Лев АННИНСКИЙ. ЗЕМШАР КРУГОСВЕТОВА. Рассказы, опубликованные в «Литературной России» в 2016–2017 годы

№ 2018 / 14, 13.04.2018

Кроме своего боевого имени Лев Лапкин получил от судьбы ещё один толчок к боевитости: он родился в 1941 году и впитал дух военных и послевоенных лет, определявший в стране всё. К амплуа академического специалиста (три докторских диссертации, сто научных трудов по математике, электронике и ракетостроению) – к этим достижениям надо ещё прибавить занятия боевыми единоборствами… Настоящий боевой «шестидесятник»!

Но и это ещё не всё. Как представитель послевоенного советского поколения, он наследует землю, которую надо исходить пешком с рюкзаком за плечами.

В какой-то степени это осуществляется, когда наш герой, оставив незабываемый Питер, спускается к южным границам ещё не до конца развалившейся Советской державы.

Диалоги родных:

– Скажи, как по-грузински будет «здравствуй»… А как будет «спасибо»? А как сказать «Я люблю тебя»?

Земшарная солидарность всё ещё сквозит в этих контактах. Вера, что человечество соберётся воедино и построит общее счастливое будущее.

Увы. Эта вера рассыпалась вместе с исчезновением такого марксистски реализованного призрака, как мировой коммунизм. Химеры исчезли.

Химеры исчезли, а контуры земшара остались. Я это почувствовал, когда увидел в «Литературной России» первый очерк, подписанный псевдонимом «Кругосветов». И теперь, собирая вместе впечатления обо всём этом цикле исповедальных очерков, я чувствую, что земшар по-прежнему ждёт от Саши Кругосветова глобального мироохвата.

Почему упоминается загадочная Перу, где рассказчик никогда не бывал? Потому что земшарное бытие едино и шарик, летящий в пустоте мироздания, неотделим от человечества, которое на нём держится. Поэтому «из моря снова всплывает Ирландия…» Не говоря уже о Сербии или Болгарии, которые для рассказчика – свои!

И даже проспект, воображённый не в реальных координатах, а в «бесконечной перспективе перспективы», – получает знаковое имя: Рейнский…

Самарканд и Бухара – близнецы-братья: герой бродит по пыльной Бухаре, предпочитая её яркому, разрисованному Самарканду. Ощупано, обжито!

А «древние районы»? «То ли Иудея, то ли Палестина». Туда «пока не попасть». Но тоже обжиты – в сознании. «То ли Палестина, то ли Израилевка!

Одним словом, «гладь планеты». «Чудный праздник трёхмерного пространства, которое устроили здесь для путника боги земли».

Земшара, созданного, чтобы приручить бродивший по миру призрак коммунизма, Саша Кругосветов не освоил. Но освоил то земшарное мироощущение, которое завещал нам всем Пушкин.

«И пусть у гробового входа младая будет жизнь играть и равнодушная природа красою вечною сиять».

22 23 sasha krugosvetov

Что тут завораживает? Перегляд жизни и смерти. Младая жизнь, играющая у гробового входа. Красота природы, которая вечна. И – равнодушна.

Вселенная охвачена в её природном, немыслимом, смертельно-опасном и жизненно-щедром единстве. Эту Вселенную надо заново осваивать. Скорее душой, чем реальной работой.

Кругосветов осваивает эту реальность в её всемирно-природном единстве. Где человек – лишь часть её… Да ещё вопрос: главная или не главная?

Природа бунтует, становясь вровень человеку. Он мнил себя царём природы? Напрасно. Есть в природе силы, которым человек должен подчиниться. Эти силы бунтуют. Вот этот бунт:

«Голубь размером с крупного петуха, переваливаясь на мощных лапах, врезался в самую гущу голубиного стада и, едва опробовав хлебных крошек, тут же бросился отгонять соседей. После нескольких могучих ударов новичка стая взвилась в воздух, оставив на песке два трупика с пробитыми черепами и вытекшими глазами. Новичок тоже взлетел и некоторое время сопровождал стаю, невинно поклёвывая соседей, отчего те переворачивались в воздухе и падали замертво. Сочтя миссию устрашения частично исполненной, он вернулся на землю и поспешно собрал клювиком все оставшиеся крошки».

Откуда это остервенение? Дело в том, что «в связи с необыкновенной солнечной активностью появилось множество мутантов – животных огромного размера».

Отсюда же – в метро – гигантские пауки, которые выскакивают из туннеля, рассматривая толпы суетящихся людей, переглядываются, показывают что-то друг другу мохнатыми лапами и дико хохочут. При попытке поймать их уносятся по потолку и стенам с воем и хохотом – и исчезают в бесконечно разветвляющихся тоннелях метрополитена.Отсюда же – полупудовые жуки… 

И красные волки. И африканские слоны, и буйволы с сильно развитыми бивнями, а также волосатые быки, напоминающие бизонов внешностью, но далеко не нравом – резвые, буйные и агрессивные.

«Похоже было на то, что мать-природа развернула планомерную и обширную деятельность по пересмотру того, какие свои милости оставить человеку, какие – отобрать».

В этом бунте животных естественно появление царя зверей, имя которого изначально, до псевдонима, было дано Кругосветову.

«Однажды в ярко-голубом небе он увидел ослепительно-белого лебедя – тот медленно плыл, взмахивая крыльями и перебирая четырьмя громадными пушистыми белыми львиными (!) лапами…»!

Но не только братья наши меньшие показывают зубы и лапы.

«На Лесном проспекте неожиданно сломалось пополам здание очень солидной конторы, образовав гигантские трещины, подрывающие деятельность важнейших служб, занятых противодействием и борьбой с утечкой информации. Перелом произошёл вследствие поднятия центральной части фасада здания из-за вспучивания почвы под фундаментом. При вскрытии фундамента под ним было обнаружено семейство необычных, до метра в диаметре, очень прочных грибов».

Вспучивается почва, каменеют грибы.

«Природа проснулась, и человек снова занял в ней лишь некоторой важности место, не слишком маленькое, но и не особо выдающееся – ровно такое, какого он достоин на самом деле».

Что же будет с человеком, когда природа мироздания вернёт его с пьедестала на относительно скромное место?

Саша Кругосветов обозревает это место. Очищает его от безобразий исторической деятельности людей. Главным ответчиком за эти безобразия назначен Сталин.

«Опять Сталин… Вечно живой тиран смотрит в сторону моря. Что он там видит – коммунизм? Который мы так и не построили. Никита тоже обещал. Где теперь Никита, пять лет как нет его, и где тот коммунизм? Ни Никиты, ни коммунизма. А тиран жив. И оттуда, с того света, жёсткая рука вождя народов держит нас за горло».

Интересно что «вождь народов» изъят из смертельной ситуации Великой Отечественной войны. Так легче от него избавиться очищенной памяти. 

Ну хорошо, место очищено. Саша Кругосветов всматривается в новую реальность, которая выстроена на этом очищенном месте. Это – самое интересное, самое существенное откровение в его исповеди.

Я сосредоточусь на трёх острых пунктах.

Первый пункт: шпана, ожившая на этих улицах. Хозяева улиц. И важные люди в кабинетах – важняки.

«На самом деле – одно и то же. Две ипостаси одного. Раньше это называли – руководящая и направляющая… А сейчас? Трудно подобрать слово – элита, верхушка, избранные, сливки общества, суперэлита, истеблишмент, соль земли – ничего не подходит в точности, но понять можно – накипь такая, всплыла самозванно, прибрала к рукам рычаги общества, закрыла поры, перекрыла всем кислород, важняки, одним словом. Разные, очень разные, могут быть в конфликте, могут душить, убивать друг друга, если потребуется, если обстоятельства так сложатся, если карта ляжет… Без злобы, без ненависти – просто «бизнес», ничего личного, что тут объяснять? Потому что хорошо понимают друг друга, даже симпатизируют, потому что социально близкие… Одному делу служат… Какому делу-то? Кому служат? – народу, наверное, стране…»

Что поразительно в этом двойном портрете: даже если убивают, то «без злобы и ненависти». И без всякой наживы! Нажива – это когда важняки загребают миллионы… за что могут угодить и в полицию, и в тюрьму, и в лагерь. А тут что? Наживы никакой, мизер. Так откуда готовность убивать друга?

Объяснение одно: сам стиль общения, сама вольность, само упоение «бизнесом», даже если в уличном масштабе он ничтожен… зато свобода!

«Мазы не будет? Тогда так… Видишь лес? Берём стволы, идём туда, ты и я, кто вернётся, тот и прав…»

Смелый ход предложен. Понтить тоже надо уметь, если ты Дон Кихот «в море мутной братвы». А что у братвы? «Водка, бабы, чтоб помясистее и потолще. Бои без правил, зелени побольше…»

На случай, если какой-нибудь охламон (вроде меня), не обтёрханный сленгом, вообразит в зелени что-то огородное, – вот уточнение: «Лимон зелёных не хухры-мухры». Понятно? Вся эта новая реальность – не хухры-мухры. Пофартило – будь здоров! А нет – по твоей машине могут с мотоцикла открыть огонь братаны в чёрных шлемах.

Что делать? «Столкнуть подругу в просвет между сиденьями и закрыть своим телом». Мотоциклисты, изрешетив пулями автомобиль, бросят автоматы с пустыми рожками и с рёвом умчатся. А жизнь продолжится.

Другой знаменательный пункт этой новой реальности – отношения родителей и детей. Успехи науки позволили вынашивать и выхаживать детей, у которых раньше не было шансов живыми появиться на свет. Теперь есть. И у родителей есть шансы сдать своих детей на воспитание в интернаты. Раньше для этого не было ни средств, ни обычая.

Результат? «Всех люблю. Кроме родителей. Не признавала их, когда жила в интернате. Они со мной не возились – скинули в школу для детей с ограниченным зрением… И с концами. Ни ногой. Годами не приходили. А приходили – номер отбывали… Молодец, дочка. И пока».

Чем ответила дочка? «Строптивой росла. Несколько раз из дома убегала. Вы так, вот и я так. Я вам не нужна, а вы мне и подавно не нужны. Без вас проживу. Шла куда ноги вели».

На всю жизнь – обида, граничащая с ненавистью. Когда мамы уж нет в живых, дочь понимает, что надо было простить. Поздно…

А пока не поздно – эротический инстинкт вытесняет все прочие эмоции. Теперь всё можно! Пятидесятилетняя матрона в общей квартире встает на пути малолетнего пацана: «Иди ко мне!» И даже: «Войди в меня!» И тот пойдёт. И войдёт И до преклонных лет: «Арончик, старичок, покажи, на что способна старая гвардия!»

Старичок знает, что эрос – естественное желание организма. Так что причин дл соития много, а словес – ещё больше.

А если в этом всеестественном эросе проглянет настоящее чувство? Как бишь его… Любовь!

А вот тут ни звука. Настоящая любовь безмолвна.

И тут мне открывается третий, самый важный пункт самоощущения Кругосветова. Чем ближе сознание к смыслу бытия, тем невозможнее облечь этот смысл в слова.

Лейтмотив мироощущения человека, попавшего в эту новую реальность: лучше не пытаться её понять. Лишь одно понятно: дальше будет хуже.

А раз так, то лучше не дразнить судьбу. И жить так, чтобы всё получалось «само собой». Не спугнуть истину, пытаясь облечь её в слова.

«Но ведь есть ещё вечные истины, чёрт побери!»

Есть. Но чтобы с ними совладать, нужен чёрт. 

А Бог? «Не знаю. Не видел Его. Наверное, Он есть… Ну, решили, что Бог это… Ну то, что называют так». Это всё, что не по силам нашему человеческому уму.

Понятно? Чтобы обрести рассудок, нужно пройти через безумие. Иначе причины и следствия будут непредсказуемо меняться местами.

Пойди пойми, где начало и где конец?

«Нашей определённой, предсказуемой и такой уютной вселенной – конец. Ничего уже не подтверждается. Ни закон всемирного тяготения, ни одна из констант. Логика разрушается»

Да нужна ли логика?

«Что вы сможете проектировать, на что опираться? Даже непослушные и непредсказуемые кванты и элементарные частицы удалось втиснуть в законы квантовой механики… А сейчас ничто уже не укладывается. Всё расползается. Хотите быть инженером? Нет уже такой профессии. Нет основ. Не на что опереться. Вселенная разваливается. Планеты уже движутся по другим траекториям. Посмотрите по сторонам: всё разрушается…»

Всё?! Сейчас будет сказано главное:

«Уже не мы определяем этот мир. А наши смарты. Именно они всё сейчас строят под себя. А мы послушно идём в кильватере их виртуального мира… Смарты – новая цивилизация, полностью подчинившая нас. Мы для них – средства воспроизводства. Всё, что бы мы ни делали, – это только их интересы… Мы, человеки, профукали нашу собственную, свою, человеческую жизнь. Вот так, батенька. А вы… проектировать… Не смешите».

На случай, если читатель (батенька) не силён в современных понятиях, объясню, что я выяснил по поводу смартов.

Насколько я понял, это один из вариантов такой ультрасовременной системы современных интеллектуальных машин, как «гаджеты». Эти умные машины перехватывают у создавшего их человека все его функции, которые я не берусь перечислять.

Смарты – это те же гаджеты, но по миниатюрности укладывающиеся в габариты телефона. Не могу вникать в детали – всё равно ничего не пойму. Кроме одного: смарты – это новая цивилизация, полностью подчинившая нас.

Всё без нас и всё заново: и цели, и сам смысл существования.

Всё старое обесценивается, обессмысливается, отменяется. Это мне понятно. Как и реакция Кругосветова. Ответившего словами одного из героев:

«Новые смыслы не нужны. Сохранить бы старые, удержать. Не потерять»

И тут я не удержусь от полемического вопроса (до этого – никакой полемики с Кругосветовым, только изумлённая признательность за его «земшарность». Вопрос же такой. Если все старые смыслы не работают, потому что их вытеснила смарт-реальность, и «великие посланцы тёмных миров создают пронизывающие нас новые виртуальные миры, в которых прежние ответы на вопросы о смысле бытия – бессмысленны – какой тогда резон всё это восстанавливать? Чтобы получить всё ту же бессмыслицу?

Впрочем, смысл земшарного коловращения, может, в этом сверхсмысле и заключается? Сколько бы ни садилось солнышко на западе – утром с востока встанет. А сколько бы ни вставало с востока – всё равно сядет. На западе.

А вдруг не встанет и не сядет?

Тогда и обсуждать будет нечего. Всё вернётся к бессмыслице, которую мы пытаемся удержать в земшарности. 

Как это и делает Саша Кругосветов.

 

Лев АННИНСКИЙ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *