Владимир СОРОЧКИН: «Сталин – это великий человек»

№ 2016 / 3, 27.01.2016

Владимир Сорочкин – председатель Брянского регионального отделения Союза писателей России, секретарь Международного союза писателей и мастеров искусств, поэт, лауреат многих литературных премий.

 

16– Какое место в вашей жизни занимает поэзия?

– Любой вид искусства требует, чтобы ему уделяли время регулярно, не урывками. Даже в трудные времена я старался не порывать с поэзией. Если не писал собственные стихи, то занимался переводами. Да, собственно, любая профессия требует постоянной практики. Можно ездить на машине раз в месяц, но, чтобы стать профессиональным водителем, этого мало. У меня полно недописанных произведений, в черновиках. Уйма времени съедает бытовуха, работа. Раньше писалось по ночам, но молодость прошла, теперь к вечеру ощущаешь себя выжатым лимоном. Несмотря на это какая-то внутренняя работа идёт непрестанно. Быть поэтом – это некий стиль жизни. Я никогда не забывал, кем являюсь.

– Кто из поэтов повлиял на вас, или в поэзии вы идёте своим путём?

– Я ориентируюсь на классиков. Когда я только начинал писать, мне говорили, что мои стихи сложны. Теперь мне кажутся сложными, витиеватыми стихотворения молодых. Среди них популярен постмодернизм, но это не моё.

– Закончился Год Литературы. Как отразился он на Брянщине? Оправдал ли своё название?

– Брянские писатели почувствовали себя в этом году востребованными, прошло не менее 150 литературных мероприятий. Однако не могу сказать, что решились значимые проблемы литературы. По-прежнему низка планка вступления в союзы писателей, которых, в свою очередь, развелось неоправданно много. Результат – умножение некачественной литературы. По-прежнему нет должной государственной поддержки. В Брянской области нет писателей, которые могли бы жить на гонорары от публикаций. Молодёжь в литературу не стремится, потому что денег она не приносит. Всё это напоминает игру на выживание. Писатели сейчас абсолютно не защищены. Нас в любой момент могут лишить, к примеру, вот этого помещения, в котором проходят семинары.

– То есть вы считаете, что мы должны вернуться к советской системе отношения литераторов и государства? Тогда ведь снова встанет вопрос цензуры.

– Думаете, сейчас цензуры нет? Вот к нам как-то приезжал главный редактор «Литературной газеты» Юрий Поляков. Он рассказывал о «пятой колонне», об авторах, которые получают гранты, премии. Чтобы их получить, по словам Полякова, надо быть, конечно, талантливым автором, но не патриотом. В 1985-м многие ранее не прошедшие цензуру произведения стали, наконец, доступны. Кто из тех авторов ныне на слуху? К тому же не пускали в печать, по большому счёту, диссидентов. Запрет их трудов делал таким авторам рекламу. Можно плакать, что загубили Замятина, Мандельштама, затравили Пастернака, но куда более катастрофические последствия принесла свобода печати за последние 25 лет. Посмотрите на прилавки. Ну, издали этот брехливый «Архипелаг ГУЛАГ». Кому стало легче?

– Солженицын – не единственный, кто показывал сталинские времена в чёрном свете. Есть ещё Мария Гинзбург, Анатолий Жигулин, Варлам Шаламов, Василий Гроссман…

– Такие вещи должны писать историки, а не люди, которые выдают желаемое за действительное. Популярны и «Дети Арбата» Рыбакова. По мне, произведение слабое, нарочитое. Мне ближе позиция Николая Старикова. Как ни крути, Сталин – это великий человек, который создал державу. Всё, что построено Сталиным и Брежневым, последующие лидеры, нынешняя власть всё делят, рвут и никак не могут разрушить окончательно. За эти 20–30 лет историю полностью переврали. Можно встретить диаметрально противоположные трактовки, от радикально левых до ультра-правых. Идеология в литературе должна присутствовать, чтобы всю эту мишуру отсеивать, чтобы воспитывать патриотов.

15

Вестибюль станции метро «Курская-кольцева»
до XX съезда КПСС

 

– Брянские писатели издаются в местных типографиях за свой счёт. Выглядит это странно, потому что нынче опубликоваться легче, чем когда-либо. Даже у подростков выходят книги в крупных издательствах, а то и вовсе становятся бестселлерами.

– У Елены Ларичевой в издательстве «Росмэн» вышло три романа. Но она работает в жанре фентези. Остальные публикуются в периодике, антологиях, потому что в серьёзную прозу не так легко пробиться. К тому же большинство участников наших семинаров прозы – люди за сорок, которые плохо владеют компьютером, Интернетом. А ведь через него в основном и происходит взаимодействие редактора и писателя, посредством него доводится до авторов полезная, необходимая современному автору информация.

– А вообще есть смысл издаваться за свой счёт? Ведь весь тираж, как правило, расходится по библиотекам и друзьям, а то и вовсе пылится дома в кладовке.

– Люди тешат своё самолюбие. Печатают всё, что написали: и слабые, и сильные вещи.
По принципу «чтобы не потерялось». С таким же успехом можно публиковаться в Интернете. Вот тут и пригодилась бы советская цензура. Что в самиздате, что на книжных прилавках много шлака. Все эти «бестселлеры» читать противно. Посмотришь современные учебники, диву даёшься. Задачи про курево, наркотики, бесов…

– Интернет-поколение преобразило литературный язык. Ныне популярны книги, написанные примитивным, блоговым языком, где повествование клиповое, содержит минимум описаний и максимум действия, где авторская речь вполне может содержать в себе слэнг, жаргон, англицизмы. Журналисты, политики и учёные любят засорять текст иностранными словами, которые с лёгкостью можно заменить на отечественные варианты. Во всём этом не проявляется «великий и могучий». Каким вы видите будущее русского языка?

– На протяжении всей истории язык упрощается, претерпевает изменения, однако не гибнет. Сейчас злоупотребляют англицизмами, в былые времена-то немецкими, то французскими словами. Хранителем языка всегда была интеллигенция. Надеюсь, и в России есть или найдутся люди, которые позаботятся о том, чтобы русский язык не деградировал.

Беседовал Алексей КАРЕЛИН

г. БРЯНСК

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *