МОРСКАЯ САГА, или Рассказ о том, как боцман Дмитрич спас Швецию от экологической катастрофы

Рубрика в газете: Оттенки серого, № 2020 / 38, 14.10.2020, автор: Борис МИСЮК (г. ВЛАДИВОСТОК)

Поди теперь гадай, что могло приключиться в машинном отделении на пьяном танкере с грузом десять тысяч тонн мазута! То ли за смазкой не следили, то ли за двигателем вообще, и он вразнос пошёл…
Парень, безумно влюблённый в машины, пошёл сдавать на права – ан не тут-то было. Выяснилось: он, к несчастью, дальтоник, не различает цвета, притом именно главные цвета светофора – красный и зелёный. И это врождённое. И это, увы, говорят, не лечится…
Старшая сестра парня, работающая в глазной клинике, принесла ему ту самую толстую книгу с разноцветными картинками, на которой он срезался, проходя медкомиссию.
Целый месяц он изучал находку и открыл, что разные цвета, хоть они и все серые, как мыши, но ведь каждый наособицу! Красный, к примеру, самый, пожалуй, серый, можно сказать, густо-серый; зелёный – посветлей, ну и так далее… Оттенки всех этих серых цветов он выучил, как таблицу умножения, и запомнил навеки!
И решил вскоре Сергей (так его звали), как большинство пацанов-земляков, податься в моряки. И неподкупную даму-окулиста на суровой морской медкомиссии спокойно обвёл вокруг пальца, которым она тыкала в картинки. Так наш герой и стал матросом…
А теперь я обращаюсь к своему дневнику. Пришло время, и он меня крепко выручает. Итак…


23 августа.1999, пн. Святой для меня день 23 августа! Это День рождения Александра Степановича Грина, моего литературного бога. Где вы, Алые паруса, куда уплыли, а?..
А у меня всё глубже «несовместимый с жизнью», как говорят медики, разлад с окружающим миром. Позавчера старый приятель Женя Бажов рассказал, что Хасанский морской порт, где он президентом, покупают бандиты! Некий Кабанов, бывший мент, скупив аудиторские долги порта, подал в арбитражный суд, чтоб обанкротить его. И – всё удалось…
А вчера земляк Виктор Тишков, владелец сауны, где подрабатывают и проститутки, открыл мне, что в «фирмах досуга», т.е. борделях, коих во Владивостоке, оказывается, больше, чем в других городах, девчонок, которых заманили высоким заработком (40% от 250 р. за час), первым делом сажают на иглу – на героин. А наркодоходы идут… в ФСБ, бывший «карающий меч партии», как батька мой, чекист-идеалист, говаривал. Не дожил он, слава Богу, до этого вот знания, не то бы застрелился, грех смертный на душу взяв. А я дожил вот…
2 мая 2007, вт. Боцманюга, друг мой Серёга Шестухин вчера появился. Полгода в море был, на танкере мазут возил из Питера в Данию, ещё куда-то. Экипаж пил, «примера для» поглядывая на мостик, на балдого кэпа. Притом, пили даже стеклоочиститель. Дед-стармех вообще – в умат, все механики – за ним вслед. А тут, у самых берегов Швеции, трах-бах и авария стряслась, да неслабая – вырвало поршень главного двигателя!
Да, поди теперь гадай, что могло приключиться на пьяном пароходе: то ли за смазкой не следили, то ли за двигателем вообще, и он вразнос пошёл…
Шведы с тревогой наблюдали за дрейфом судна, опасаясь экологической катастрофы, которых столько уже стряслось в мире по вине этих тысячетонных верблюдов с «чёрным золотом» в горбах, проклятым, как оно и полагается золоту…
Десять лет Серёга ходил по морям матросом. Классным был матросом и дослужился до самого высокого матросского звания – стал боцманом. Вы думаете, это легко и просто? Не капитаном же, мол, он стал…
Н-да, не капитаном, но… Видит Бог, не хотелось мне этого рассказывать о друге, однако, чувствую, надо. Ибо Платон мне друг, но истина…
Однажды Серёгин пароход зашёл из Восточно-Китайского моря в устье величавой Янцзы. Взяли, как водится, лоцмана на борт, а на руль поставили самого классного матроса, то есть Сергея Шестухина. Он и команды, которые лоцман отдаёт на английском, понимает, и вообще…
Но тут-то и случилось то самое, чего никто, даже сам Серёга, предвидеть не мог. Лоцман сказал рулевому:
– Держи на красный бакен.
Кровь кинулась в голову Серёги, по спине потекли ручьи холодного пота. Рядом с красным-то не было зелёного, чтоб сравнить!..
Секунды превратились в минуты, минута норовила стать часом…
Спас матроса лёгкий туман над великой китайской рекой. Серёга крутанул было штурвал вправо, на какой-то бакен, вроде бы густо-серого оттенка, и лоцман – ай, спасибо тебе, дорогой абориген! – кивнул налево:
– Вон он, красный где, в тумане затаился… Извините, sorry, у нас тут часто наползают туманы, другой раз вообще – как в молоке. Milk!..
С Восточно-Китайского вернёмся снова на Балтийское море, на борт аварийного танкера, неотвратимо дрейфующего к берегам Швеции.
Над танкером вьются отнюдь не нефтяные, а винные пары. Тем временем боцман, самый старший в палубной команде, отец и строгий учитель матросов, триста лет назад прозвавших его «драконом», боцман, которому однако по технике безопасности в машинное отделение и спускаться-то запрещено, организовал ремонтную бригаду из нескольких человек: сам, донкерман, специалист то есть по приёму топлива, сварщик и четыре матроса.
В общем, собрал Сергей самых трезвых на судне. И решились парни спасать положение, кое, по пословице, «хуже губернаторского». Засучили рукава и взялись за ремонт.
Механиков в машине не было!..

Андрей ШИШКИН, Морской волк

Июнь 1997. Анатолий Иванович излагает, делая «страшные глаза», словно рассказывает о гибели родных: «В марте-мае селёдку в Охотском море просто губят! Там работают «доблестные» МРКТ (морозильно-рыболовные траулеры кормового траления), они ж на минтае работают, им сельдь девать некуда, а её в прилове до 40 процентов. И она практически вся идёт за борт!.. И господа капитаны молчат…».
У Толи в прошлом году действительно под Винницей, на Украине, бандиты убили жену с дочкой, пытками вымогая деньги: дескать, муж – капитан, да где, известно же, на самом денежном Дальнем Востоке…
Не надеясь на правосудие, Толя слетал домой, похоронил родных и заглянул на зону, куда упрятали убийц – всего на десять лет. Он потолковал там со смотрящим, заплатил, сколько сказали, и тех душегубов сами зэки отправили к праотцам…
Нашёл я на одном из судов минтаевой вроде бы экспедиции инспектора Охотрыбвода, и он тоже оказался настоящим героем нашего времени, судите сами. Он даже позволил мне записать его на плёнку:
– Выловили в марте-мае (считая со ставными неводами) 65 тысяч тонн сельди, а заморозили меньше половины. Экспедиция-то официально – минтаевая… – И он добавил понуро: – Да что там говорить, соцварварство, капварварство – один хрен! – варварство…
Ну да, «После меня – хоть потоп»…
Итак, на промысле не было инспекторов, а в машинном отделении аварийного танкера не было механиков!
Во где чудеса морские…
Серёга рассказывает о них спокойно, точно о небольших неприятностях. Будто речь не о главном двигателе танкера, едва не ставшего причиной экологической катастрофы, а о том, как засорился карбюратор в его тачке. Впрочем, тачкой Серёга никогда своё авто не назовёт, потому как с детства беззаветно влюблён в автомобили, а за рулём – с шестнадцати лет.
Я как-то свидетелем стал такой «картины маслом»: автосвалка на краю города, Серёга подъехал на своей тойоте, этак нежно пришвартовался к обочине, виновато улыбнулся мне:
– Извините, посидите, я вам музыку включу, а я на пять минут отойду, я тут кое-что приглядел, мне запчастюшка одна нужна вот так! – и большим пальцем по горлу.
И слушал я музыку в одиночестве около часа. А через час и увидел ту самую «картину маслом» – Серёгу с физиономией, ну очень живописно перемазанной чёрным машинным маслом, однако сияющей самой счастливой улыбкой. В чёрных руках, прижатых к груди, теснилось столько металлолома, сколько смогло уместиться. Я понял: «запчастюшка одна» одной просто быть не может по закону природы, то есть природы человека, не зря ж называющего себя прокладкой между рулём и сиденьем…
Рассказ Серёги о чудо-ремонте в машинном отделении продолжался:
«Шатун оторвался от поршня и разбил втулку, куски выпали на плиты. Хотели вынуть поршень, но он вылез вместе со втулкой…
Работали больше двух суток. Новую цилиндровую втулку – вы только представьте себе, дорогие судомеханики! – матросы под руководством боцмана установили очень грамотно, как слесари-профессионалы Дальзавода, и запасной поршень, как положено, окольцевали и вставили…
Пахала великолепная семёрка, что называется, аки негры. Двое суток не просыхали, как и отцы-командиры. С той лишь разницей, что – от пота, того самого, знаменитого, седьмого. И ведь отремонтировали главный двигатель! И запустили.
И танкер попылил дальше.
И Швеция облегчённо вздохнула.»
Я спросил про деда-стармеха, не протрезвел ли он за время этого героического ремонта, и Серёга поведал в сердцах:
– Оклад у деда 2500$, а он мало того что – в зюзю, так ещё и дуб дубом в машине, кувалду от молотка с трудом отличает.
Вот каких кадров – шлют в море нынче горе-судовладельцы наши, выросшие в большинстве из нуворишек, растащивших, как говорится, по камешку, по кирпичику, то есть по судёнышку, все пароходства и рыбацкие «конторы» страны. Так что этих судовладельцев не намного меньше, чем судов, и набирают они экипажи, похоже, по соображениям родственных связей, а то и просто «связей» застольных…

Борис МИСЮК,
моряк с 25-летним стажем,
маринист, член СРП

 

20 комментариев на «“МОРСКАЯ САГА, или Рассказ о том, как боцман Дмитрич спас Швецию от экологической катастрофы”»

  1. Прчитал с интересом и в удовольствием. Великолепный литературный язык. Сегодня такое — редкость. Желаю автору новых успехов в литературном творчестве.

  2. Прочитал с интересом… и задумался: не смог определить жанр этого повествования, но, понял, что в то замечательное время, когда в море уходили суда «пароходств и рыбацких «контор», данный текст ни в одном печатном органе не появился бы, и мало того, автора могли пригласить «на профилактическую беседу», после которой, «берега дальних стран» он мог видеть только в снах. А что касается «бардака», то, его на промысловых судах всегда было с избытком, о чём всегда аккуратно намекал в своих произведениях камчатский писатель Н.Рыжих, не забывая описывать и «трудовой энтузиазм» добытчиков «серебряного золота».

  3. Вообще-то — непрофессиональное письмо. Этакий компот из сухофруктов. Ну да ладно, не каждый мореман — Конецкий!

  4. Тому, кто. Компот не кисель (хотя и у киселя есть любители). А насчёт Конецкого с вами согласен. До сих пор перечитываю его Петю Ниточкина.

  5. — Согласен с комментарием №4 от «Тот, кто»: «непрофессиональное письмо». Читается тяжело.
    Я сам морячил из Владивостока, вот 4 морских рассказа:
    http://denisovn.narod.ru/
    На сайте слева графа: «Приключения в морских экспедициях».
    Если есть желание поругать — напишите, за что.

  6. Денисову. Желания ругать у меня нет, а желания хвалить почему-то не появилось. Вероятно, во всём виноваты В. Конецкий, П. Ниточки и примкнувший к ним А. Курганов. )

  7. Мариман, а не мореман, это слово-гомункулус. Конецкий однако по-иному отзывался о моих р-зах

  8. Не понравилась героизация пьянства. Будто только пьяницы — настоящие моряки и трудяги.

  9. Мисюку. Конецкий явно вам льстил ) Виктор Викторович вообще был человеком свойским, любил поддерживать тех, кто слабее его. Практика, таки довольно распространённая среди литераторов старшего поколения. Да, а касательно моремана — не поленитесь, загляните хотя бы в Википедию.

  10. Курганову. Не ерничайте. Написано ясно: автор — член СРП. Это Союз российских писателей. Между прочим, в создаваемой, но пока невнятной Ассоциации, пять учредителей. Среди них и этот союз. Остальные: Российский книжный союз, Союз писателей России, Союз Российских Писателей, Союз писателей С.-Петербурга, Союз писателей Москвы (организации, которые были созданы после распада СП СССР). На мой взгляд, не густо. Сейчас ведутся переговоры по Уставу этой Ассоциации. Кажется, изменено название. Теперь это вроде бы Ассоциация писательских союзов (АПС). Прошу мне не отвечать и претензий не пред’являть. Не собираюсь устраивать дискуссию. Это просто информация.

  11. Этот рассказ — подробное изложение событий, реально случившихся в жизни. А проза должна быть поэтичной. Без этого нет литературы.

  12. А. Курганову.
    Борис Мисюк — один из патриархов современной русской маринистики, старейший — как быстро проходит жизнь! — приморский писатель; публикуется, наверное, ещё с 60-х годов, его замечательный рассказ «Рябая Верка» наряду с произведениями А. Фадеева, И. Басаргина и А. Плетнёва включён нашими дальневосточными энтузиастами-издателями А. Лобычевым и А. Колесовым в единственную в своём роде антологию «Проза. Приморский край» — Владивосток: «Валентин» — «Рубеж», 2016. Т. 3 000 экз. (Мы с вами, Алексей, никогда такими тиражами не издавались и на иностранные языки нас никто никогда не переводил).
    Последние десятилетия Борис Семёнович умудряется ещё и издавать замечательный журнал «Кают-компания».
    Вот, так вот. Нас не догонят!

    Мы все — вперёдсмотрящие, все начали с азов,
    И если у кого-то невезение —
    Меняем курс, идём на SOS, как там, в горах, — на зов,
    На помощь, прерывая восхождение!

  13. А. Курганову (на тот же коммент. № 12).
    Так что не грех и стопочку хлопнуть за здоровье этого верного сына российской словесности. — Будь!

  14. Тому, кто… Загляните, сэр, в гости к любому моряку-мариману (см. англ.) и узнаете, что мореман — придумка сухопутных журналистов, москалей-редакторов, путающих ласточку с китом-убийцей! Они же наследили и в википедии

  15. Мисюку. Москали-редакторы, говорите? А редакторы за слово «москали» не обидятся?..
    Вместе с «мареманами» (по-английски?)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *