Кофе и Пустота

№ 2006 / 9, 23.02.2015


Если автор не знает, с чего начать своё произведение, обычно он заставляет главного героя мучительно просыпаться и поглощать одну чашку кофе за другой. Верный признак того, что персонаж принадлежит к среде творческой интеллигенции, а то и к их самим сливкам. Значит, позади у него был труднейший и высокоинтеллектуальнейший день с ночью. Просто небожитель из кремлёвского пула. Нет чтобы заставить его встать с первыми петухами да взглянуть на окружающий мир чистым и ясным взором. Вот так и в романе Ирины Васильчиковой «Между строк», которым осчастливило книжный рынок издательство «АСТ». Насчёт того, что это роман, – вопрос спорный. Художественных элементов, присущих этому жанру, здесь нет. Скорее, журналистские записки, приправленные, как отмечено на обложке: «нравами московских редакций, тайнами столичных театров». Да ещё: «иронично, весело, провокационно!» Что ж, тайны я люблю, об этом читатели уже знают. А о нравах редакций и говорить нечего, это вообще моя больная тема. Углубился в текст с предвкушением грандиозных провокационных разоблачений. Даже выставил перед собой несколько чашек кофе, со сливками и без, чтобы ещё сильнее прочувствовать полубогемную жизнь. И вот какое впечатление в итоге вынес.
В произведении, по сути, не происходит ничего. Нет, люди мучительно просыпаются, слушают автоответчик, ходят на летучки, стряпают репортажи, даже суетятся и порою развивают какую-то никому ненужную энергию. Но смысл? Может быть, они иногда рассуждают о вечности, о боге, о любви, о творчестве, о жизни? Как в романах (хотя это и некорректно сравнивать) Ирвина Шоу «Вечер в Византии» или Скотта Фицджеральда «Последний магнат»? А ведь эти произведения тоже о судьбе художника, о тварном и творческом в жизни, о любви, «тайнах и нравах». Вот что должно бы являться образцом для Ирины Васильчиковой, коли уж она взялась за писательское перо. Но в том-то и дело, что её «роман» написан именно журналисткой о журналистах, как если бы парикмахер принялся излагать жизнь парикмахеров. Приведу несколько выдержек из её текста, поверьте, не подбирая специально.
«– Я хочу кофе. – Кончился. – У кого бы стрельнуть?! / – Привет, работники! – Что у нас на повестке дня? – Летучка… / – Сроки? – Неделя. – Фигня дела… / – Витя, привет! Ты не выручишь? Завтра материал сдавать… / – Привет. – Привет, солнце!.. / – Чайник закипел. Пойдём на кухню. – Пошли… / – Привет. Зайди ко мне. У меня для тебя задание. – Хорошо… / – Если у тебя ко мне больше нет пожеланий, я побегу. – Ладно, иди. – Пока… / – Привет, проходи. – Что вам заказать? – Кофе… / – Как же я хочу спать! / – Привет, это Рита!.. – Привет, Хакер!.. / – Кофе хотите? – Хочу. – Проходите на кухню… / – Я ничего не понимаю…» Ну и так далее. Я тоже хочу передать «привет» автору и всем её персонажам и сказать, что кое-что «понял» из этого произведения с таким точным, по-своему, названием: «Между строк». Дело в том, что не вина Ирины Васильчиковой, что ни между строк, ни в самих строках ничего важного и глубокого нет. Просто все эти «нравы и тайны» артистической кухни и московских редакций настолько пусты, поверхностны, вне реальной жизни людей, общества, России, что в них и не может содержаться ничего высоко духовного, промыслительного, истинно творческого и по-настоящему художественного. И автор старательно изобразил эту Пустоту. Ничего иного и быть не может. Оттого-то и мучительное просыпание поутру, с мнимой усталостью от ложных чувств и дел.
Постскриптум. Одно непонятно: зачем издательству предупреждать, что «любое использование материала данной книги полностью или частично запрещается»? Какой чудак захочет использовать где-то Пустоту? Впрочем, она-то сейчас в самой большой цене.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *