Снят за беззубость и идейные шатания

За что был выгнан из «Журналиста» Егор Яковлев

Рубрика в газете: Тайны кремля, № 2019 / 18, 17.05.2019, автор: Вячеслав ОГРЫЗКО

В начале мая 1968 года по Москве поползли слухи, что ЦК партии снял с работы главного редактора журнала «Журналист» Егора Яковлева. Сняли, как утверждал 5 мая в своём дневнике заместитель главреда «Нового мира» Алексей Кондратович, «фактически за одну статью Ф.Кузнецова.
А формулировка снятия: «За гнилую линию». Вот и ещё одна формулировка прошлых времён возвратилась».


Спустя годы Кондратович вернулся к этой дневниковой записи и дал следующий комментарий:
«Е.Яковлев – главный редактор журнала «Журналист». Человек живой, думающий. Был первым редактором этого журнала и смог его сделать интересным. Видимо, это не устраивало чиновников: интересное, свежее им противопоказано.
В одном из номеров этого журнала была помещена статья довольно осторожного критика Феликса Кузнецова. В этой статье была абсолютно правильная мысль о том, что критика не всегда должна идти за читателем и непременно учитывать его мнение, тем более, что и читатели бывают разные.
Но понятие «читатели» давно у нас стало жупелом, так же, как и «народ». Жупел это святой и в сущности оскорбительный: читатели, народ предстают как некая единая, нераздельная масса. Масса по ранжиру, без лица, с одним правильным безошибочным мнением.
И эти жупелы так же давно стали привычной дубинкой, за которую всякий раз хватаются, чтобы огреть индивидуальность.
Словно народ не состоит из индивидуальностей, подчас ярких и неповторимых.
Сомнение в правоте читателя возмутило не читателей, а тех, кто использует дубинку. Кампанию против статьи в «Журналисте» взялась разжечь газета «Советская Россия», которую возглавлял тогда генерал Московский. Когда-то он редактировал газету «Красная звезда», и я его по тем временам хорошо знал. Бабник, любитель выпить, Василий Петрович Московский журналистом был никудышным, я его не раз правил, и он не то что не возмущался, а благодарил за правку: у него всё же хватало ума на то, чтобы понимать, что писать он не умеет. Потом он сделал скачкообразную карьеру, то взлетал, то опускался, был одно время даже заместителем председателя Совета Министров РСФСР, но оказался всё-таки снова редактором, на этот раз «Советской России».
Не знаю уж что, может быть, личные неудачи, или скорее надежда на какую-то сильную руку толкнула Московского на серию разного рода мракобесных, преимущественно проработочных статей. Газета выступила в качестве затравщицы, поднимавшей лай то ли по собственной злобной охоте, то ли по чьей-то указке.

Егор ЯКОВЛЕВ

Ф.Кузнецов дал повод для демагогии. «Читатели» возмутились. Газета предоставила им место, и не один раз. Делалось это не без желания агитпропа ЦК, который и хотел изменить лицо «Журналиста» и снять Егора Яковлева.
Сняли. И как всегда в таких случаях – журнал стал хуже. Это закономерность: после шумного разгрома и разгона добра не жди» (А.Кондратович. Новомирский дневник. М., 2011. С. 400).
Но что в дневниковой записи Кондратовича и в его поздних комментариях было правдой, а что выдумками?
Здесь стоит отметить, что до разборок с «Журналистом» случился неприятный инцидент с документальным фильмом «Здравствуйте, Марк Семёнович!», в котором, по мнению партийного руководства, чересчур вольно трактовался образ Ленина. Сотрудники Отдела пропаганды ЦК А.Яковлев и П.Московский 5 марта 1968 года подготовили соответствующую справку. Они сообщили:
«18 февраля с.г. по второй программе Центрального телевидения демонстрировался киноочерк «Здравствуйте, Марк Семёнович!» о работе режиссёра М.С. Донского с исполнителем роли Ленина артистом Нахапетовым. Фильм снят на киностудии им. Горького работниками-профессионалами съёмочной группы Донского, но на телевидении представлен как любительский в телепрограмме «Клуб кинолюбителей».
Авторы очерка проявили крайнюю бестактность, неуважение к образу В.И. Ленина. На протяжении всего фильма режиссёр фамильярно обращается с актёром, загримированным под Ленина, критикует по щеке и т.д. Исполнитель роли Ленина появляется на экране в нижней рубашке, в фильм включена репетиция сцены, когда Ленин произносит тост с рюмкой в руке. Всё это вызывает чувство протеста. Киноочерк воспринимается как компрометация идеи воплощения образа В.И. Ленина в кинематографии, снижает воспитательное воздействие фильмов цикла «Ленинианы» (РГАНИ, ф. 4, оп. 20, д. 345, л. 58).
Партфункционеры доложили, что Комитет по радиовещанию наложил на виновных взыскания, а 28 февраля этот инцидент был рассмотрен в Отделе пропаганды ЦК на совещании с редакторами центральных газет и руководителями радио.
Однако член Политбюро Кириленко решил, что партаппарат чересчур мягко отнёсся к создателям киноочерка и руководителям телевидения. 20 марта 1968 года он, ведя очередное заседание Секретариата ЦК, разразился гневной филиппикой. В протокольной записи заседания было отмечено:
«Тов. Кириленко сообщает, что Отдел пропаганды подошёл либерально к факту грубого искажения образа В.И. Ленина в телефильме М.Донского «Здравствуйте, Марк Семёнович!». Радиокомитет не дал принципиальной оценки этому факту.
Поручено тов. Демичеву подготовить предложения с учётом обсуждения этого вопроса на заседании Секретариата ЦК и внести их в ЦК КПСС» (РГАНИ, ф. 4, оп. 44, д. 3, л. 94).
Однако заведующий отделом ЦК КПСС В.Степаков, не хотевший расстраивать председателя Гостелерадио Н.Месяцева, с которым он много лет приятельствовал, попытался всю эту историю замять, видимо, полагая, что Кириленко, загруженный другими проблемами, больше не вспомнит о злополучном фильме. Кириленко, возможно, сам бы и не вернулся к истории с фильмом, но нашлись доброхоты, для которых фильм был всего лишь поводом для того, чтобы обратить внимание члена Политбюро на шаткую линию журнала «Журналист» и сковырнуть Егора Яковлева.
В это время в ЦК на имя Суслова поступило обращение ветерана партии из Куйбышева Марии Ивановны Симоновой. Большевичка возмущалась публикацией в первом номере журнала «Журналист» фотографии «А.М. Герасимов в мастерской». Её жалоба была передана в сектор журналов отдела пропаганды ЦК.
25 марта 1968 года руководитель сектора И.Кириченко и инструктор сектора В.Жуков дали следующую справку:
«Член КПСС т. Симонова М.И. (Куйбышев) критикует редакцию журнала «Журналист» за опубликование в первом номере фотографии «А.М. Герасимов в мастерской».
С содержанием письма ознакомлены руководители журнала. Как сообщил главный редактор т. Яковлев Е.В., редакцией приняты меры к более тщательному отбору фоторабот для опубликования в журнале.
Автору письма ответ дан» (РГАНИ, ф. 4, оп. 20, д. 345, л. 59).
Степаков посчитал, что двух справок отдела пропаганды – от 18 февраля и 25 марта будет достаточно, чтобы отчитаться перед Кириленко. Но он заблуждался. Кириленко ни в одной из справок не обнаружил фамилий виновных. Ведя 2 апреля очередное заседание Секретариата ЦК, он раздражённо заметил, что Степаков не выполнил данные ему ещё 20 марта указания. По его настоянию тут же была оформлена протокольная запись:
«Поручить Отделу пропаганды ЦК КПСС (т. Степакову) с учётом обмена мнениями на заседании Секретариата ЦК внести на очередное заседание Секретариата ЦК предложения в связи с передачей по телевидению киноочерка М.Донского «Здравствуйте, Марк Семёнович!» и опубликованием в первом номере журнала «Журналист» за 1968 год фотографии «А.М. Герасимов в мастерской» (РГАНИ, ф. 4, оп. 20, д. 345, л. 56).
Степаков быстро уловил, что у Кириленко появился новый раздражитель – журнал «Журналист», а история с фильмом уже отступила на второй план. Поэтому он буквально через три дня после Секретариата подготовил записку о «Журналисте».
На что Степаков обращал внимание? Что «Журналист» – это в принципе новое издание, которому от роду было чуть больше года (до этого выходил журнал «Советская печать», не имевший никакого авторитета). И всего за год редакция подняла тираж с 28 тысяч до 140 тысяч. Хотя, конечно, на этапе становления не обошлось без ошибок.
«Вместе с тем, – отметил в своей записке Степаков, – в работе журнала допускаются серьёзные ошибки. В 1967 году были опубликованы статьи (Л.Лиходеева, Е.Богата, А.Аграновского), в которых высказывались ошибочные рекомендации относительно дальнейшего развития рабселькоровского движения, предлагалось по опыту практики работы «театров одного режиссёра» создавать «журналы одного редактора» и т.д.» (РГАНИ, ф. 4, оп. 20, д. 346, л. 38).
Как сообщил Степаков, отдел пропаганды ЦК, желая помочь молодому изданию, подготовил обстоятельный обзор журнала, который был потом обсуждён на партийном собрании редакции.
Ну а в конце своей записки Степаков коснулся возможного наказания.
«Отдел пропаганды ЦК КПСС, – сообщил он, – вносит предложение за неудовлетворительное руководство редакцией журнала «Журналист» и допущенные в журнале ошибки объявить главному редактору журнала т. Яковлеву Е.В. выговор, предупредив его, что в случае повторения подобных шибок он будет снят с работы» (РГАН, ф. 4, оп. 20, д. 346, л. 40).
Однако спустя две с половиной недели, 24 апреля в ЦК поступила вторая справка о журнале, носившая просто разгромный характер. Во-первых, издание обвинялось в отходе от партийной линии. В частности, выражалось несогласие с редакционной статьёй журнала, помещённой в мартовском номере, где утверждалось: «Журналист» – орган не директивный, а товарищеский. Наша задача не указывать, а убеждать». Дальше огонь сосредоточивался на статье Феликса Кузнецова в апрельском номере. Якобы в ней «ставилось под сомнение способность рабочего человека понимать художественную ценность так называемых ультрасовременных писателей». Потом осуждалась рецензия Т.Хлоплянкиной на фильм «Твой современник», «в которой активно навязывался тезис замены понятия партийности в искусстве гражданственностью».
В конце справки акцент делался на кадровых ошибках. «Аппарат <журнала>, – сообщалось, – укомплектован из людей нестойких в идейном отношении, заражённых настроениями нигилизма и влиянием западной пропаганды» (РГАНИ, ф. 4, оп. 20, д. 346, л. 43). Состав редакции подобран «в основном из нерусской национальности и придерживающийся левых позиций в оценке общественных явлений» (РГАНИ, ф. 4, оп. 20, д. 346, л. 44).
Ну и, естественно, главным за всё это был объявлен Егор Яковлев. В справке отмечалось, что он «в прошлом был освобождён с комсомольской работы за моральное разложение. Освобождался от работы в газетах «Ленинское знамя» (Московская обл.) и «Советская Россия» фактически за политическую незрелость и протаскивание на страницах газет идейно неполноценных материалов» (РГАНИ, ф. 4, оп. 20, д. 346, л. 43).
Интересно, что эта справка официально никем не была подписана. В конце третьей страницы стояла лишь роспись, которая принадлежала главному редактору газеты «Советская Россия» Василию Московскому.
А тут как раз из отпуска вернулся Суслов. И очередной Секретариат прошёл 26 апреля уже под его председательством, но на этот раз в отсутствие Кириленко. Так вот Суслов включил в повестку вопрос не о записке Отдела пропаганды по злополучному фильму и «Журналисту», а только о журнале, сразу сделав акцент на серьёзные недостатки в работе «Журналиста».
Как проходило обсуждение этого вопроса на Секретариате, можно представить по протокольной записи.
«5. О серьёзных недостатках в работе журнала «Журналист»
СУСЛОВ. Журнал «Журналист» беззубый и шатающийся. У него нет хорошего руководства. Он больше ориентируется на обывателя, чем на советского читателя.
ЗИМЯНИН. Мы разбирались с этим журналом, обсуждали его работу на редакционной коллегии «Правды», Тов. Яковлеву, главному редактору журнала, были даны указания, сделаны серьёзные замечания. Кое-что исправлено в работе журнала, но в последнее время этот журнал опять допустил ряд серьёзных ошибок. Ведётся он, нужно прямо сказать, не на должном уровне, старается давать сенсационный материал. Пока что журнал не нашёл своего лица. Конечно, говорить, что всё в журнале плохо, нельзя. Я хочу заверить Секретариат, что мы примем необходимые меры по улучшению работы журнала. Требуется укрепить редакционную коллегию.
СУСЛОВ. Редактор не справляется со своими обязанностями. Ему давались указания, а он их не выполняет.
ЯКОВЛЕВ, главный редактор журнала «Журналист». Мы примем необходимые меры к тому, чтобы улучшить работу журнала. Правильно, что с нашей стороны не было критического отношения к тем замечаниям, которые нам делались.
СОЛОМЕЩЕВ. Почему Вы опубликовали в своём журнале такую фотографию?
ЯКОВЛЕВ. Это – наша ошибка.
УСТИНОВ. Только ли ошибка?
КУПРИКОВ. Критика, которая развернулась относительно работы журнала «Журналист», совершенно справедливая. Отдел пропаганды ЦК неоднократно указывал тов. Яковлеву на серьёзные недостатки в работе журнала, но он не прислушивался к этим замечаниям. Журнал нередко привлекает таких авторов, которые хотели бы видеть в нашей жизни только отрицательное. Отдел подготовил специальный обзор работы журнала и направил его редколлегии газеты «Правда» и Союзу журналистов, однако редколлегия журнала не сделала соответствующих выводов и из тех замечаний, которые содержались в этой записке.
СУСЛОВ. Есть предложение – пункт 2 решения не принимать, а поручить Отделу и Союзу представить предложения об укреплении редколлегии журнала «Журналист».
УСТИНОВ. Я считаю, что линия журнала «Журналист» неправильная, непартийная. Журнал публикует не то, что нужно нашему советскому читателю. Он встал на путь своеобразной либерализации и демократизации. Я считаю необходимым редактора журнала т. Яковлева снять решением Секретариата и вывести его из редколлегии газеты «Правда».
Как же это так: Отдел его уговаривает, а он не считается с этим? Какой же это редактор? Нужно также отметить, что и т. Зимянин не следит как следует за своим журналом.
Принято предложение: т. Яковлева от занимаемой должности освободить» (РГАНИ, ф. 4, оп. 44, д. 3, лл. 119–120).
Уточню должности персонажей, принявших участие в обсуждении этого вопроса. Суслов, Соломенцев и Устинов являлись секретарями ЦК. Зимянин на тот момент был главным редактором газеты «Правда». Второй Яковлев работал первым заместителем заведующего отделом пропаганды ЦК. Тимофей Куприков был просто заместителем заведующего отделом пропаганды.
Как видим, во время обсуждения вопроса о «Журналисте» фамилия критика Феликса Кузнецова даже не всплывала.
Осталось теперь только привести полный текст принятого 26 апреля 1968 года постановления ЦК.

«1. Отметить, что редакция журнала «Журналист» допускает серьёзные ошибки в работе, неудовлетворительно освещает практику партийного руководства печатью, радио и телевидением. В журнале нередко публикуются идейно слабые, неправильно ориентирующие работников печати материалы. Редакция безответственно относится к публикации иллюстраций, нередко помещая на страницы журнала биографии и репродукции картин модернистского и натуралистического характера.
2. За неудовлетворительное руководство редакцией журнала «Журналист» и допущенные в журнале серьёзные ошибки освободить т. Яковлева Е.В. от обязанностей главного редактора журнала и члена редколлегии газеты «Правда».
3. Поручить Отделу пропаганды ЦК КПСС, редколлегии газеты «Правда» и правлению Союза журналистов СССР внести предложение о главном редакторе журнала «Журналист» и укрепить редакционную коллегию журнала» (РГАНИ, ф. 4, оп. 20, д. 346, л. 37).

Звёздный час Егора Яковлева пробил в горбачёвскую перестройку, когда власть дала ему в руки еженедельник «Московские новости».
После провала ГКЧП Кремль бросил журналиста на телевидение. Однако на новом месте он оказался белой вороной. Будучи до мозга костей газетчиком, бывший редактор сверхпопулярных «Московских новостей» так и не разобрался в специфике телевидения и вскоре вынужден был из Останкина уйти.
Последним детищем Егора Яковлева стала «Общая газета». Но повторить прежний успех «Московских новостей» ему не удалось. Куда более удачливым оказался его сын Владимир, возродивший под занавес горбачёвской перестройки газету «Коммерсантъ».

4 комментария на «“Снят за беззубость и идейные шатания”»

  1. Егор Яковлев — очередной герой «вчерашних дней». Какой смысл о нём вспоминать?

  2. Товарищу А.Курганову. А смысл очень глубокий: перипетии пропагандистской работы ответственных советских чиновников при Советской власти не могли получить своей объективной оценки. Сейчас уже немногие помнят идиотизм советской прессы, бумажную версию которой народ использовал только по утилитарному назначению, а в телевидении популярностью пользовались только передачи «Клуба путешественников» и юмора. А в это время члены ЦК КПСС с серьёзными лицами занимались «усилением идеологической работы», получая за это в пайке красную икру и грузинский коньяк. Любой материал в газете, задающий какие-то актуальные вопросы, воспринимался партийными органами очень враждебно. Причём то, что можно было писать в Москве, в региональной прессе воспринималось как «покушение на Советскую власть» — я был свидетелем таких скандалов. Кстати, если Вы думаете, что произошли какие-то изменения — Вы не правы!

  3. Евгению Клюзову. Ну откуда вы, товарищ Клюзов, можете знать, что я ДУМАЮ? А изменений в журналистике не может произойти никаких, потому что она всегда работала и работает именно что в угоду существующей власти. И по другом убыть просто не может.

  4. как в воду смотрел товарищ Суслов. но зря не «разъяснил» тогда Яковлева до конца.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *