Здесь русский дух

№ 2009 / 52, 23.02.2015

В 2009 го­ду уви­дел свет сбор­ник ста­тей «Н.М. Руб­цов и пра­во­сла­вие», со­став­лен­ный пре­зи­ден­том Фон­да един­ст­ва пра­во­слав­ных на­ро­дов док­то­ром фи­ло­соф­ских на­ук, про­фес­со­ром МГУ им. М.В. Ло­мо­но­со­ва В.А. Алек­се­е­вым.






Эдуард Браговский.  Николай Рубцов в Ферапонтове
Эдуард Браговский.
Николай Рубцов в Ферапонтове

В 2009 году увидел свет сборник статей «Н.М. Рубцов и православие», составленный президентом Фонда единства православных народов доктором философских наук, профессором МГУ им. М.В. Ломоносова В.А. Алексеевым. Эта книга продолжила начатую в 2003 году серию книг об отношении к православию русских писателей и поэтов – А.С. Пушкина, Н.В. Гоголя, Ф.М. Достоевского, А.А. Ахматовой.


По словам составителя, этот сборник высоко оценил незадолго до своей кончины патриарх Алексий Второй: «Книга удалась!» И нынешний патриарх Кирилл, тогда ещё митрополит Смоленский и Калининградский, познакомившись с изданием, сказал, что книга ему понравилась, отметив, что Николай Рубцов – один из его любимых поэтов.


В сборник вошли 26 статей 24 авторов, в том числе работы известных советских литературоведов: В.Кожинова, А.Ланщикова, В.Оботурова, а также современных исследователей и почитателей творчества Н.Рубцова.


Первый вопрос, который возникает сразу: а был ли Рубцов православным христианином? Даже В.А. Алексеев во вступительной статье «Поэт горнего света» поделился своими сомнениями с читателями: «Мы не знаем точно о церковности поэта: ходил ли он в церковь, часто ли причащался, исповедовался». Думается, что подобные сомнения – чистая формальность. Панихиды о упокоении раба Божьего Николая заказывали ещё в советские времена (по свидетельству Н.А. Яшиной). На могиле поэта по просьбе его родственников был установлен православный крест. Мать Рубцова пела в церковном хоре (верующая женщина не могла не крестить сына); сам поэт, уже будучи взрослым, читал Библию – она, по словам Н.Шанторенкова, была его любимой книгой. «Многочисленны воспоминания, – пишет А.Грунтовский, – где упоминается о том, что Николай Михайлович совершал крестное знамение, проходя мимо церкви, поздравлял друзей с церковными праздниками (особенно он любил Пасху), присылал поздравления с Пасхой по почте… Всё это было в 1950–1960-х годах для круга общения Рубцова из ряда вон выходящим. Слово «Пасха» у Рубцова написано с большой буквы. Между тем друзья-поэты рубцовские в те времена не только не знали о том, с какой буквы надо писать, но некоторые и вообще не догадывались о наступлении подобных праздников». Николай Рубцов посещал действующие храмы, беседовал со священниками, но самое главное для нас не это – его творчество «было по духу православным» (архиепископ Вологодский и Великоустюжский Максимилиан).


Поэт Андрей Грунтовский в своей весьма эмоциональной и поэтому во многом сумбурной статье «…И мир устроен грозно и прекрасно…» Слово о Рубцове» предлагает посмотреть на творчество поэта с позиций народного православия: «К кому ни обратимся мы из философов-творцов «русской идеи», мы видим сочетание (симфонию, а то и столкновение) «православной духовности» и «русской народной душевности». Меж тем отечественная история показывает, что «православность» и «народность» после князя Владимира есть неслиянные и единосущные составляющие русской идеи. Взаимообусловленные и единосущные по Святому Духу, но всё же неслиянные составляющие. Слияние народной и церковной жизни, столь любезное опять-таки русской интеллигенции, есть утопия построения Царства Божьего на земле и в православно-государственной, и в советской форме. И мы знаем, чем это закончилось… …Русский дух – не пустые это слова (не интеллигентская народная душевность!) – есть как бы проявление Духа Святого в народе. У русских слово «Родина», как и «Бог», пишется с большой буквы. Рубцов это понимал. Доказательство тому, что всё его творчество надо представлять как его личное Богопознание».


В этом подходе есть здравая мысль об укоренённости православия в народной жизни в каких-то особых, неведомых псевдоинтеллигентскому взгляду формах. Николай Рубцов как никто другой сумел увидеть и запечатлеть душу России в её народной ипостаси. Беда в том, что не только светлые, но и тёмные стороны есть в этой душе, и без духовного руководства, без истинной любви легко сбиться с верного пути. Поэзия Рубцова в условиях государственного атеизма и была в определённом смысле таким духовным руководством, но только для тех, кто мог её воспринимать сердцем.


Итак, какие же выводы можно сделать по прочтении этой замечательной во всех отношениях книги? Самое главное: Рубцов и сейчас удивительно современный автор. Разве не о наших днях он говорит:







Мне трудно думать:


Так много шума.


А хочется речи


Простой, человечьей.



Или ещё:







Сижу в гостях


за ароматным чаем


С друзьями, продолжая


давний спор.


Россия, Русь! Неужто


одичаем,


Себе подпишем смертный


приговор?..



В черновом варианте знаменитое начало бессмертного творения: «Я буду скакать по холмам задремавшей отчизны, / Неведомый сын удивительных вольных племён!..» звучало совсем иначе:







Я буду скакать по холмам


задремавшей отчизны,


Неведомый сын вымирающих


вольных племён!..



Вот строки из стихотворения «Встреча»:







Меняя прежние черты,


Меняя возраст, гнев и милость,


Не только я, не только ты,


А вся Россия изменилась!..



В то же время в другом своём поэтическом создании – «Старая дорога» – он вроде бы противоречит сам себе, заявляя:







Здесь русский дух в веках произошёл,


И ничего на ней не происходит…



На самом деле здесь нет никакого противоречия. Россия изменилась только внешне. Духовные её основы, которые сейчас тщетно пытаются уничтожить, остаются прежними. И Николай Рубцов заключает:







Но этот дух пойдёт через века!


И пусть травой покроется дорога,


И пусть над ней, печальные немного,


Плывут, плывут, как мысли, облака…

Виктор БАРАКОВ,
г. ВОЛОГДА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *