Иванов?
    — Чтоб наломать побольше дров!
    — Чем занят Секретарь- «поэт»?
    — Пророка ищет тридцать лет!

    Чтоб получить ГэВэ-ву милость,
    Пройдите тест пока на «вшивость».
    А критику на чудака умерьте.
    Он вас слобирует — поверьте!

    — Куда ж талантливых девать?
    — Не надо только хохотать!
    Пускай идут в детсад и школы,
    Не пишут для детей крамолы!
    Ведь всё написано давно.
    Не надо создавать хавно.

    Бросают пусть макулатуру,
    Бегут читать литературу,
    Где ждут всегда без громких слов
    Наш Пушкин, Гоголь и Рубцов!

    Сказал когда-то Водолей:
    Девиц учить на матерей.
    Ребят направить к молотку,
    За чертежи или к станку.

    А тех, кто рвётся в топ-модели
    Ждёт перспектива — ждут панели.
    Писать не надо ерунду,
    Изображать собой Гуру!

    — А надо ли вопще писать?
    — Конечно! Чтоб себя читать!

    В порядке дискуссии.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *