СИНЕМА – ЯБЛОКО РАЗДОРА

№ 2007 / 22, 23.02.2015


21 февраля 1913 года исполнилось 300 лет со дня избрания на царство боярина Михаила Романова. В Высочайшем манифесте говорилось: «Империя Российская стала ныне в ряду первых держав мира». Полгода длились пышные торжества, широко освещаемые экранной хроникой.
21 февраля 1913 года исполнилось 300 лет со дня избрания на царство боярина Михаила Романова. В Высочайшем манифесте говорилось: «Империя Российская стала ныне в ряду первых держав мира». Полгода длились пышные торжества, широко освещаемые экранной хроникой.
В калейдоскопе церемониальных и благотворительных праздников, молебствий и военных парадов, открытий музеев и памятников потерялся уникальный инцидент русской киновольницы – донос кинематографиста на своего коллегу. По всей видимости, Александру Ханжонкову эта история была неизвестна.

Родоначальником жанра стал, разумеется, Поставщик Двора Его Императорского Величества господин Дранков. Жертвой доноса, естественно, – потомственный русский дворянин Ханжонков. Центром всей интриги, учитывая феерический размах деятельности Александра Дранкова, мог быть только сам Николай II, а адресатом – начальник канцелярии Министерства Императорского Двора и уделов, Его Высокопревосходительство Александр Мосолов.
Итак, к 300-летию правящей Династии в жёсткой конкуренции с ведущими фирмами Европы русские кинодельцы выпускали не только километры хроники, но и создали несколько постановочных фильмов, которые рассказывали об основных событиях из истории семьи Романовых, то есть из истории России. Однако основная кинобитва, на грани фола, разыгралась опять же между Ханжонковым и Дранковым.

Победить, на первый взгляд, должен был Александр Осипович: его картину «Трёхсотлетие царствующего Дома Романовых (1613 – 1913)» создали режиссёры Александр Уральский (из Московского художественного театра) и Николай Ларин. Художник Евгений Бауэр (из Большого театра) дебютировал прекрасными экранными композициями эпизодов царствования XVII века. Алексей Талдыкин, компаньон (по-новорусски – сопродюсер фильма), обеспечил актёров великолепными старинными костюмами из своей знаменитой мастерской. И, как всегда, главное в России – Высочайшее Разрешение на издание киноленты дал Государь Император.
Картина (1200 метров, в рекламе – 3000 метров), действительно, получилась столь удачной, что фирма братьев Пате взялась распространить её в Европе. Дранков, который всегда гнушался кинопрокатным делом, ликовал. Но победа оказалась пирровой – те же условия французы предложили и Ханжонкову за его юбилейную постановку «Воцарение Дома Романовых. 1613 – 1913» (950 метров), созданной под покровительством Высочайших особ и ряда учёных обществ. К тому же, монополисты европейского кинорынка договорились с Александром Алексеевичем выпустить монархические фильмы на экраны России в один день – 16 февраля (предвидение телевизионного эффекта симультанности!).
Решение абсолютно корректное хотя бы потому, что ханжонковскую киноверсиию представляли уже любимые публикой актёры Иван Мозжухин, Шурочка Гончарова, Софья Гославская, Лидия Триденская, Василий Степанов, Андрей Громов. Режиссёры Василий Гончаров и Пётр Чардынин монтажно использовали в картине «Воцарение Дома Романовых» кинодраму 1911 года «Жизнь за царя» (почти полностью) по опере Михаила Глинки, уже имевшую коммерческий успех.
16 февраля 1913 года, в субботу, Дранкову была назначена аудиенция у Императора в Александровском дворце Царского Села, о чём читающую публику уведомил киножурнал «Сине-фоно». Вероятно, именно этот триумф великосветской жизни Александра Осиповича запечатлён в дневнике Николая II: «После обеда смотрели кинематогр. «Избрание на царство Михаила Феодоровича». Хорошо и достаточно верно в историч. отношении».
Забавно закадровое воплощение исторической достоверности от Михаила Чехова. Спустя пятнадцать лет он вспомнил о своём кинодебюте в мемуарах «Путь актёра»: «Премьер был седой человек с опухшим лицом и с признаками гениальности: он, например, боялся лестниц и его водили по ступенькам под ручки, а он, слегка вскрикивая, закрывал руками глаза. В первый день съёмки меня поставили на высокой горе. Аппарат был установлен внизу, под горой. Я изображал царя Михаила Фёдоровича. Когда я показался в воротах, я услышал несколько отчаянных голосов, кричавших снизу, от аппарата:
– Отрекайтесь от престола! Скорей! Два метра осталось! Скорей! Отрекайтесь!
Я отрёкся, как умел.
Слева около себя я увидел нашего премьера. Он был одет священником и вёл меня под руку, произнося при этом довольно неприличные слова».
В 1917 году Император Николай Александрович тоже отрёкся, как умел…
А в 1913 году он принимал подарки. Дранков преподнёс Императору позитив юбилейной киноленты в сундучке синего бархата. Но уже 22 февраля Ханжонков преподнёс Его Высочеству Наследнику Цесаревичу Алексею мультипликационный фильм Владислава Старевича «Стрекоза и муравей» – подлинную жемчужину мировой кинематографии. И его Акционерное общество было удостоено Высочайшей благодарности и наград.
Конечно, о том, что Император сразу запамятовал название его юбилейной картины, Александр Осипович не знал, но молчание прессы и отсутствие царских милостей не мог не заметить, тем более что Ханжонков и ранее был обласкан. Николаем Александровичем. К тому же Дранков опять прогорел, и о создании многосерийной «Истории царствующего Дома Романовых» не могло быть и речи даже под покровительством Императора. Не удалась Александру Осиповичу и провокация в «Кинежурнале», распространившая заведомо ложную информацию о приобретении им в собственность хроники коронации 1896 года, использованной им в «Трёхсотлетии царствующего Дома Романовых».
Первый кинопатриот России (как сам себя называл Дранков, и не без оснований) ждал почти два месяца. Затем начал свою битву за Кавказ – постановку грандиозной киноэпопеи «Из истории кавказских войн» с доноса генерал-лейтенанту Мосолову. Он датирован 10 апреля 1913 года. Состоит из уничижительных реплик в адрес Ханжонкова, который именуется не иначе как «тот, кто снимал «Севастополь», нелестных характеристик первого русского супербоевика «Оборона Севастополя» и бесцеремонных восхвалений себя любимого. Он требовал войск, и не меньше, чем Царь дал Ханжонкову.
В характере Дранкова было много от гоголевского Ноздрёва – Александр Осипович постоянно оказывался в центре разных неприглядных историй. Дранков первым в кинематографе учуял время грядущего стукачества, но в Империи Романовых доносу ходу не дали.
По окончании юбилейных торжеств Ханжонкову, первому из отечественных кинематографических деятелей, исключительно за полезные труды на ниве русского кино был Высочайше пожалован орден Святого Станислава 2-й степени, Гончарова наградили золотой медалью с надписью «За усердие», директорам фирмы братьев Пате вручены подарки: Морису Гаму (московское отделение) – золотой портсигар с накладным золотым орлом и со знаком «1613 – 1913», А.Кюнсу (петербургский филиал) – золотые часы, украшенные царским орлом, с цепью, Талдыкина удостоили звания потомственного почётного гражданина. О прочих кинематографистах канцелярия Императорского Двора не известила…
Историки кино замалчивают существенный факт из истории коммерческих войн начала русского кинопроизводства. Всесильные братья Пате пресекли возможный «срыв» фильма «Воцарение Дома Романовых», лишили Дранкова солидного барыша, но сами не преминули нанести Ханжонкову значительный финансовый ущерб. Вопреки достигнутым договорённостям, Пате втайне обеспечили прокат по Сибири и на Урале этой юбилейной киноленты с 11 февраля. Естественно, картина «Воцарение Дома Романовых» мгновенно появилась в столицах. Но 16 февраля прошла уже вторым экраном в отличие от дранковского фильма. Ханжонков доноса не писал, с Гашем сохранил дипломатические отношения, а нашёл творческий ход «нанести удар конкуренции».
В фирму пригласили Бауэра, режиссёром. Вскоре была создана психологическая киномелодрама «Слёзы» – слава русского киноискусства: театральную эстетику отечественного экрана («живая фотография») разломала «ожившая живопись». Кардинально стала меняться специфика актёрской игры и операторской работы. Разумеется, помогла талантливая драматургия.
«Я без изменения, – вспоминал в мемуарах 1937 года Ханжонков, – перенёс на плёнку интереснейшую театральную постановку сезона, пантомиму «Слёзы». Она принесла фирме много прибыли и славы. История этой постановки такова. Режиссёр Московского художественного театра К.А. Марджанов организовал небольшую труппу для постановки пьесы без слов в девяти картинах драматурга А.С. Вознесенского в декорациях художника Симова, со специальной музыкой композитора И.А. Сац. Постановка была как бы перенесена с экрана на сцену и поражала оригинальностью и сходством с кинематографом. Эта пьеса и была теперь водворена нами на экран. Главную роль исполняла премьерша театра Незлобина В.Л. Юренёва».
16 марта 1914 года АО «А. Ханжонков и Ко» выпустило в прокат киноленту «Слёзы», а уже в апреле пресса объявила её одной из лучших картин года. Накануне рухнул Торговый дом «А.О. Дранков и А.Г. Талдыкин», а «Сине-фоно» поспешило сообщить, ничтоже сумняшеся, о выходе в свет ряда дранковских «гвоздей» сезона – в ближайшем будущем!
Несомненно, тандем был создан Александром Осиповичем для уничтожения Ханжонкова как лидера кинодела в России. Не удалось. А какие козыри бросили в топку коммерческой войны! Сценаристом и сорежиссёром полнометражного фильма «Покорение Кавказа» (2525 метров) был приглашён Симон Исадзе – широко образованный человек, полковник царской армии. Он помогал Льву Толстому в собирании исторического материала для повести «Хаджи-Мурат». Огромный гонорар выплатили другому сорежиссёру картины Людвигу Черни (известен как помощник Макса Рейнгардта). Выше похвал операторская работа Николая Козловского. В создание шедевра свою лепту внёс русский живописец Франц Рубо, известный батальными панорамами «Оборона Севастополя» и «Бородинская битва».
Дранков премьерой исторической хроники «Покорение Кавказа» отметил свой грандиозный триумф – пятилетний юбилей первого русского игрового фильма «Стенька Разин и княжна», когда он так ловко обошёл замешкавшегося Ханжонкова и стал ПЕРВЫМ. Но в 1913 году на кинорынке одновременно оказались две равноценные киноленты «Покорение Кавказа». Ханжонков не дрогнул и выпустил свою историческую драму с подзаголовком «Пленение Шамиля» (2100 метров).
Конечно, кровным конкурентом Дранкова в этой киносхватке был режиссёр Ханжонкова Василий Гончаров – автор сценария «Стеньки…» (по своей пьесе «Понизовая вольница». – В.Р.). Без агрессивной саморекламы и по рядовой смете он снял масштабную картину с прекрасным Аршо Шахатуни в главной роли. Это кинополотно Ханжонков показал как достижение акционерного общества 21 ноября 1913 года на открытии фирменного кинотеатра «Пегас». Так закончились юбилейные торжества Дранкова.
Для Ханжонкова наступило время подлинного расцвета кинокомпании и демонстрации собственных фильмов для императорской семьи в Александровском дворце Царского Села, Высочайше пожалованных подарков от Государыни Александры Фёдоровны, отметившей и заслуги господина Гончарова.Валентина РОГОВА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *