ИНТЕРЕСНОЕ ЭТО ЗАНЯТИЕ – ЖИТЬ НА ЗЕМЛЕ!

№ 2016 / 30, 05.08.2016

В сентябре 2016 года исполняется 125 лет со дня рождения уникального человека – Адриана Топорова (1891–1984). Родившись в семье беднейших крестьян из села Стойло, что на Старооскольщине, он добился впечатляющих результатов в самых различных сферах творчества: просветитель, педагог, писатель, публицист, языковед, тонкий знаток многих видов искусств.

Adrian ToporovЕго имя можно встретить в различных энциклопедиях. Личные фонды писателя имеются в Институте мировой литературы Российской Академии Наук, питерском Пушкинском доме, государственных архивах, библиотеках и музеях Новосибирска, Белгорода, Курска, Старого Оскола, Ставрополя, Киева, Одессы, Николаева, Алтайского и Пермского краёв. О Топорове до сих пор пишут книги, научные работы, снимают фильмы, говорят на литературно-общественных чтениях…

В чём же причина не ослабевающего с годами интереса?! Она связана, в первую очередь, с главным детищем этого неординарного человека.

Молодой сельский учитель Адриан Топоровв им же созданной коммуне «Майское утро», что находилась неподалёку от Барнаула, с 1920 по 1932 год ежедневно проводил с малограмотными или неграмотными вовсе крестьянами читки мировой и отечественной художественной литературы. Он сумел убедить неразговорчивых в обыденной жизни сибиряков высказаться по каждому из произведений.

Диапазон услышанного коммунарами в мастерском артистическом исполнении А.М. Топорова был поразительным. Это сотни книг: от «Орлеанской девы» Ф. Шиллера и К. Гамсуна – до пьес В.В. Иванова и К.А. Тренёва; от античных поэтов, А.С. Пушкина и А.А. Блока – до Демьяна Бедного и В.В. Маяковского; от Л.Н. Толстого и Н.В. Гоголя – до В.Я. Зазубрина и А.С. Серафимовича.

Атмосферу тех читок прекрасно иллюстрируют слова самого Адриана Митрофановича: «Как сейчас помню, читал я со сцены Пушкина, видел замерший зал, ощущал сотни воткнутых в меня глаз, и от этого в душе было сияние и лёгкий взлёт».

Высказывания коммунаров о литературных произведениях так поразили А.М. Топорова, что он стал стенографически записывать их. В 1927 году началась публикация этих заметок с его пояснениями в бийской газете «Звезда Алтая» и в популярном «толстом» журнале «Сибирские огни» (г. Новосибирск). В 1930 году А.М. Топоров выступил в Москве с отдельной книгой «Крестьяне о писателях», которая получила восторженные отзывы известных деятелей культуры (А.М. Горький, В.В. Вересаев, К.И. Чуковский, Н.А Рубакин, П.М. Бицилли, чуть позже А.Т. Твардовский, М.В. Исаковский, С.П. Залыгин, В.А. Сухомлинский и др.) и злобную критику – от окололитературных деятелей. Вокруг неё шли ожесточённые споры, что и понятно, ибо на страницах «Крестьян», к примеру, «чёрным по белому» утверждалось, что Гомер или граф Л.Н. Толстой по языку своему ближе крестьянам, чем любой из советских авторов.

Вполне естественно, что властям и «литературным генералам» страны пришлись не по душе не подконтрольные им инициативы, исходящие из коммуны «Майское утро». Глубокая начитанность крестьянства, самобытность высказываний в их планы отнюдь не входили.

Так, в одной из справок, составленной проверяющими из центра, утверждалось дословно следующее: «Чтением, тоскливыми скрипичными мелодиями Чайковского и Римского-Корсакова учитель Топоров расслабляет революционную волю трудящихся и отвлекает их от текущих политических и экономических задач».

Как следствие, в 1937 году А.М. Топоров был незаконно репрессирован и до 1943 года отбывал наказание в исправительно-трудовых лагерях ГУЛАГа в Архангельской области, а сама книга на суде над ним фигурировала среди вещественных доказательств вины автора.

AToporov o KrestianahДальнейшая её судьба весьма трагична. В публикации второго и третьего томов «Крестьян» Топорову было отказано Госиздатом, а их рукопись уничтожена. Последний её экземпляр погиб во время оккупации Старого Оскола в годы Великой Отечественной войны. Позднее «Крестьяне» были включены Главлитом в «Аннотированные списки политически вредных книг, подлежащих изъятию из библиотек и книготорговой сети» (Аннотир. список № 10.М., 1951. Возвр.: Приказ № 197. 13.02.1958) по следующим причинам: «Книга засорена положительными упоминаниями врагов народа: Аросева, Пильняка, Кольцова. На с. 264–266 приведены положительные отзывы об Орешине и его творчестве».

Интерес к этому произведению и к личности его автора возобновился после его реабилитации (1958 г.) и космического полёта Г.С. Титова, который называл А.М. Топорова своим «духовным дедом» (родители космонавта-2 были учениками и близкими друзьями писателя в коммуне «Майское утро») и не раз навещал в г. Николаеве, где Адриан Топоров провёл последние 35 лет жизни.

Но и тогда за нестандартность мышления, принципиальную беспартийность и ершистый характер и власти, и собратья по перу не слишком жаловали автора «Крестьян», орденами и лауреатскими званиями не награждали, а в члены Союза писателей СССР приняли только лишь в возрасте 88 лет(!).

Но книга продолжала жить и выдержала ещё 6 изданий (последнее – в Москве, 2016 г.). Её и ныне бережно хранят тысячи библиотек по всему свету – от Киева и Николаева, Москвы и Барнаула – до Братиславского университета и Библиотеки Конгресса (The Library of Congress) в Вашингтоне.

Уже в наши дни свет увидели мемуары писателя с замечательным оптимистическим названием «Интересное это занятие – жить на земле!» (2015 г.), коллекция любопытных миниатюр о великих людях культуры и науки «Мозаика» (2013 г.), рассказ «Фарт» (журнал «Дружба народов», 2016, № 9) и многое другое.

Нынешний юбилей Адриана Топорова – это и прекрасный повод вновь и вновь поговорить о роли печатного слова в обществе в наше непростое время, а также вспомнить до сих пор остающийся единственным в мире культурологический опыт «последнего рыцаря культуры ХХ века», как часто называли этого литератора его современники.

 

Игорь ТОПОРОВ

г. НИКОЛАЕВ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *