Музей в театре / театр в музее

№ 2014 / 15, 23.02.2015

В минувшие выходные Музей современного искусства на Гоголевском 10 превратился в театр: там проходил спектакль «Shoot/get teasure/repeat»

В минувшие выходные Музей современного искусства на Гоголевском 10 превратился в театр: там проходил спектакль «Shoot/get teasure/repeat», участвующий в фестивале «Золотая маска» в номинации «эксперимент». Дмитрий Волкострелов и Семён Александровский снова потрясли публику, на этот раз они завели её в исполинский лабиринт постмодернистских смыслов, в котором зритель должен складывать свою собственную картину из многочисленных проекций, проекций этих проекций, симуляций и симулякров, многоголосых рефлексий, перфомансов-инсталляций, разворачивающихся одновременно в разных залах.

Спектакль «Shoot/get treasure/repeat» поставлен по одноимённой пьесе эпатажного английского драматурга Марка Равенхилла и по праву назван музеем шестнадцати пьес – Волкострелов с Александровским заходят, как никогда, далеко в разрушении классического театрального искусства, и, надо отдать им должное, на этих руинах они воздвигают нечто в высшей степени захватывающее.

В данном случае поражает масштаб. Речь идёт не просто об отрицании старых канонов, но о постулировании новых. Режиссёры предлагают совершенно новый театральный язык: они переосмысливают место актёра в спектакле, уводя его с центральных позиций, создают необычный характер взаимоотношений актёр-зритель и новое понимание сцены, которой может стать даже открытая страничка Фейсбук. Актёры перестают играть, они становятся сухой составляющей многослойного действия, сюжет которого раскрывается посредством звукозаписи, многочисленных экранов, телевизоров или безмолвных чатов. Иными словами, актёры лишены индивидуальности, они – часть бесконечного мысленного потока, то бесчувственно-монотонного, то надрывно-исповедального.

Постановка по замыслу и воплощению эпическая. Речь идёт о мире после 11 сентября 2001 года, о новом тысячелетии, главные проблемы которого отражены в шести часах спектакля. Перед нами шестнадцать коротких пьес, несколько из них идут одновременно в разных залах. Маршрут может быть составлен самостоятельно, однако зрителю указывают задуманную последовательность просмотра. Среди спектаклей есть «Война и мир», «Преступление и наказание», «Война миров», «Одиссея», однако говорить о репродукциях классических шедевров и их перепрочтении нельзя. Очевидно, что это просто некие отголоски старого мира, для которых не находится параллелей в мире нового тысячелетия.

В короткометражных действиях сосредоточены, кажется, все болезни современного общества: тяга к насилию, нетерпимость, бесчувственность к чужому горю, к которому нас приучили бесконечные телевизионные кадры жестокости, страх перед расширяющимся и множущимся миром, на фоне которого появляется преувеличенная привязанность к обычным радостям – к булочке и кофе, шоппингу – зашкаливающий эгоизм и обострённая потребность в любви… В этом обществе свобода и демократия становятся чумой, подкашивающей своих представителей. Цивилизация восстаёт против цивилизации. Мир рушится. По сути, это Хантингтон в его постмодернистском исполнении.

Заканчивается театральный эпос (если следовать предложенному маршруту) пьесой «Рождение нации». Актёры безмолвно сидят за длинным белым столом и общаются через айпады, смартфоны и ноутбуки,– знакомая сцена, не правда ли? На стене проецируется страничка театра «Post» в Фейсбуке: кто-то комментит, кто-то лайкает. Зрители могут подключаться. Актёры устраивают чат. «Способен ли художник врачевать раны и воскрешать уничтоженные миры? Может ли искусство существовать на руинах цивилизации? Возможно ли возрождение нации из духа искусства?» – как следует из аннотации, последнее действие поднимает именно эти вопросы. Зал смеётся – то ли от психологического перенапряжения, то ли от веры в лучшее…

При переводе названия на русский язык – «Стреляй/захвати сокровище/повтори» – открывается и ещё один смысл. Игровой. Название как будто взято из компьютерной стрелялки. В этом боль или радость современного «общества спектакля» – в отсутствии смыслов игра обретает новый смысл. Может, и завершение спектакля на страничке Фейсбука с многократным повторением «Dance, dance, dance…» и смехом зрителей тоже об этом. В мире, в котором ты уже не содрогаешься от обезглавленных террористов и жертв терактов, в котором ты стал бесчувственен к телевизионным образам, а твою жизнь творят беспорядочные новости, остаётся только танцевать. Постановку «Shoot/get teasure/repeat» в исполнении молодых режиссёров можно без натяжки назвать и философской, и эпической, и, действительно, остросоциальной.

Наталья ГОРБУНОВА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *